Галина Андреевна вышла из автобуса и с облегчением поставила баулы на траву у обочины. Водитель помог ей вытащить последнюю сумку — ту, где торчали десять пар новеньких перчаток для огорода.
— Спасибо, голубчик, — поблагодарила она и, тяжело дыша, потащила первый баул к знакомой калитке.
До октября она планировала жить здесь, на даче. В городе летом невозможно находиться: жара, духота, соседи сверху ремонт начали, а в лифте воняет мусоропроводом. Тут же — воздух, природа, свои овощи. В прошлом году она так хорошо устроилась: картошку посадила, огурцы, помидоры. Урожай получился отличный, всей родне хватило, даже племяннице в Подольск три мешка отвезла.
Галина Андреевна подошла к калитке и сунула ключ в замок. Не подошёл. Она повертела его, попробовала ещё раз — бесполезно.
— Что за чертовщина? — пробормотала она и внимательно посмотрела на замок.
Новый. Блестящий, явно недавно установленный.
— Оля! — крикнула она через забор. — Олечка, ты дома?
Ответа не последовало. Галина Андреевна обошла участок вдоль забора, заглядывая между досками. На веранде горел свет, значит, невестка точно была на месте.
— Ольга Викторовна! — позвала она громче. — Открывай!
Дверь калитки открылась по нажатию кнопки. Ольга стояла на крыльце, неторопливо вытирая руки кухонным полотенцем. На ней была домашняя футболка и старые джинсы, волосы собраны в небрежный хвост. Выглядела она спокойной и даже немного равнодушной.
— Добрый вечер, Галина Андреевна, — произнесла она ровным тоном.
— Олечка, милая, замок поменяли? Я ключ не могу вставить, — защебетала свекровь, стараясь говорить как можно ласковее. — Дай мне новый, а то я тут кричу за калиткой, как чужая.
Ольга медленно спустилась по ступенькам и подошла к забору.
— Я поменяла, — коротко ответила она.
— Ну и где ключ? — Галина Андреевна улыбнулась, но улыбка вышла напряжённой.
— Ключа у вас не будет.
Свекровь замерла.
— Как это — не будет? Я на лето приехала, до октября буду здесь жить. Летом в городе мне невыносимо!
— На моей даче вы жить не будете, — Ольга сложила руки на груди.
— Что?! — голос Галины Андреевны взлетел на октаву выше. — Да как ты смеешь?! Это дача моего сына!
— Нет, — Ольга покачала головой. — Это моя дача. Мне её родители оставили. По документам Денис тут просто гость, как и вы.
— Да ты что себе позволяешь?! — свекровь схватилась за забор, словно хотела его свалить. — Я — мать его! Ты обязана меня пустить!
— Я никому ничего не обязана, — Ольга развернулась и направилась к дому.
— Стой! — закричала Галина Андреевна. — У меня вещи, рассада! Я старая женщина, мне нужен отдых!
— Можете поехать в Чехов, к Людмиле Андреевне. У вашей дочери тоже есть дача.
— Но там тесно! И она вечно с этим своим зятем ругается, там невозможно находиться!
Ольга остановилась на крыльце и обернулась.
— Знаете, Галина Андреевна, год назад вы так же заехали сюда без предупреждения. Выкопали мои флоксы, которые я три года выращивала, и на месте них грядки сделали. Заставили Дениса перекопать пол участка под картошку, там где газон у нас был посажен. А осенью забрали урожай целиком и раздали своим родственникам. Мне даже ведра не оставили.
— Ну так нельзя же добру пропадать! — возмутилась свекровь. — Я думала, ты не против!
— Вы не спросили. Вы вообще ни о чём не спрашиваете, просто приезжаете и делаете что хотите.
— Я помогала! Я трудилась! А ты только лежала в гамаке!
— Я работаю медсестрой, — голос Ольги стал жёстче. — По двенадцать часов на ногах. Мне нужна дача, чтобы отдыхать, а не копать огород для чужих людей.
— Чужих?! — Галина Андреевна чуть не задохнулась от возмущения. — Я тебе — чужая?!
— Вы мне — свекровь. Но это не даёт вам права распоряжаться моим имуществом.
Ольга зашла в дом и закрыла дверь. Галина Андреевна осталась стоять у забора, не веря в происходящее. Она достала телефон и нажала кнопку быстрого набора.
— Денис! — заголосила она, едва сын ответил. — Денис, срочно приезжай! Твоя жена с ума сошла!
— Мам, что случилось? — голос сына был усталым.
