Елена Константиновна сидела в кафе «Прованс» и в седьмой раз перечитывала анкету. «Роман Викторович Лаврентьев, 37 лет, актер. Опыт работы в развлекательных агентствах — 3 года. Специализация: корпоративы, дни рождения, семейные мероприятия. Отзывы клиентов: "Очень убедительно", "Профессионально", "Рекомендуем"».
— Простите, вы Елена Константиновна? — За соседним столиком поднялся мужчина в мятой куртке и потертых джинсах. Высокий, худощавый, с умными глазами и трехдневной щетиной.
— Вы Роман? — Лена оглядела его с недоверием. — А где костюм?
— Какой костюм?
— Ну... вы же должны изображать успешного мужчину. Моего жениха.
Роман сел напротив, заказал у официантки эспрессо.
— Елена Константиновна, я актер, а не манекен. Сначала нужно обсудить роль, понять характер персонажа. А уж потом подбирать костюм.
Лена растерянно посмотрела на него. Она ожидала увидеть лощеного красавца из глянцевого журнала, а перед ней сидел обычный мужчина с усталым лицом и заштопанной курткой.
— Хорошо, — сказала она неуверенно. — Тогда расскажу, что нужно.
****
Три недели назад
— Леночка, а когда ты нас с женихом познакомишь? — Тетя Галя накладывала в тарелку оливье и пристально смотрела на племянницу.
— С каким женихом? — Лена старательно резала селедку под шубой.
— Ну как с каким? С тем, с которым ты живешь уже полгода!
— Галя, я же говорила — они просто встречаются, — вмешалась Ленина мама, Нина Петровна.
— Встречаются! — фыркнула тетя Галя. — В наше время встречались в кино да в парке. А сейчас полгода "встречаются" — это уже серьезно.
— Тетя Галь, мы просто еще не готовы...
— К чему не готовы? Чего еще ждать?
Лена судорожно искала глазами поддержки, но мама занялась раскладыванием салатов, дядя Вова уткнулся в телефон, а двоюродная сестра Ирка злорадно улыбалась.
— Да и работа у него какая-то странная, — продолжала тетя Галя. — Фрилансер, говоришь? А что это такое?
— Ну... он сам себе начальник.
— Ага. Безработный, значит.
— Галь, не лезь не в свое дело, — буркнул дядя Вова.
— Как это не в свое? Леночка мне как родная дочь! Я переживаю за нее!
— Тетя Галя, все нормально...
— Нормально! Девочка совсем одна живет, никого у нее нет!
— У меня есть...
— Есть кто? Призрак какой-то! Полгода живете вместе, а мы его в глаза не видели!
Вот тогда-то Лена и ляпнула про Новый год. Мол, обязательно приведу его на праздник, познакомлю со всеми. А потом ехала домой и думала — зачем? Ну зачем она это сказала?
Но отступать было поздно. Тетя Галя уже всем родственникам сообщила, что на Новый год будут смотрины жениха.
****
— Понятно, — кивнул Роман, допив эспрессо. — Значит, мне нужно изобразить успешного тридцатисемилетнего фрилансера, с которым вы встречаетесь полгода. Какая у него специальность?
— IT, — быстро сказала Лена. — Программист. Сайты делает.
— Хорошо. Где познакомились?
— В... в спортзале.
— Отлично. Значит, я спортивный. — Роман оценивающе посмотрел на свою худощавую фигуру. — Это выполнимо. Дальше. Живем вместе?
— Тетя Галя считает, что вместе, но вы говорите, что мы пока часто ночуем друг у друга, но официально съезжаться не торопимся.
— Понял. А почему не живем вместе постоянно?
— Потому что... — Лена задумалась. — Потому что вы считаете, что людям нужно личное пространство.
— А я так считаю?
— Вы — да.
