К 1943 году у военных США была проблема, которую не могли решить лучшие инженеры. Тяжелые бомбардировщики уже научились долетать до целей, но сами бомбы — стоило им оторваться от самолета — превращались в неуправляемые болванки. Радиолокационное наведение еще только зарождалось, электроника была примитивной, и значительная часть бомб ложилась мимо цели, разнося в щепки не вражеские корабли, а рыбацкие деревушки и гражданские кварталы. Решение этой смертоносной головоломки пришло не из военной лаборатории и не из кабинета генерала. Оно пришло из окон поезда, за которым наблюдал профессор психологии с весьма специфическим складом ума. Беррес Фредерик Скиннер — имя, которое сегодня известно каждому студенту-психологу, — был отцом оперантного обусловливания. Он верил, что поведение любого живого существа можно сформировать с помощью правильной системы поощрений и наказаний, словно лепят глиняный горшок. Крысы в его знаменитом «ящике Скиннера» нажимали на рычаги, чтобы получить еду. Почему
Публикация доступна с подпиской
Зажиточный читатель