Друзья! Опубликовав первый фрагмент повести, я получила несколько критических замечаний. И теперь:
- я благодарна, что не было оскорблений в мой адрес.
- я благодарна, что все замечания по делу и приняла их к своему сведению.
Одна из подписчиц указала мне, что имя погибшего мужа главной героини звучит эээээ... мммм... не слишком благозвучно. Хм. Первый раз полдня придумывала имя персонажу, теперь полдня перепридумывала. Похоже сюжет мне придумать легче, чем имена действующим лицам.
В общем новое имя Болидуна Борислав. Запомните, пожалуйста. А мы переходим ко второму фрагменту.
Но если вы пропустили начало, то оно здесь:
Кстати, под первым фрагментом есть ссылка на всю повесть в полном объёме на ЛитРес. Повесть бесплатная.
***– Что ты обо всём этом думаешь? – спросила Белана Индиру, держась за столбик кровати с балдахином. Ей зашнуровывали корсет. Статс-дама матери шыкнула: не надо разговаривать во время шнуровки корсета, иначе не удастся затянуть его достаточно хорошо. Индира держала подъюбник.
– Мадам считает, что мне незачем дышать, – добавила Белана.
На торжественном обеде матушка и батюшкой сидели во главе стола, как и положено хозяину дома и главе государства. По правую руку от них, как обычно была мужская сторона и первым сидел брат Фёдор, следом глава посольства и его приближённые, дальше – дворяне попроще. Левая сторона была женская. Первой была Белана, затем статс-дама матери, дальше – другие высокородные дамы, а вот Индира сидела последняя. А принцессе так не хватало общества её фрейлины. Белана чувствовала себя не в своей тарелке. Ей не хватало воздуха и казалось ещё чуть-чуть и Белана упадёт замертво.
На столе, выстланном белоснежной скатертью на определённом интервале стояли вазы со свежесрезанными цветами. Между ними были изящные кувшинчики с вином. Щёгольски одетые слуги разносили блюда с жареными курами, пирогами, пирожками и запеченными поросятами. Здесь была и огромная запеченная рыба с маслиной, вставленной в орбиту глаза и помидорчиком чери – в пасть, тонюсенькие ломтики лимона - в прорези в боках. А кроме того, на столе почти не осталось свободного места от всевозможных колбас и сыра и заканчивая тоже рыбой, но уже копчённой. И всё это исходило божественным ароматом, заставлявшие тянуть носом, румяные корочки так и манили глаз. Слуги разнесли следующую перемену блюд и скоро начнут подавать десерт, а у Беланы и маковой росинки во рту не было.
Аппетит был зверский, а есть она не могла: дышать нечем, куда ещё есть? Белана скосила глаза в сторону статс-дамы. Принцессе очень хотелось удавить сидящую рядом тётку именно для того, чтобы статс-дама поняла, что она сейчас чувствует по её милости. Дрянь! Сидит и за обе щёки уплетает поросёнка, в то время как ей – принцессе кусок в горло не лезет, а желудок требует. Но попробуй, поешь не дыша! Где же Индира?!
Взгляд Беланы наткнулся на большие добрые глаза главы посольства. Девушка знала, что он наследник в своём государстве – то же самое, что и Фёдор здесь. И приехал он, чтобы продлить договор о ненападении, заключённый несколько лет назад.
Весь последний месяц Индира исправно доносила до принцессы слухи, которые доходили до неё от горничных, очень любивших подслушивать господ.
На западе поднималась гроза. Кочевники, которых когда-то поставила на колени великая держава Гербия стали поднимать голову. Потерпев ряд тяжелейших поражений, кочевники затаились в своих бескрайних степях, чтобы совсем не исчезнуть с лица Расеи. Годы шли. Империя распалась. А степняки снова накопили силы и теперь жаждали мести за поруганную честь много лет назад. И самому крупному осколку Гербии, сохранившему её название, грозила война. Поэтому этот наследный принц и явился за мирным договором к батюшке, чтобы иметь возможность ощетиниться всеми силами на запад – навстречу свирепым кочевникам, вновь накопившим мощь.