— Ага. Значит, я прогрессивный, но осторожный. Люблю независимость. — Роман что-то записывал в блокноте. — Легенда ясна. По анкете я Роман Викторович Лаврентьев, это имя и оставим, чтобы я случайно не откликнулся на чужое. Фамилия звучит вполне респектабельно.
Лена посмотрела на него внимательно. Ему действительно шло это имя — с этой слегка взлохмаченной головой, умными глазами и ироничной улыбкой.
****
Они встречались еще три раза до Нового года. Роман серьезно готовился к роли — выспрашивал подробности о Лениной семье, запоминал имена, выясняя привычки и характеры.
— Тетя Галя — главная наседка? — уточнил он на второй встрече.
— Угу. Она у нас в семье за всех переживает.
— А мама?
— Мама мягкая. Она меня поддерживает, но тете Гале не перечит.
— Понятно. А дядя Вова?
— Дядя Вова молчун. Любит рыбалку и футбол. С ним проще всего.
— А кузина Ира?
Лена поморщилась.
— Ирка — стерва. У самой два развода за плечами, но все время меня поучает, как жить.
— Ясно. Значит, с ней нужно быть осторожным.
На третьей встрече Роман пришел в костюме. Темно-синий, хорошо сшитый, с белой рубашкой и галстуком. Выглядел солидно и респектабельно — совсем не тот растрепанный актер, которого Лена встретила в кафе.
— Ого, — сказала она. — Вы прямо как настоящий.
— А я и есть настоящий, — усмехнулся Роман. — Просто играю роль.
Они отрепетировали основные сцены. Как они познакомились (у тренажера в спортзале полгода назад). Как начали встречаться (он три недели не решался пригласить ее на свидание). Где он работает (IT-компания, делает сайты для малого бизнеса). Планы на будущее (пока не определились).
— А если спросят про свадьбу? — волновалась Лена.
— Скажу, что не торопимся. Сначала хотим лучше узнать друг друга.
— А если про детей?
— То же самое. Все в планах, но без спешки.
— А если...
— Елена Константиновна, — перебил Роман. — Вы слишком нервничаете. Это же всего лишь один вечер.
— Для вас один вечер. А мне потом с этим жить.
Роман посмотрел на нее внимательно.
— А почему так важно мнение тети Гали?
— Она... — Лена замялась. — Она меня растила. После того как родители развелись, мама работала на двух работах, а я жила у тети Гали. Она мне как вторая мать.
— Понятно.
— И вообще, мне просто надоели эти разговоры. "Когда замуж? А дети? А почему одна?" Хочется, чтобы отстали.
Роман кивнул.
— Знакомо. У меня бывшая жена каждые полгода интересуется, не женился ли я снова.
— У вас была жена?
— Была. Три года назад развелись. — Он пожал плечами. — Не сложилось.
****
Пять лет назад
— Рома, ну сколько можно? — Катя стояла у плиты и яростно помешивала суп. — Когда ты наконец займешься нормальной работой?
— А что ненормального в актерской профессии?
— В профессии ничего. Но ты не актер, ты массовка! Третий год играешь статистов и "мужчину номер два"!
— Катя, в театре все начинают с малых ролей.
— В театре! А ты в каком театре? В Доме культуры?
Роман болезненно поморщился. Катя знала, куда бить больнее всего.
— Я работаю где могу.
— А могу я попросить, чтобы ты работал где платят? У нас ипотека, коммуналка, машина в кредите. А ты играешь "третьего слева" за три тысячи!
— Деньги — не главное.
— Легко говорить, когда их нет! — Катя выключила плиту, повернулась к нему. — Рома, мне тридцать лет. Хочется детей, нормальную квартиру, отпуск не в палатке. А не эти твои вечные поиски себя.
— А если я найду себя в другом?
— В чем, например?
— Не знаю. В коммерции, в офисе, в торговле...
— Тогда иди и найди. Только быстро.
Роман ушел из дома и два часа бродил по городу. Потом вернулся и сказал:
— Хорошо. Попробую.
