2026-й — Год единства народов России. Президент подписал указ ещё в январе. В образовании это значит, что любые разговоры о мигрантах, адаптации и языковом барьере должны вестись с прицелом на поиск решений, а не на разжигание конфликта.
Ситуация непростая. Но не тупиковая.
130 тысяч детей — и почти каждый третий не сдаёт тест
В этом учебном году в российских школах учатся 130 тысяч детей с иностранным гражданством. Много. Но главное не количество, а то, сколько из них реально понимают язык, на котором их будут учить.
По данным Рособрнадзора, из 23,6 тысячи детей мигрантов, пытавшихся поступить в школы в прошлом году, тест на знание русского прошли только 12,6%. В Свердловской области — 33%. В ХМАО — ещё меньше. Даже в благополучной Тульской области сдают около половины.
Почему так? Одни говорят, что тест слишком сложный, даже для русских детей. Другие, что родители не заинтересованы — зачем учить язык, если можно устроить ребёнка через знакомых? А некоторые и вовсе, что мошенники продают «гарантированный пропуск», а потом оказывается, что документы липовые.
Но суть не в причинах. Суть в последствиях. Ребёнок, который не понимает, что говорит учитель, и которого не понимают одноклассники, выпадает из процесса. А дальше — либо агрессия, либо изоляция, либо и то и другое.
Челябинск. Языковой барьер привёл к перелому
Восьмилетний мальчик из Таджикистана пришёл в школу, практически не зная русского. В классе ему было трудно. Он срывал уроки, стучал по парте, кричал. Учителя писали докладные, вызывали психолога — но не помогло. В школе не было системы языковой поддержки.
Однажды он толкнул одноклассницу. Удар пришёлся на ногу — перелом коленной чашечки, гипс от пальцев до бедра.
Это не история про «злого мигранта». Это история про ребёнка, который не мог объяснить, что ему плохо, и выражал это единственным доступным способом — через тело. И про школу, которая не знала, что с этим делать.
Сургут. Травля, которую не замечали
В Сургуте подростки-мигранты избили одноклассницу. Не разово — годами. Угрожали, били толпой, унижали. Родители писали заявления. Школа отмалчивалась.
Только когда запись избиения попала в соцсети, а Следственный комитет взял дело на контроль, травлю пресекли.
Опять не про «национальность». Про то, что школа не знала (или не хотела знать), как реагировать на буллинг, когда агрессоры объединяются по этническому признаку.
Что делается?
В Государственной Думе обсуждают законопроект о профилактике буллинга. Предполагается системная работа с травлей в школах, возможность перевода агрессоров в спецучреждения и штрафы для родителей.
Но пока чиновники спорят, школы на местах уже ищут выходы.
В Новосибирске школа №66 помогает детям мигрантов осваивать русский через театральные постановки. Школа №77 запустила курсы русского как иностранного. В школе №134 открыли отдельный класс для углублённого изучения языка.
По данным Федерального агентства по делам национальностей, в 2025 году через центры адаптации прошли более 960 тысяч мигрантов. Им объясняют законы, культурные особенности, помогают подготовиться к экзаменам. В 2026 году таких центров станет больше, а система обмена данными между МВД и Минпросвещения начнёт работать в полную силу.
Итог
Я не знаю, как заставить каждую школу создать программу языковой адаптации. И как убедить родителей мигрантов, что русский язык — это не бюрократическая формальность, а билет их ребёнка в нормальную жизнь.
Но я вижу, что сдвиг есть. Медленный, местами формальный, но есть.
Главное сейчас — не скатиться в две крайности. Не делать вид, что проблемы нет. И не разжигать ненависть. Год единства народов России — это не просто лозунг на баннерах. Это попытка повернуть систему в сторону поиска решений, а не врагов.
Получится — не знаю. Но пробовать надо.
Подписывайтесь на канал «Вепринцев. Про цифру и воспитание» — продолжаю разбирать сложные темы без пафоса, но и без молчания. Нажмите «Подписаться», чтобы не пропустить следующий материал — о том, как технологии помогают (или мешают) адаптировать детей мигрантов в школах.
А у вас в школе или колледже есть программы поддержки для детей, которые плохо знают русский? Или всё пущено на самотёк? Напишите честно — интересен реальный срез по стране.