Раньше Белана сочувствовала западным соседям, главным образом потому, что не любила кочевников. Да этих «перекати-поле», пропахших дымом и кизяком никто не любит. Теперь ей было всё равно. Сейчас она была озабочена нехваткой воздуха, а этот долговязый сидит, смотрит на неё и улыбается. Чего это он лыбится? Ей дышать нечем, а он…
…Принцесса видела перед собой овал в обрамлении чего-то черного. Она сфокусировала свой взгляд и этот овал оказался лицом Индиры. Белана ощутила, что опирается на живот своей фрейлины. Девушка обвела взглядом вокруг себя. Она до них пор находится в обеденном зале, по-прежнему за столом, но все кроме неё почему-то больше не едят, а вместо этого стоят и смотрят на неё.
Принцесса почувствовала себя глупо: все стоят, а она сидит. Белана попыталась встать, но ей удалось только выпрямиться. Чтобы подняться на ноги сил уже не осталось.
- Ваше Величество, - сказала Индира, глядя куда-то в сторону, - Её Высочеству не очень хорошо. Можно мне проводить её в опочивальню?
- Да-да, идите, - ответил встревоженный голос батюшки.
- Я помогу, - тут же вызвалась статс-дама.
- Иииидиии, - онемевшим языком промычала Белана, докончить фразу словами «от меня» она уже не смогла.
Я сама провожу, – ответил голос маменьки. И прозвучал он очень строго.
«Мне будет взбучка? Опять заставит весь остаток вечера вышивать?» - тоскливо подумала Белана.
Она не помнила, как её довели до опочивальни, как сняли платье и подъюбники. А как расшнуровали корсет – никак не могла надышаться. Матушка достала саше с нюхательной солью и сунула Белане под нос. Та попыталась отвести руку матери, но была слишком слаба. Так что нюхать этот неприятный запах пришлось до тех пор, пока матушка сама не решила, что хватит.
***
Да, девушка в тот момент была зла на иноземца. Но теперь он был её муж, она была – его вдова. И жизни без него уже не представляла. А она и не будет жить! Белана заточена в склепе со своим погибшим повелителем и должна охранять его покой от стервятников. Но разве можно здесь выжить?
А стервятники всё равно его съедят. И Белану тоже. Совсем скоро она ослабеет от голода и жажды и не сможет сопротивляться настырным птицам.
Вдовствующая королева посмотрела на накрытый круглый столик в головах покойника. Стол бы заставлен вкусностями и сладостями, но когда её вводили сюда, то предупредили, что Белана будет гореть в вечном загробном огне, если притронется хоть к чему-то на этом столике. Всё, что стоит здесь – не для неё, а для её господина.
Девушка выпрямилась. Она захлёбывалась слезами, не в силах справиться с истерикой, захлестнувшей её. По пояснице её «бегали» острые, горячие иголочки. Ноги Беланы подгибались. Спотыкаясь на каждом шагу, она отошла к стене и, прислонившись к ней спиной, сползла на пол. Рыдающая девушка была не в силах стоять.
Жизнь была к ней очень не справедлива. Белане многие завидовали. Даже Индира, которая видела от неё только добро, ей отчаянно завидовала. Вдовая королева поняла это в свой последний месяц жизни среди живых. Раньше все завидовали её статусу, её состоянию, её замужеству за красивым и любящим её человеком. А вот сейчас вряд ли кто из завистников согласился бы поменяться с ней местами.
Ей завидовали всегда. Когда её выдавали замуж за тогда ещё не любимого, завидовали тогда, когда весь провиант утонул и они с уже любимым человеком, голодные добирались до его столицы. И когда был убит свёкр, и даже когда любимый муж отправился утихомиривать разошедшихся кочевников и мстить за погибшего отца, тело которого было осквернено. Завидовали всему: вкусному питанию, золотой и серебряной посуде, красивым платьям и нестоптаным туфлям, роскошной обстановке в её опочивальне сначала в отцовском замке, а потом в мужнином дворце. Завидовали её прекрасной белой кобыле… Да мало ли чему завидовали? Но едва за ней закрылась эта дубовая дверь – как завести пришёл и конец. А сочувствия для неё ни у кого не нашлось…
Белана вспомнила тот момент, когда её ввели в эту комнату и, подведя к телу мужа, оставили. Девушка обернулась в сторону закрывавшейся двери. Перед тем, как дверь закрылась полностью и щёлкнул замок, вдовая королева увидела лицо своей бывшей фрейлины. Заплаканное лицо. Но что-то в этом лице было … какое-то чувство, примешивалось к выражению этого лица … Белана до сих пор не могла разобраться, что это было.
Тогда почти не у кого не нашлось сочувствия. А Белане всего девятнадцать лет. Ещё жить и жить бы, но вражеское копьё оборвало две жизни одним махом.