Попробовал. Полгода проработал менеджером по продажам. Деньги появились, Катя повеселела, начала планировать ребенка. А Роман каждое утро просыпался с ощущением, что идет на каторгу.
Сорвался после спектакля в Малом театре. Сидел в зрительном зале, смотрел на сцену и понимал — вот это его жизнь. А не офис, не планерки, не отчеты.
— Я увольняюсь, — сказал он Кате на следующий день.
— С ума сошел?
— Может быть.
— Рома, я беременна.
Он замер.
— Что?
— Две недели как знаю. Хотела сказать сегодня вечером.
— Катя...
— Поэтому никаких увольнений. Будешь работать в офисе и радоваться.
Но через месяц Катя потеряла ребенка. А еще через полгода они развелись.
****
Тридцать первого декабря Роман приехал к Лене за час до назначенного времени. Выглядел безупречно — костюм, белая рубашка, букет для мамы и коробка конфет для тети Гали. Свои старые часы он начистил до блеска, решив, что лишняя мишура образу программиста-фрилансера ни к чему.
— Как дела? — спросил он, разглядывая Лену. Она надела черное платье, сделала укладку, слегка накрасилась. Выглядела нарядно, но напряженно.
— Нормально. Вы готовы?
— Готов. А вы?
— Честно? Трясусь от страха.
Роман неожиданно взял ее за руку.
— Елена Константиновна, расслабьтесь. Я же профессионал. Все будет хорошо.
— А если провалимся?
— Не провалимся. У нас хорошая легенда, я знаю всех персонажей, вы красиво выглядите. Что может пойти не так?
Лена посмотрела на их сцепленные руки. Роман держал ее крепко, уверенно, и от этого действительно становилось спокойнее.
— Кстати, — сказала она. — А как нам... в смысле, мы же встречаемся полгода. Как-то нужно изображать близость.
— Как именно?
— Ну... держаться за руки, обниматься. Чтобы выглядело естественно.
— Без проблем. Я умею изображать влюбленность.
— А поцелуи?
Роман чуть замешкался.
— А поцелуи обязательны?
— Не знаю. А вдруг спросят, почему мы не целуемся?
— Тогда поцелуемся. — Он пожал плечами. — В конце концов, это тоже работа.
****
Дом тети Гали встретил их запахом мандаринов и звуками телевизора. В прихожей толпились Ленины родственники — человек восемь, все в праздничных нарядах.
— Ой, а вот и они! — заголосила тетя Галя, выбегая навстреву. — Леночка, дорогая! А это и есть твой жених?
— Роман, — представился он, протягивая руку. — Очень приятно. Лена так много о вас рассказывала.
Тетя Галя просто растаяла. Красивый, вежливый, при галстуке — именно такого зятя она хотела для любимой племянницы.
— Проходите, проходите! Ой, какие цветы красивые! А конфеты! Леночка, какой у тебя хороший мальчик! Вова, иди гостя встречай!
— Мам, дай людям раздеться, — заступилась Ленина мама.
— А, да-да, конечно! Роман, давайте я куртку возьму. Ой, какой костюм красивый!
Роман невозмутимо раздевался, улыбался, отвечал на вопросы. Лена смотрела на него и удивлялась — как легко он вошел в роль. Вежливый, но не подобострастный. Внимательный, но не навязчивый.
— Рома, можно? — дядя Вова, коренастый мужчина в праздничной рубашке, крепко пожал ему руку. — Владимир Николаевич, Галин муж. Будем знакомы.
— Очень приятно. А можете просто Роман.
— А футбол любите?
— Болею за «Спартак», — соврал Роман без запинки.
— О! — дядя Вова просветлел. — А я за «Динамо». Значит, враги!
— Спортивные враги, — улыбнулся Роман. — Самые лучшие.
****
За столом Роман держался идеально. Отвечал на вопросы, рассказывал про работу (к IT-сфере никто не отнесся с подозрением), хвалил салаты и тушеное мясо.
