Глава 1. Белое такси
Толик впервые увидел Вику возле торгового центра, когда та выходила из белого такси с таким видом, будто весь город принадлежал ей одной. На ней было длинное светлое пальто, огромные очки и сапоги на каблуках, в которых любая другая девушка сломала бы себе ноги через пять минут.
Она держала в руке стакан кофе и раздраженно разговаривала по телефону, даже не замечая людей вокруг. Толик стоял возле ларька с шаурмой и ждал друга Серегу, который вечно опаздывал. И почему-то не мог отвести от неё взгляд.
Он был самым обычным парнем. Работал в сервисе по ремонту телефонов, снимал маленькую квартиру на окраине, ездил на старой «Ладе», которую постоянно приходилось чинить. Денег хватало на жизнь, но не более того. Толик не жаловался. Он вообще был из тех людей, которые умеют радоваться мелочам. Новым кроссовкам. Шашлыку на даче. Выходному без звонков от клиентов.
Но Вика выглядела так, будто жила в другом мире.
Серега появился спустя пятнадцать минут и сразу заметил, куда смотрит друг.
— О-о-о… брат, даже не думай, — хмыкнул он, проследив взглядом за девушкой.
— Почему?
— Потому что такие девочки не ездят на старых «Ладах».
Толик усмехнулся.
— А вдруг я любовь всей её жизни?
Серега заржал.
— Скорее, ты её водитель доставки.
Но уже через неделю Толик снова увидел Вику. Совершенно случайно. Она стояла возле кофейни и нервно пыталась включить телефон. Экран мигал, гас и снова загорался. Она раздраженно ударила ладонью по корпусу.
Толик проходил мимо и сам не понял, как остановился.
— Помочь?
Она подняла глаза и устало вздохнула.
— Если умеете оживлять умершие смартфоны — помогайте.
Через десять минут телефон заработал. Вика улыбнулась впервые за весь разговор, и у Толика внутри будто лампочка загорелась.
— Вы волшебник?
— Нет. Просто работаю с техникой.
— Тогда с меня кофе.
Он помнил тот вечер потом ещё очень долго. Как она смеялась. Как поправляла волосы. Как легко говорила о себе, будто они знакомы сто лет. Вика рассказала, что работает администратором в салоне красоты, любит красивые места, хорошие рестораны и ненавидит скучных мужчин.
Толик тогда напрягся.
Он заранее понимал, что не тянет её уровень. Но Вика смотрела на него с интересом, и это кружило голову.
— А ты? — спросила она, отпивая кофе. — Чем живёшь?
— Да так. Телефоны чиню. Иногда ноутбуки. Иногда планшеты. Всякая мелочь.
— И как, нравится?
— Нормально. Клиенты попадаются разные. В основном бабушки с кнопочными, но бывают и такие, как вы.
Она рассмеялась — звонко, открыто, запрокинув голову.
— Я, между прочим, не «такая, как все». Я Вика.
И протянула руку. Ладонь была узкая, прохладная, с идеальным маникюром.
Через месяц они уже встречались.
Серега первым делом сказал:
— Ты влип.
Толик только улыбнулся.
— Завидуй молча.
Сначала всё действительно было похоже на сказку. Вика выкладывала их фотографии в соцсети, называла Толика самым заботливым мужчиной и постоянно говорила, что рядом с ним ей спокойно. Он старался для неё изо всех сил. После работы бежал покупать цветы, возил её по ночному городу, слушал бесконечные истории про её подруг.
Но очень быстро появились «хотелки».
Сначала небольшие.
— Толь, у меня закончились духи, а зарплата только через неделю. Я такие нашла — ваниль с мускусом, просто мечта. Одолжишь до получки? Я отдам, честно.
Он, конечно, одолжил. И не спросил про отдачу.
Потом крупнее.
— Милый, у Кристины парень подарил ей поездку на море. Мы что, хуже? Я так устала, ты даже не представляешь. Весь день на ногах, клиенты эти… Мне нужна перезагрузка.
Он взял подработку. Потом ещё одну. Чинил телефоны ночами, иногда занимал у Сереги. Он был влюблён по уши и почему-то верил: если будет стараться сильнее, Вика обязательно это оценит.
Однажды вечером они сидели в ресторане, куда Толик привёл её на годовщину знакомства. Он копил на этот ужин почти месяц. Вика листала меню с таким видом, будто выбирала яхту.
— Тут устрицы нормальные?
