Пару недель назад я разговаривал со своим студентом — второкурсником, будущим электриком. Спросил, не жалеет ли он, что не пошёл в 10-й класс.
Он посмотрел на меня удивлённо: «А зачем? Двоюродный брат отучился на юриста, сидит в офисе за 45 тысяч. А я через год выйду со 120 тысячами на завод. И без всякого ЕГЭ».
Я не нашёл, что возразить. Не потому, что нечего — просто его логика была железной. И таких, как он, сейчас — большинство.
Цифры говорят сами за себя. В марте 2026 года в Госдуме прозвучало: более 60 процентов выпускников школ отказываются от поступления в вузы. Идут в колледжи и техникумы. По данным Минпросвещения, 63 процента девятиклассников выбирают систему СПО. Ещё в 2018-м таких было 48 процентов. Рост — 15 процентных пунктов за неполные десять лет.
Я работаю в колледже. И последние несколько лет наблюдаю этот сдвиг не в отчётах, а в аудиториях. Конкурс на некоторые специальности достигает 15 человек на место — и это не журналистика, не дизайн, а сварка и мехатроника. В прошлом году в колледжи проекта «Профессионалитет» поступили около 290 тысяч абитуриентов, а общее число студентов СПО достигло 3,9 миллиона человек (рекорд за последние 50 лет).
Это не случайность. Это тектонический сдвиг в отношении к образованию. Давайте разбираться.
Что случилось с «корочкой»
Заслуженный учитель России Александр Снегуров назвал вещи своими именами: за последние годы в стране появилось слишком много людей с «симулятивным» высшим образованием. Диплом есть — успеха нет. Эта картина стала очевидной для всех, включая самих выпускников.
Молодые люди смотрят на старших и делают выводы. Статистика ВШЭ: четверть выпускников вузов работают не по специальности. Среди окончивших колледжи эта доля доходит до 44 процентов — но там хотя бы профессия в руках, а не просто корочка.
Ещё один удар — зарплаты. Опрос НИУ ВШЭ показал: лишь 19 процентов россиян считают высшее образование обязательным условием успешной карьеры. Ещё 35 процентов — важным, но не обязательным. А теперь посмотрим, что происходит по деньгам. Электрик в Москве с опытом 1-3 года — от 100 до 150 тысяч рублей. Сварщик в регионе — от 240 тысяч. Монтажник — от 110 тысяч. Автокурьеры в Москве — до 275 тысяч рублей без опыта и без диплома.
Много ли вы знаете выпускников вузов, которые на старте получают такие деньги, работая по специальности?
Почему идут в колледжи
Причин несколько, и они наслаиваются друг на друга.
Первая — ЕГЭ. 40 процентов школьников уходят в колледжи после девятого класса именно для того, чтобы избежать единого госэкзамена. Затраты родителей на репетиторов в 2024 году составляли около 450 миллиардов рублей, и с тех пор эта сумма только выросла.
Вторая — экономика семей. По оценкам депутата Олега Смолина, в колледжи идут ребята преимущественно из семей с невысокими доходами. Им нужно быстрее начать зарабатывать. Три года в колледже против пяти-шести лет в вузе — это два-три года реального трудового стажа и реальных денег.
Третья — работодатели повернулись лицом к СПО. Федеральный проект «Профессионалитет» сделал то, чего система ждала десятилетиями: привёл бизнес в колледжи. Сегодня в стране действует 506 кластеров по 24 отраслям, создано более 4 тысяч современных лабораторий. Крупнейшие компании — «Ростех», «Росатом», «РЖД», «Газпром нефть» — не просто дают деньги, они формируют учебные программы и гарантируют рабочие места. Уже заключено свыше 97 тысяч целевых договоров.
Четвёртая — изменился сам рынок труда. Сегодня страна испытывает острейший дефицит рабочих рук. 81 процент компаний называют проблему кадров актуальной. В промышленности, строительстве, транспорте — до 90 процентов предприятий жалуются на кадровый голод. Дефицит рабочих профессий оценивается в 800 тысяч позиций.
Премьер-министр Михаил Мишустин на стратегической сессии в мае прямо заявил: «В некоторых субъектах Федерации потребность в представителях рабочих профессий в несколько раз превышает число выпускников. Подобные дисбалансы надо максимально оперативно устранять».