— Роман, а где вы познакомились с нашей Леночкой? — спросила тетя Галя, наливая ему компот.
— В фитнес-клубе, полгода назад, — легко ответил Роман, строго придерживаясь их уговора. — Лена занималась на беговой дорожке, а я на тренажерах. Три недели ходил вокруг нее, не решался подойти.
— Почему? — заинтересовалась Ирка.
— А вы посмотрите на нее, — Роман повернулся к Лене и улыбнулся так тепло, что у нее даже сердце екнуло. — Красивая, умная, независимая. Я думал — такая девушка точно не обратит внимания на обычного программиста.
— А потом что было? — теперь уже все женщины слушали с открытыми ртами.
— А потом Лена сама ко мне подошла. Сказала, что забыла дома наушники, можно ли послушать музыку вместе. Я чуть в обморок не упал от счастья.
Лена покраснела. Роман так убедительно рассказывал, что она сама почти поверила в эту историю.
— Романтично, — вздохнула тетя Галя. — А сейчас где живете?
— Я у себя, Лена у себя, — спокойно ответил Роман. — Встречаемся часто, но пока не торопимся съезжаться официально.
— Почему? — тут же накинулась Ирка.
Роман покосился на Лену, как будто спрашивая разрешения, потом сказал:
— Мы оба независимые люди. Привыкли к свободе. Хотим убедиться, что готовы к серьезным отношениям.
— А то поженятся, а потом окажется — не подходят друг другу, — поддакнула мама.
— Именно, — согласился Роман. — Лучше подождать и быть уверенными, чем торопиться и потом жалеть.
Тетя Галя задумчиво кивнула.
— Разумно. В наше время все быстро, на скорую руку. А вы подходите к делу серьезно.
****
После основного застолья все переместились в гостиную. Мужчины смотрели футбол, женщины мыли посуду, Лена и Роман сидели на диване и разговаривали с младшими кузенами.
— Дядя Рома, а вы на машине приехали? — спросила десятилетняя Полина.
— На такси, — честно ответил Роман. — Машина временно не на ходу.
— А какая у вас машина?
— Полина, не приставай к дяде Роме! — одернула ее мать.
— Да ничего, — засмеялся Роман. — «Мазда». Старенькая, но любимая.
— А можно когда-нибудь прокатиться?
— Конечно, если тетя Лена не будет возражать.
Лена слушала этот разговор и думала — как легко он импровизирует. И почему ей это не противно, а наоборот — приятно? Наверное, потому что он делал это красиво, с заботой о ее чувствах.
— Лен, а можно тебя на кухню? — позвала Ирка.
— Конечно.
На кухне, кроме Ирки, были мама и тетя Галя. Все трое смотрели на Лену с любопытством.
— Ну и как? — спросила тетя Галя. — Нравится нам твой жених!
— Да, хороший мальчик, — согласилась мама. — Воспитанный, вежливый.
— И красивый, — добавила Ирка. — Лен, а что он в тебе нашел?
— Спасибо за комплимент, — сухо ответила Лена.
— Да я не со зла. Просто он такой... интеллигентный, а ты...
— А я что?
— Да ничего. Обычная. Средняя во всем.
— Ирина! — возмутилась мама. — Что ты говоришь?
— Мам, я же не обижаю. Просто удивляюсь — такой мужик, а выбрал Ленку.
Лена почувствовала, как внутри закипает злость. Ирка всегда так — сначала унизит, потом скажет "да я же не со зла".
— А может, он в ней нашел то, чего тебе не хватает? — раздался спокойный голос от двери.
Все обернулись. На пороге стоял Роман с пустыми тарелками.
— Что именно? — процедила Ирка.
— Доброту. — Роман поставил тарелки в раковину, подошел к Лене. — Лена — самый добрый человек, которого я знаю. И самый честный.
— Да ну? — Ирка явно не собиралась сдаваться.