Толик кашлянул.
— Я не знаю. Ни разу не ел.
Она усмехнулась, не поднимая глаз от страницы.
— Господи, Толь… ты иногда такой деревенский.
Он сделал вид, что не обиделся.
Позже, когда принесли счёт, Толик почувствовал, как внутри неприятно сжалось. Сумма была почти как половина его зарплаты.
Вика заметила его лицо.
— Ты чего?
— Да ничего.
— Только не говори, что у тебя опять проблемы с деньгами.
Толик натянуто улыбнулся.
— Всё нормально.
Но ничего нормально не было. Долги росли. Старую машину пришлось продать и купить ещё хуже. Он почти перестал покупать что-то себе. Даже куртку носил третий сезон подряд, хотя молния уже расходилась.
А Вика тем временем привыкала к красивой жизни. Она всё чаще выкладывала фотографии из дорогих мест, намекала на подарки, сравнивала Толика с чужими мужчинами.
— Вот Денис своей девушке кольцо купил.
— А Игорь повёз Настю в Турцию.
— А мы когда будем жить нормально?
После таких разговоров Толик обычно молчал. Он чувствовал себя виноватым, хотя не понимал, в чём именно.
Серега видел всё это и однажды не выдержал. Они сидели вечером в гараже, пили пиво и меняли масло в машине.
— Она тебя использует.
Толик резко посмотрел на него.
— Не начинай.
— Да я серьёзно. Ты пашешь как проклятый, а ей всё мало.
— Ты её просто не знаешь.
Серега усмехнулся.
— А ты знаешь?
Толик тогда разозлился.
— Слушай, если тебе нечего делать, не лезь в мои отношения.
Серега поднял руки.
— Ладно. Потом вспомнишь мои слова.
Но Толик не хотел ничего вспоминать. Он уже строил планы. Думал сделать Вике предложение летом, накопить денег на свадьбу, может, даже взять ипотеку. Он правда любил её.
Хотя иногда внутри появлялось странное чувство. Будто он всё время бежит за человеком, которому это не особо нужно.
Глава 2. Годовщина
Первый тревожный звоночек случился весной. Толик приехал к Вике без предупреждения. Хотел сделать сюрприз. Купил её любимые пирожные, цветы и даже взял выходной ради этого.
Дверь открылась не сразу.
Вика стояла растрёпанная, в длинной футболке и явно нервничала. Она загородила проём плечом, не приглашая войти.
— Ты чего приехал?
— Сюрприз хотел сделать. У тебя всё в порядке?
Она быстро оглянулась в сторону комнаты.
— Да, просто… надо было позвонить.
— У тебя кто-то есть? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
Но в квартире отчётливо слышался мужской кашель.
У Толика внутри похолодело.
Через секунду из кухни вышел Серега. С пакетиком чипсов в руках. В домашних тапочках. Без футболки.
Все трое замерли.
Толик сначала даже не понял, что чувствует. Будто мозг отказался принимать увиденное.
Серега отвёл глаза первым.
— Брат… это не то, что ты подумал.
Вика резко перебила:
— Да господи, мы просто кино смотрели!
Толик смотрел на друга. Лучшего друга. Человека, с которым они дружили почти пятнадцать лет. Который неделю назад сидел с ним в гараже и говорил: «Она тебя использует».
— Почему ты мне не сказал, что едешь к ней? — спросил Толик глухо.
Серега молчал.
И именно это молчание оказалось страшнее любых слов.
Толик медленно поставил пакет с пирожными на тумбочку.
— Ясно.
Вика вспыхнула.
— Да ничего не ясно! Ты устраиваешь драму на пустом месте!
Он перевёл взгляд на неё.
— А почему у тебя такой вид, будто я вас в постели застал?
Серега шагнул вперёд.
— Толь, давай спокойно.
— Не подходи ко мне.
В комнате повисла тяжёлая тишина.
А потом Вика вдруг устало закатила глаза.
— Ладно. Хочешь правду? Да, мы вместе.
Толик замер.
Серега резко повернулся к ней.
— Вика…
— А что? — она пожала плечами. — Всё равно бы узнал.
У Толика внутри будто что-то оборвалось. Не сердце — что-то глубже. Как будто из груди вырвали кусок мяса и оставили зияющую дыру.
— Сколько?
Вика скрестила руки на груди.
— Какая разница?
— Сколько?!
Серега тихо сказал:
— Два месяца.