— Она замок поменяла! В дом не пускает меня! Я с баулами на улице стою!
Послышался тяжёлый вздох.
— Погоди, мам, я ей позвоню.
Через минуту телефон Ольги зазвонил. Она взяла трубку, уже зная, кто звонит.
— Оль, ну что ты делаешь? — Денис говорил тихо, почти умоляюще. — Мама на улице с вещами. Хоть дай ей сумки занести, пусть переночует.
— Нет.
— Ну Оль, ну пожалуйста. Она же старая, ей тяжело.
— Пусть едет к Людмиле.
— Там им с ней будет не очень комфортно, ты же знаешь.
— А нам комфортно? Денис, я не пущу её на участок.
— Оль, ну это же моя мама! — в голосе мужа появились жалобные нотки. — Я не могу её так бросить!
Ольга прикрыла глаза, считая до десяти. Потом спросила:
— А почему она вообще приехала без предупреждения?
Повисла пауза. Слишком длинная.
— Денис, я спрашиваю: почему она приехала?
— Ну... она звонила мне на прошлой неделе, — пробормотал он. — Сказала, что хочет на дачу на всё лето. Я... я не мог отказать.
— То есть ты разрешил ей приехать, — Ольга почувствовала, как внутри закипает злость. — За моей спиной.
— Ну я думал, ты не будешь против...
— Ты думал? Или надеялся, что я смирюсь?
— Оль, не надо так. Она же плакала по телефону, говорила, что в городе совсем плохо себя чувствует.
— И ты, конечно, согласился. Не посоветовавшись со мной. На моей даче.
— Ну технически мы же семья, и это наша общая дача...
— Нет, — отрезала Ольга. — Это моя дача. И я решаю, кто здесь будет жить.
— Оль, ну будь человеком!
— Я и есть человек. Человек, который устал от того, что его мнение игнорируют.
Она услышала, как Денис шумно выдохнул.
— Хорошо, — сказал он. — Что ты хочешь?
— Чтобы твоя мать уехала отсюда.
— Оль, я не могу ей это сказать!
— Тогда скажу я.
— Подожди! — Денис заговорил быстрее. — Давай так: она переночует, а завтра уедет. Хорошо?
— Нет. Если она зайдёт в дом, — Ольга говорила медленно, чеканя каждое слово, — ты сегодня же собираешь вещи и едешь к ней. Будешь жить с ней до октября, раз ты так любишь принимать решения без меня.
— Что?! Ты шутишь?
— Нет. Это мой ультиматум.
— Оль, ну это же абсурд!
— Это справедливость. Ты разрешил ей приехать на всё лето — живи с ней всё лето. Только не на моей даче.
— Оль...
— Или твоя мать уезжает прямо сейчас, или уезжаешь ты. Выбирай.
Она положила трубку и вернулась на веранду. Руки немного дрожали — не от страха, а от напряжения. Ольга налила себе воды из графина и села в кресло, глядя на сад.
Через забор послышались голоса. Галина Андреевна снова говорила по телефону с сыном, теперь уже не кричала, а всхлипывала. Потом замолчала. Потом раздался звук колёс — такси подъехало.
Ольга вышла на крыльцо и увидела, как водитель помогает свекрови загружать баулы в багажник. Галина Андреевна обернулась и бросила в её сторону такой взгляд, что Ольга невольно поёжилась.
Машина уехала. Наступила тишина. Ольга вернулась в дом, налила себе чаю и села у окна. Телефон снова зазвонил — Денис.
— Она уехала к сестре, — сообщил он упавшим голосом.
— Хорошо.
— А ты правда думал, что можешь решать за меня?
Он помолчал.
— Нет. Извини. Я просто... она так просила, и я испугался её расстроить.
— А меня расстроить не испугался?
— Я думал, ты поймёшь.
— Я понимаю. Понимаю, что ты трус, который не может сказать матери "нет".
— Оль...
— Денис, я устала. Устала от работы, от твоей матери, от того, что со мной никто не считается. Эта дача — единственное место, где я могу отдохнуть. И я не позволю никому это отнять.
Он вздохнул.
— Я понял. Прости.
Ольга закрыла глаза, чувствуя, как уходит напряжение. Наконец-то она могла просто лежать в гамаке, слушать тишину и наслаждаться своим садом. Без свекрови. Без грядок с картошкой. Без чужих правил на своей земле.
Ваш лайк - лучшая награда для меня. Читайте рассказ — Муж стеснялся моей работы, и я перестала быть его кошельком.