— Да. — Роман обнял Лену за плечи. — К тому же она очень красивая. Внутренней красотой, понимаете? Той, которая не стирается с возрастом.
Лена прижалась к нему, благодарная за защиту. И вдруг поняла — она не играет. Ей действительно приятно стоять рядом с этим мужчиной, чувствовать его руку на своем плече, слушать, как он ее защищает.
— Ой, какие вы милые! — всплеснула руками тетя Галя, заходя на кухню вслед за Романом. — Прямо влюбленные!
Роман наклонился к Лене и поцеловал ее в губы. Легко, нежно, как делают влюбленные. Лена на секунду забыла, что это игра, и ответила на поцелуй. Тетя Галя понимающе улыбнулась.
— Ой! — ахнула мама.
— Простите, — смутился Роман. — Не удержался.
А Лена стояла красная и думала — черт, что это было?
****
Два года назад
— Рома, может, хватит? — Максим, режиссер театральной студии, устало смотрел на друга. — Ну сколько можно играть на корпоративах?
— А что плохого? Деньги неплохие, график свободный.
— Деньги неплохие, а ты деградируешь как актер.
— Не деградирую. Развиваю навыки импровизации.
— Рома, ты талантливый актер. Помнишь, как играл Чацкого в институте? Комиссия плакала!
— Помню. И что с того?
— А то, что ты закапываешь талант. Играешь пьяного Деда Мороза для офисных планктонов.
— Зато у меня есть деньги на еду и съемную квартиру.
— А есть ли у тебя жизнь?
Роман задумался. Действительно, была ли? Корпоративы, дни рождения, свадьбы. Одни и те же роли, одни и те же шутки, одни и те же довольные лица заказчиков.
— Макс, а ты предлагаешь что? Играть в подвале за спасибо?
— Предлагаю найти баланс. Половину времени — коммерция, половину — настоящий театр.
— А если не потяну финансово?
— Тогда будешь знать, что хотя бы попытался.
Роман кивнул. Максим был прав — нужно было что-то менять. Но что именно, он пока не знал.
Сейчас, сидя рядом с Леной в такси по дороге с праздника, Роман вдруг понял — в этой роли ему было комфортно. Не потому что она легкая, а потому что Лена была настоящей.
Он действительно мог бы встретить такую женщину, как Лена. Влюбиться в нее, планировать совместное будущее. И это не было бы игрой.
****
Домой они ехали молча. Лена смотрела в окно на новогодний ночной город, а Роман листал что-то в телефоне.
— Спасибо, — сказала Лена, когда они подъехали к ее дому. — Вы отлично справились.
— Было несложно. Хорошая семья у вас.
— Да, хорошая. — Лена достала из сумочки деньги. — Как договаривались.
Роман взял купюры, пересчитал, убрал в кошелек.
— Елена Константиновна, а можно вопрос?
— Конечно.
— А почему вы не замужем? Серьезно. Вы красивая, умная, самодостаточная. В чем проблема?
Лена удивилась вопросу.
— А почему вы не женаты? Тоже серьезно.
Роман засмеялся.
— Тупик, да?
— Тупик.
— Ладно, я первый. Не женат, потому что боюсь. Один раз уже обжегся — теперь дую на воду.
— А я не замужем, потому что не встретила того, кто был бы готов принимать меня такой, как есть. Без попыток переделать.
— Понятно.
Они помолчали.
— Роман, а еще раз можно будет вас пригласить? На день рождения мамы в феврале? Они обязательно будут ждать.
— Можно. Только предупреждайте заранее.
— Обязательно.
Роман вышел из машины, помог Лене выйти.
— До свидания, Елена Константиновна.
— До свидания.
Он уехал, а Лена еще долго стояла у подъезда и думала — почему ей грустно? Ведь все прошло отлично.