Толик смотрел на них и не узнавал. Вот просто не узнавал. Люди, которых он считал самыми близкими, стояли перед ним как чужие.
Вика вдруг заговорила быстро, раздражённо, будто оправдывалась перед самой собой.
— Ты хороший, Толь. Правда. Но с тобой невозможно жить нормально. Ты вечно считаешь копейки. Вечно работаешь. Вечно уставший. Я молодая, я хочу жить красиво.
Он медленно перевёл взгляд на Серегу.
— А у него деньги появились?
Серега поморщился.
— Не в этом дело.
— А в чём тогда?
Но ответа не было.
Толик усмехнулся. Глухо, больно, как захлопнувшаяся навсегда дверь.
— Понял.
Он развернулся и пошёл к выходу. Вика вдруг бросила вслед:
— Не надо делать из себя жертву. Мы просто разные.
Толик остановился на секунду, не оборачиваясь.
— Нет, Вика. Просто ты пустая.
И вышел.
На улице шёл дождь. Холодный, противный, весенний. Толик сел в машину и долго сидел, не заводя двигатель. Телефон разрывался от звонков Сереги, но он не отвечал.
В тот вечер он потерял сразу двух людей. И любимую женщину. И друга.
Глава 3. Тишина после взрыва
Первые недели были ужасными.
Толик почти не спал, работал на автомате, перестал нормально есть. Он удалил все фотографии с Викой, но рука всё равно тянулась пересматривать старые переписки. Особенно по ночам.
Иногда он ненавидел её. Иногда скучал. Иногда хотел приехать и просто спросить: «Почему?»
Но сильнее всего болело предательство Сереги.
Вика хотя бы была с ним чуть больше года. А Серега был рядом половину жизни. Они вместе росли. Вместе дрались в школе. Вместе впервые напились. Вместе хоронили Серегину мать, вместе радовались, когда Толик поступил в техникум. И именно он воткнул нож в спину.
Телефон вибрировал почти непрерывно.
«Толь, возьми трубку»
«Нам надо поговорить»
«Я не хотел, чтобы так вышло»
Толик читал и удалял. Не отвечал.
Однажды ночью, недели через две после того дня, Серега всё-таки приехал к нему сам. Толик услышал звонок в дверь, глянул в глазок — и замер. За дверью стоял Серега. Осунувшийся, нервный, с красными глазами.
Толик открыл. Молча уставился на него.
— Нам надо поговорить.
— Нам не о чем говорить.
— Толь, послушай…
— Нет, это ты послушай.
Толик впервые в жизни смотрел на него с такой холодной злостью.
— Ты хоть понимаешь, что сделал?
Серега опустил голову.
— Я не планировал. Так получилось.
Толик горько рассмеялся.
— Случайно упал в кровать моей девушки?
Серега поморщился.
— Не начинай.
— А что не начинать? Ты мне как брат был.
— Ты думаешь, мне легко?
Толик резко шагнул к нему.
— А мне должно быть жалко тебя?!
Серега молчал. Потом тихо сказал:
— Она сама начала. Постоянно жаловалась на тебя. Говорила, что ты ничего не можешь ей дать. Что ты скучный, однообразный, что с тобой она чувствует себя как в клетке. Я пытался ей возражать… сначала.
Толик сжал кулаки.
— И ты решил помочь?
— Я влюбился, — сказал Серега почти шёпотом. — По-настоящему. Я не хотел, чтобы так получилось. Но она… с ней будто дышать легче.
Толик долго смотрел на него. А потом сказал, и каждое слово падало как камень:
— Знаешь, что самое смешное? Ты говорил мне, что она меня использует. Ты был прав. Только ты не сказал, что уже примериваешься, как бы использовать её сам.
Серега вздрогнул.
— Это не так.
— А как? Объясни. Я хочу понять. Вот прямо сейчас объясни — как это называется, когда ты спишь с девушкой своего лучшего друга за его спиной?
Серега молчал.
Толик открыл дверь шире.
— Уходи.
— Толь…
— Пока я тебе морду не разбил — уходи.
Серега ещё секунду постоял, глядя в пол, потом молча вышел. Толик закрыл дверь и прислонился к ней лбом. В груди саднило. Хотелось плакать, но слёз не было. Только сухая, выжигающая пустота.
Больше они не общались.
Глава 4. Карма
А карма действительно не заставила себя ждать.