Что за варварская традиция замуровывать жену вместе с павшим мужем? Потом через год придут и всё здесь подожгут. И будет стоять обгоревший изнутри склеп до следующего покойника… и его жены, одетой в красное платье. Точно так же как этот склеп дожидался её мужа и её, одетую в такое же красное платье. Она сама, её предшественницы, её последовательницы здесь ходили, ходит и будут ходить в красных платьях, пока не упадут без сил от голода и жажды.
«Он мёртвый, - плача думала Белана, - Совсем мёртвый. Больше не обнимет, не улыбнётся … Я больше не увижу его красивых зленных глаз.»
От свежего сена, устилавшего пол, приятно пахло. Но Белана этого запаха не замечала. Но хоть бы не придётся сидеть на холодном, голом каменном полу… Хотя, возможно и сено здесь не для неё, ведь сухая трава превосходно горит…
Девушка подтянула к себе колени и упёрлась в них лбом, обхватив ноги руками. Закрыв глаза, она снова предалась воспоминаниям – так легче было переживать го́ре. Так легче. Воспоминания о живой Бориславе не давали разорваться душе при виде его мёртвого.
***
Столицу опоясывало свободное пространство, которое, в свою очередь было опоясано далёкими лесами, разрезанными дорогами, ведущими во все стороны света.
Праздничный день был погожим, и поэтому вся молодёжь предпочла покинуть толстые и высокие крепостные стены города, стёснявшие со всех сторон и давившие на голову.
Батюшка уже давно собирался построить ещё одну стену, чтобы расширить ставший тесным город во все стороны. Собирался, собирался, но как-то ещё не созрел. А может и средств в казне не хватало… Впрочем, их всегда не хватало.
Ну а в тот праздничный день заняты были все. Детишки дрались под стоявшей особняком шелковицы – делили незрелые тутовые ягоды, тоже мне потеха! Они ж не вкусные потому, что ещё совсем не спелые. Другие детишки играли в догонялки, сбивая с ног принцессу с Индирой и их окружающих. Врезаться с разбегу в её величество и статс-даму они, почему-то, не решались. Старики грелись на солнышке, сидя на лежащих на земле отчищенных от веток стволах деревьев, положенных здесь именно для этой цели. Парнишки чуть постарше играли в быков, а Федя с товарищами увели гостей в сторону низенькой сопочки, усеянной камнями и терявшейся на фоне векового леса. Ближний из склонов этой сопочки был вполне себе крутой. Эту возвышенность тоже собирались сравнять, чтобы её не использовали враги, если они появятся. И, как и в случае с новой стеной – недосуг. Долгий мир всех расслабил в нашем королевстве. Включая батюшку! Теперь со стороны этого каменистого бугра доносятся вопли.
Принцесса чувствовала себя обворованной. Они ушли на её сопку и там развлекались. В детстве и ранней юности она часто играла на этой сопке. Доводя до исступления нянек, она забиралась на верхушку и долго не хотела спускаться, взирая на нянек с деланно равнодушным видом. Августейшая егоза с удовольствием слушала причитания нянек, оставшихся внизу. Женщины очень переживали, не за саму Белану – она была в этом уверенна, а от перспективы получить взбучку.
Последний раз принцесса, нарядившись в амазонку влезла на сопку, когда была во дворце появилась Индира. Фрейлина не хныкала, умоляя её спуститься, как это делали няньки и не охала. Несколько минут она смотрела снизу вверх на насмешливо улыбавшуюся принцессу. А потом, подобрав пышную юбку, полезла вверх, вслед за принцессой.
Однако то, что прощалось Белане - ребёнку не простилось Белане – девушке. Вечером её жестоко наказали: заставили весь вечер вышивать. Но ведь это не возможно – целый вечер сидеть на одном месте! На Индиру наказание не распространялось, но она весь вечер просидела рядом с принцессой за тем же занятием. Потом для непоседы нашли более благородное развлечение…
- Надеюсь, они там не поубивают друг друга, - проворчала Белана, - Иначе посольство окажется в лучшем случае бессмысленным.