****
За январь тетя Галя позвонила Лене пять раз. Каждый раз спрашивала про Романа, интересовалась, как дела, когда они опять приедут в гости. Лена юлила, выдумывала его сильную занятость по работе, но тетя Галя, помня, как племянница покраснела от обычного поцелуя на кухне, заподозрила неладное. Ей показалось, что молодые люди крупно поссорились, а Лена просто скрывает драму.
В среду вечером в конце января раздался звонок в дверь. Лена открыла — на пороге стояла тетя Галя с кастрюлей в руках.
— Тетя Галь! Что случилось?
— Да так, решила борщ принести. Знаю, что ты готовить не любишь. — Тетя Галя прошла в кухню, поставила кастрюлю на плиту. — А где Роман?
— Роман? — У Лены внутри все похолодело. — Он... у себя.
— А почему не здесь? Вы же полгода вместе, говорила — часто ночует.
— Да, часто. Но не каждый день же.
Тетя Галя оглядела квартиру внимательным взглядом.
— А где его вещи?
— Какие вещи?
— Ну как какие? Зубная щетка, тапочки, запасная рубашка. Мужчина за столько времени хоть что-то должен оставить.
Лена судорожно думала, что ответить.
— Он... он аккуратный. Все свое забирает.
— Аккуратный? — Тетя Галя вздохнула и прямо посмотрела на нее. — Леночка, вы поссорились?
— Нет, с чего вы взяли?
— А с того, что я живу на свете пятьдесят восемь лет. И вижу, когда девка мается. Ты с Нового года сама не своя. Усталая, замученная. Расскажи мне, из-за чего повздорили? Из-за быта?
Лена поняла, что больше не может врать этой любящей женщине. Накатил стыд.
— Тетя Галь, — тихо сказала она. — Мы не ссорились. Романа не существует. То есть он существует, но не как мой парень. Он актер. Я его наняла через развлекательное агентство, чтобы вы все отстали от меня на Новый год.
Тетя Галя молчала долго. Посмотрела на Лену, потом на кастрюлю с борщом. Тяжело вздохнула:
— Леночка, зачем?
— А затем, что надоело! Надоели ваши вопросы про замужество, про детей, про то, что я одна!
— Мы же из любви к тебе...
— Знаю! Но от этого не легче! — Лена встала, забегала по кухне. — Мне тридцать пять лет, я взрослая женщина! Если я хочу быть одна — это мое право!
— Конечно, твое право, — мягко сказала тетя Галя, и в ее голосе вместо гнева появилась грусть. — Но зачем было устраивать этот цирк? Думаешь, нам штамп твой нужен? Мы же просто хотим, чтобы ты счастлива была.
Лена опустилась на стул и закрыла лицо руками.
— Лен, а тебе действительно так хорошо одной? Не одиноко?
— Одиноко. Но это лучше, чем жить с тем, кого не любишь.
Тетя Галя подошла, приобняла ее за плечи.
— А этот... Роман... Он тебе совсем не понравился? Выглядел-то он на тебя влюбленным по-настоящему. Да и ты, когда он тебя поцеловал, вспыхнула как школьница. Неужто совсем ничего?
Лена замерла, вспомнив тепло его рук.
****
После ухода тети Гали Лена долго сидела у окна. Обман раскрылся. Тетя Галя пообещала пока ничего не говорить маме, чтобы не расстраивать ее перед днем рождения, но Лена понимала — нужно что-то делать.
А еще из головы не выходили слова тети Гали. "Неужто совсем ничего?"
Глупость, конечно. Как можно почувствовать что-то к человеку, которого наняла по анкету? Да еще к актеру, который просто безупречно отыграл оплаченные часы?
Но почему она до сих пор помнит его защиту от нападок Ирки?
Лена достала телефон, нашла номер Романа. Набрала, сбросила. Набрала снова.
— Алло, Елена Константиновна? — голос Романа был удивленным.
— Простите, что беспокою. Что делаете?
— Да так, читал. Что-то случилось?
— Роман, а можно встретиться завтра? Нужно поговорить. Наш контракт... в общем, есть новости.