Молодёжь это считывает мгновенно. 37 процентов опрошенных считают, что в ближайшем будущем больше денег начнут приносить именно рабочие специальности — с понятным спросом и доходом «здесь и сейчас». Треть опрошенных — 34 процента — воспринимают рабочие профессии как востребованный и достойный вариант карьеры. Люди голосуют ногами.
При чём здесь ИИ
Отдельная тема, о которой говорят всё громче. Александр Снегуров прямо связал падение интереса к вузам с развитием ИИ: цифровой мир во многом заменил ценность университетов. И это не фантазии — это уже реальность.
Посмотрите: нейросети забирают именно те стартовые задачи, с которых раньше начинали карьеру молодые специалисты с дипломами. Офисная аналитика, переводы, обработка данных, написание типовых текстов — всё это сейчас делает искусственный интеллект. А сварщика, электрика или монтажника ИИ пока не заменит. И не заменит ещё долго.
Вузы почувствовали это на себе. В 2026 году впервые количество бюджетных мест сократилось на 47 тысяч. Коммерческих — ещё на 47 тысяч. Сильнее всего пострадали юристы, экономисты, менеджеры, специалисты по рекламе и связям с общественностью. Минобрнауки мотивировало это оценкой качества обучения. Но если посмотреть шире — государство просто перестало финансировать то, что не востребовано экономикой.
Есть ли повод для тревоги
Здесь я хочу быть честным до конца. Тревожные голоса звучат — и они не беспочвенны.
Зампред комитета Госдумы по науке и высшему образованию Олег Смолин, например, считает такой перекос в сторону СПО опасным. Во-первых, снижается уровень общего образования: в колледжах общеобразовательных предметов значительно меньше, чем в школе. Во-вторых, сокращается число будущих высококвалифицированных специалистов. В инженерные и медицинские вузы поступают в основном выпускники 11-х классов с высокими баллами ЕГЭ. Ребятам из колледжей набрать такие баллы почти невозможно.
Смолин предлагает соотношение 50 на 50 между теми, кто идёт в 10-й класс, и теми, кто выбирает колледж. Сегодня пропорция обратная.
Я как человек, работающий в СПО, слышу эту тревогу. Но смотрю на ситуацию иначе.
Почему я не бью в набат
Да, перекос есть. Но давайте называть вещи своими именами: это не перекос, это рынок. Молодёжь не глупее нас. Они видят, где платят, и идут туда.
Государство в этой ситуации действует прагматично. Впервые детализированы квоты на целевое обучение на основе заявок конкретных организаций — по вузам, количеству мест, специальностям и направлениям. Создан прогноз кадровой потребности. Вузы сокращают набор на невостребованные направления и перенаправляют ресурсы туда, где они нужны.
И главное: колледж сегодня — это не тупик. Выпускник СПО может работать, а может идти в вуз по ускоренной программе. Может сменить траекторию. Система становится гибче. И это хорошо.
Что я говорю своим студентам
Когда ко мне приходит абитуриент и спрашивает: «Стоит ли идти в вуз?», я не отвечаю «да» или «нет». Я задаю встречные вопросы:
- Ты хочешь работать руками или головой?
- Тебе нужны деньги через три года или ты готов подождать пять-шесть лет?
- Ты знаешь, на какое предприятие пойдёшь, или просто хочешь «высшее образование»?
Ответы на эти вопросы гораздо важнее, чем строчка «вуз» или «колледж» в дипломе.
Я сам прошёл долгий образовательный путь: психолог, магистр профессионального обучения, менеджер в образовании. Я ценю знания. Но я не считаю, что диплом — это пропуск в хорошую жизнь. Пропуск — это голова на плечах, готовность учиться и адекватная оценка рынка труда.
Именно это я и пытаюсь донести до своих студентов.
А вы что думаете? Стал ли диплом о высшем образовании менее значимым, чем десять лет назад? Делитесь в комментариях — мне важен этот разговор.
Подписывайтесь на канал «Вепринцев. Про цифру и воспитание». Я пишу о том, что происходит в образовании прямо сейчас — без прикрас, с опорой на факты и личный опыт.