Она снова была не в настроении и гуляла по изумрудной траве в своём зеленном платье. Сдвинув брови, девушка то и дело бросала сердитые взгляды на статс-даму матушки, стараясь, подать всем своим видом знак, что она ею крайне недовольна. Если бы не эта старая грымза со своим «при параде», Белана вчера не оказалась бы в дурацком положении. По мнению девушки «лицом в своей тарелке» - положение хуже некуда. Но все старания принцессы пропали втуне. Статс-дама была занята её величеством и не замечала никого вокруг. «Вон камень! - с надеждой подумала принцесса, - Вот бы она об него споткнулась и свою морщинистую рожу раскровянила». Но и эта надежда угасла, когда женщина спокойно через него переступила.
- Да нет, вроде бы, - возразила Индира, - по-моему они там развлекаются. Поэтому-то и шумят. Они ж там не носки вяжут и не подушечки вышивают. У них другие развлечения.
Белана бросила на свою фрейлину уничтожающий взгляд: можно подумать, что не знает, что вышивание подушечек – это не развлечения, а наказания! Не может быть развлечением занятие, требующее сидения на одном месте, как истукан. А развлечения бывают совсем другие…
- Надеюсь, - буркнула Белана, продолжая бродить по траве. Недавно здесь косили, заготавливая сено для скота. И поэтому трава была низкая и гулять было удобно.
Крики и вопли стали приближаться. И Белана с Индирой, и их окружение, и королева со статс-дамой и их окружение увидели, что толпа приближается. В окружении макушек молодых дворян покачивалась голова главы посольства, отличавшегося ото всех своим высоким ростом.
Приближаясь, к шокированным девушкам и женщинам толпа росла, потому что к ней присоединялись и игравшие здесь мальчишки. И они тоже, на бегу что-то выкрикивали. Так что шум рос. Толпа приблизилась и расступилась. Белана увидела Борислава. Он снова улыбался. Вот дурачок. Если ему плюнуть прямо в морду, улыбка сползёт с лица? Или он и в этом случае продолжит улыбаться?
Молодой человек держал в руках какие-то мелкие сиреневые цветочки-звёздочки. Насколько знала Белана, это была лекарственная трава, помогающая при лихорадке. Кстати, встречалась она не часто и поэтому ценилась. Борислав важно прошёл между своих товарищей, которые почтительно расступились перед своим предводителем и заговорил низким бархатистым голосом:
- Роза – королева цветов. Но она и в подмётки не годится прекраснейшей из дев. Но я – принц Борислав не ищу простых путей и поэтому я залез на крутую скалу, чтобы сорвать там эти цветы, похожие на звёздочки. А звёздочки напоминают твои глаза, о прекраснейшая.
Молодой человек протянул Белане пучок лекарственной травы. Та робко взяла траву и пробормотала внезапно осипшим голосом:
- Благодарю.
В мгновенье ока Борислав оказался рядом с ней и подставил локоть. Хочешь - не хочешь, а пришлось на него опереться. «Сама напросилась,» - с тоской подумала девушка и покорно положила на сгиб его руки своё запястье. Как ни странно, но омерзения она не почувствовала. Оказалось, что это не так уж и плохо – прогуливаться с ним под руку.
Поздним вечером, в опочивальне Белана, одетая в свою любимую ночную сорочку с рюшами без сна лежала в своей постели под балдахином и глядела в черноту ночи. У противоположной стены стояла софа, на которой иногда спала Индира. Утром она всегда убирала свою постель, вечером снова раскладывала. Матушка решила, что для Беланы будет безопасней спать в обществе своей фрейлины. Можно подумать, что по ночам в коридоре вампиры летают и вервольфы бегают. А Индира – тоже мне телохранитель! Да она охрана, которую нужно охранять! Хорошо, что хоть не храпит. Интересно, а статс-дама храпит? Да какая разница? У неё – сердешной свои апартаменты во дворце.
- Индира, - шёпотом позвала Белана.
- Что? – так же шёпотом отозвалась та.
- Как он тебе?
- Кто?
- Кто, кто… - проворчала принцесса, - Ну этот, как его?
- Борислав?
- Ну да.
- А чего? – фрейлина вздохнула, - он не в тридевять земель живёт. До его столицы всего пара недель ходу, а не полгода. Не старик, и вполне симпатичный. Но главное, Беланочка, они одного с нами языка. Конечно, говор отличается от нашего, но понять всё можно. А это – главное.
- Да ладно тебе, Индирка, - возмутилась принцесса, - Тоже мне расписала! Фр! Он же ко мне не сватается. А ты мне его уже сватаешь.
Утром принц Борислав посватался к принцессе Белане.
А на этом я с вами пока прощаюсь и благодарю за внимание!