— Конечно. Давайте в нашем «Провансе».
****
Встретились на следующий день. Роман пришел в джинсах и толстовке — без актерского лоска, обычный, домашний.
— Что случилось? — спросил он, садясь за столик.
Лена рассказала про визит тети Гали, про разоблачение и про то, что на февральский день рождения мамы она, конечно, придет одна и во всем признается.
— Понятно, — кивнул Роман. — Ну что же, тайное всегда становится явным. Не переживайте вы так, это опыт.
— Я и не переживаю за легенду. Я подумала о другом... — Лена помолчала, собираясь с духом. — Роман, а вы не хотели бы попробовать встречаться по-настоящему?
Он поднял брови.
— В каком смысле?
— В прямом. Познакомиться заново, без сценария. Сходить в кино, поужинать. Как обычные люди.
— А зачем?
— А затем, что мне с вами было... надежно. И интересно. И я подумала — а что, если мы упустим что-то важное из-за дурацкого договора?
Роман долго молчал, крутил в руках чашку кофе.
— Лена. Вы уверены, что это хорошая идея? Наниматель и исполнитель...
— Я просто Лена. И я не уверена. Но хочу попробовать. Что мы теряем?
Роман улыбнулся, и в его глазах появилось то самое тепло, которое Лена видела на Новый год.
— Знаете, Лена... Я ведь тоже о вас думал. После праздников. Думал, какая вы на самом деле, когда не нужно дрожать перед тетей Галей.
— И какая?
— Не знаю. Вот и проверим. Давайте знакомиться? — он протянул ей руку. — Роман Лаврентьев, тридцать семь лет. Актер, который ищет себя.
— Лена Воронова, — пожала она его ладонь. — Тридцать пять лет, бухгалтер, которая устала от условностей.
****
Пять месяцев спустя
Роман стоял у плиты и жарил яичницу, а Лена накрывала на стол. Обычное субботнее утро в ее квартире, ставшей теперь их общей. За окном шумел теплый май. Они встречались всю весну, и вот, месяц назад, Роман перевез к ней свои вещи. Настоящие вещи — зубную щетку, книги и гору сценариев.
— Лен, а что мы скажем сегодня тете Гале? Она ведь приглашала нас на дачу на шашлыки, — спросил он, переворачивая яйца.
— А что скажем? Правду. Что май мы встречаем вместе.
— А она поверит, что наш «роман» после зимнего разоблачения стал настоящим?
— А какая разница? Мы же не врем теперь.
Роман выключил плиту, подошел к Лене, обнял сзади.
— Знаешь, что самое странное? Когда я тогда, в декабре, играл роль твоего жениха, я лгал про все. Про работу, про спортзал. Но не лгал про одно.
— Про что?
— Про то, что ты самая добрая и честная женщина, которую я знаю.
Лена повернулась к нему.
— А мне странно, что все, что ты тогда выдумал про наше совместное будущее, сбывается. Мы ведь действительно не торопимся. У нас нет штампа. Тетя Галя точно спросит, когда свадьба.
— Скажем, что думаем об этом.
— А думаем?
— Иногда, — улыбнулся Роман.
****
А тогда, в феврале, день рождения мамы прошел на удивление спокойно. Это было их первое официальное «настоящее» свидание на публике — через две недели после того, как они решили начать все заново. Роман пришел сам, без всяких агентств, и они с Леной прямо с порога рассказали маме и дяде Вове всю правду. Тетя Галя лишь победоносно кивала из угла.
Родственники слушали историю их предновогоднего обмана, затаив дыхание.
— И что, совсем не встречались до этого? — уточнила мама, Нина Петровна.
— Совсем, — честно ответила Лена. — Он был просто нанятым актером. А теперь мы пытаемся построить что-то реальное.
— Романтично, — вздохнула мама. — Как в кино.
— Ага, — фыркнула Ирка. — Наняла мужика, а он вернулся. Прямо Золушка наоборот.