Вика быстро переехала к Сереге. Сначала ей казалось, что она наконец вытянула счастливый билет. У Сереги были деньги получше, чем у Толика. Он занимался продажей автозапчастей, постоянно крутился в каких-то схемах и любил пускать пыль в глаза.
Он снимал квартиру в новом доме, водил Вику по ресторанам и покупал дорогие подарки. В соцсетях у неё начался настоящий парад красивой жизни — букеты роз, бокалы шампанского на фоне заката, сториз из дорогих кафе.
Только вот был один нюанс. Серега любил казаться богаче, чем был на самом деле.
Очень скоро Вика начала замечать странности. Он постоянно занимал деньги, нервничал из-за звонков, прятал телефон. На вопросы отвечал уклончиво: «рабочие моменты», «временные трудности», «нужно немного переждать».
А потом однажды к нему домой пришли двое мужчин.
Разговор был коротким, но жёстким. Вика сидела на кухне, слышала обрывки фраз через закрытую дверь — «срок», «проценты», «пожалеешь». Когда они ушли, Серега сидел бледный и молча смотрел в стену.
— Что происходит? — тихо спросила Вика.
Он нервно закурил, хотя до этого вроде как бросал.
— Долги.
— Какие ещё долги?
— Обычные.
Но долги оказались совсем не обычными. Серега влез в крупную историю с контрафактными деталями и теперь был должен очень серьёзным людям. Через месяц у него забрали машину. Ещё через две недели закрыли склад. А потом выяснилось, что квартира, которой он так хвастался, вообще съёмная и оплачивать её нечем.
Вика начала психовать.
— Ты говорил, что всё под контролем!
Серега раздражённо швырнул ключи на стол.
— Да заткнись ты хоть на пять минут!
Она смотрела на него и вдруг с ужасом понимала: перед ней не успешный мужчина, а уставший загнанный человек. Очень похожий на того Толика, которого она бросила. Только Толик никогда не срывался на неё. Толик никогда не врал.
Однажды вечером Вика случайно увидела Серегину переписку. Он забыл телефон на столе, экран загорелся — и она прочитала. Там были сообщения от какой-то девушки.
«Скучаю»
«Когда увидимся?»
«Твоя истеричка опять рядом?»
Когда Серега вернулся домой, Вика устроила скандал.
— Ты мне изменяешь?!
Он устало сел на диван.
— А тебе можно было?
Она замерла.
— Что?
— Ты Толика тоже ведь предала спокойно.
Вика побледнела.
— Это другое.
— Да нет, Вика, — он зло усмехнулся. — Это то же самое. Просто ты всегда ищешь, где выгоднее.
После этого разговора они прожили вместе ещё месяц. Месяц взаимных упрёков, скандалов и слёз. А потом Серега исчез. Просто собрал вещи и уехал. Оставил записку на кухонном столе:
«Прости. Так будет лучше».
Вика сидела на полу пустой квартиры и впервые за долгое время чувствовала настоящий страх. Денег почти не осталось. Работу в салоне она потеряла ещё раньше после конфликта с начальницей. Подруги постепенно исчезли, потому что помогать никто не хотел.
Оказалось, красивые фотографии в соцсетях не делают человека нужным.
Глава 5. Новая жизнь
Тем временем жизнь Толика медленно, почти незаметно, начала меняться.
После расставания он долго приходил в себя. Первое время просто работал на автомате, чтобы не думать. Но постепенно работа стала приносить не только отвлечение, но и результат. Он открыл маленькую мастерскую — сначала один, потом нанял двух сотрудников. Постепенно дело пошло. Сарафанное радио в таких делах работает лучше любой рекламы: довольные клиенты приводили новых.
Толик вдруг обнаружил, что без бесконечных Викиных запросов у него начали появляться деньги. Настоящие. Не взятые в долг. Он перестал жить от зарплаты до зарплаты. Купил нормальную машину. Сделал ремонт в квартире. Даже впервые за много лет съездил отдыхать — в Крым, один, с палаткой. И это было… хорошо. Спокойно.
Но главное — он стал спокойнее. Перестал дёргаться от каждого телефонного звонка. Перестал взвешивать каждое слово перед тем, как что-то сказать. Перестал чувствовать себя недостаточно хорошим.
Однажды вечером он сидел с новыми коллегами в кафе — простом, без устриц, но с вкусным кофе — и вдруг поймал себя на мысли, что уже несколько дней не вспоминал Вику. Это было странное, почти счастливое ощущение. Как будто с души сняли камень, который он таскал годами.