— Ир, не ехидничай, — остановил ее дядя Вова. — Хорошо, что парень честный оказался. Настоящий.
После ужина в тот февральский вечер Роман вызвался помочь с посудой. Лена пошла за ним на кухню.
— Как ощущения? — спросила она.
— Странные. В первый раз играю самого себя перед твоими родственниками. И знаешь — это гораздо проще. Не нужно ничего выдумывать.
— Жалеешь, что все так повернулось?
Роман посмотрел на нее внимательно.
— Ни капли. А ты?
— И я нет, — тихо ответила Лена, прижимаясь к его плечу.
****
После мая потянулась счастливая, обычная жизнь. Они привыкали друг к другу — к привычкам, к режиму, к мелким бытовым особенностям.
Выяснилось, что Роман храпит, когда простужается. Что Лена не умеет готовить ничего, кроме яичницы и макарон. Что они оба любят старые фильмы и не любят шумные компании. Что у Романа есть талант находить общий язык с любыми людьми, а у Лены — дар создавать уют из ничего. Роман, кстати, вернулся в театр — Максим все-таки дожал его, и теперь Рома сочетал редкую коммерцию с серьезными репетициями.
— Лен, а ты не боишься? — спросил Роман в один из осенних вечеров, когда они смотрели кино, устроившись на диване.
— Чего?
— Что мы торопимся. Мы ведь, если убрать тот новогодний фарс, знакомы меньше года.
Лена повернулась к нему.
— Ром, с тобой я чувствую себя... собой. Не лучшей версией себя, не приукрашенной. Просто собой. А это дорогого стоит.
Роман обнял ее крепче.
— Знаешь, что я понял? Что любовь — это не когда хочется быть идеальным для другого. А когда можешь быть уставшим, небритым, глупым — и тебя все равно принимают.
****
Год спустя
— Ну что, готов? — Лена поправила Роману галстук.
— Готов. А ты?
— А у меня-то что? Мне просто стоять и красиво выглядеть.
Они стояли в коридоре ЗАГСа и ждали своей очереди. Спустя полтора года после первой встречи в кафе они решили, что пора. Без пышной свадьбы, без толпы гостей — только тетя Галя с мамой и дядей Вовой как свидетели.
— Роман Викторович и Елена Константиновна! — позвала сотрудница ЗАГСа.
— Это мы, — сказал Роман. — Идем.
Они вошли в зал. Обычная процедура, которую проходят тысячи пар, но для них она звучала иначе.
— Роман Викторович, согласны ли вы взять в жены Елену Константиновну?
— Согласен, — твердо сказал Роман.
— Елена Константиновна, согласны ли вы взять в мужья Романа Викторовича?
— Согласна, — улыбнулась Лена.
И это не была игра. Это была настоящая жизнь, которая началась с обмана, но привела к правде.
После церемонии они пошли в то самое кафе «Прованс», где встретились в первый раз. За окном кружился пушистый декабрьский снег, круг замкнулся.
— Помнишь, что ты тогда сказал, сидя за этим самым столом? — спросила Лена, рассматривая обручальное кольцо.
— Что я профессионал и все будет хорошо?
— Да. И ты не ошибся.
— Лен, а если бы мне тогда кто-то сказал, что я женюсь на клиентке, которая наняла меня ради тети Гали... Я бы рассмеялся.
— А теперь?
— А теперь думаю — везет же некоторым. Мне, например.
Они заказали шампанское и торт.
— Ром, а расскажем когда-нибудь детям, как познакомились?
— Обязательно. Это же отличная история. Она показывает, что любовь может начаться где угодно. Даже с анкеты развлекательного агентства.
Они чокнулись бокалами. Жизнь за окном шла своим чередом, люди спешили мимо витрин кафе «Прованс», не подозревая, что самая настоящая правда иногда рождается из маленькой, отчаянной лжи. Главное — вовремя разглядеть за ролью человека.