А потом в его жизни появилась Лена.
Она пришла чинить ноутбук — старенький «Асус», который держался на честном слове и синей изоленте. Простая, спокойная девушка с усталыми глазами и смешной привычкой кусать губу, когда волнуется. Работала учительницей младших классов и почему-то постоянно извинялась даже за мелочи.
— Извините, что так поздно. У меня завтра урок, а ноутбук взял и умер. Вы не могли бы посмотреть? Если это дорого, я пойму.
— Давайте посмотрим, — сказал Толик. — Ничего страшного. Садитесь, чай хотите?
Пока он копался в её ноутбуке, они разговорились. Лена рассказывала про своих учеников — смешных, шумных, постоянно придумывающих что-то невероятное. Про то, как один мальчик принёс в класс лягушку и сказал, что это учебное пособие по биологии. Про девочку, которая написала в сочинении, что хочет стать «феей доброты».
Толик смеялся. Искренне, без напряжения. Без оглядки на то, как он выглядит со стороны.
— Сколько я вам должна? — спросила Лена, когда ноутбук ожил.
— Нисколько. Считайте это скидкой для работников образования.
— Нет, так нельзя. Я настаиваю.
В итоге договорились, что она угощает его кофе. Через неделю они встретились в кофейне возле её школы. Потом ещё раз. И ещё. Лена не требовала дорогих ресторанов. Не сравнивала его с другими мужчинами. Не просила айфоны и поездки. Она радовалась обычным вещам. Горячему чаю. Прогулке вечером. Фильму под пледом.
И Толик вдруг понял, насколько устал жить рядом с человеком, которому всегда было мало.
С Леной было легко. Настолько легко, что сначала он даже не верил. Всё ждал подвоха. Думал: сейчас она попросит денег в долг, или начнёт намекать на поездку, или сравнивать с кем-то. Но нет.
Однажды они сидели на лавочке возле реки. Был тёплый августовский вечер, пахло водой и травой. Лена улыбнулась и тихо сказала:
— Ты всё время ждёшь подвоха.
Толик удивлённо посмотрел на неё.
— В смысле?
— Будто боишься, что я сейчас начну требовать от тебя Бали, бриллианты и машину.
Он невольно рассмеялся.
— Есть немного.
Лена покачала головой.
— Знаешь, Толь… человеку нужен человек. А не банкомат.
И почему-то именно после этих слов у него впервые по-настоящему отпустило сердце.
Глава 6. Возвращение
Прошёл почти год.
Однажды Толик возвращался с работы и увидел возле своего сервиса знакомую фигуру.
Вика.
Он сначала даже не узнал её. Без дорогой одежды, без надменного взгляда, без той уверенности, которая когда-то сводила его с ума. Она стояла под дождём с потёкшей тушью и нервно теребила ремешок сумки. Пальто было старое — то самое, светлое, но уже потрёпанное. Волосы не уложены.
Толик медленно подошёл.
— Привет.
Вика подняла глаза и попыталась улыбнуться.
— Привет. Я тут мимо проходила. Думаю — дай зайду, посмотрю, как у тебя дела.
— Дела нормально, — сказал он ровно.
Повисла неловкая пауза. Капли дождя барабанили по карнизу.
— Ты хорошо выглядишь, — тихо сказала она.
— Нормально.
— Я слышала, у тебя бизнес теперь.
— Есть немного.
Вика глубоко вздохнула.
— Толь… я хотела извиниться.
Он молчал.
— Тогда я была дурой. Мне казалось, что деньги — это главное. Что любовь должна быть красивой, дорогой, как в кино. Что если человек зарабатывает мало, значит, он недостаточно старается.
Толик спокойно смотрел на неё. Без злости. Без боли. Будто на чужого человека.
— А сейчас?
Вика горько усмехнулась.
— А сейчас я поняла, что красивые рестораны не спасают, когда рядом пустой человек. Серега… он слинял. Даже не попрощался толком. Оставил меня с долгами и пустой квартирой. И я осталась одна.
Она сглотнула.
— Я тогда много думала. Про тебя. Про нас. Про то, как я себя вела. И знаешь… я бы тоже от себя ушла.
Толик слушал. Впервые за долгое время — слушал её спокойно.
— Мы можем попробовать сначала? — спросила она и шагнула ближе.
Толик медленно покачал головой.
— Нет, Вик.
У неё дрогнули губы.
— Ты всё ещё обижен?
Он тихо выдохнул, глядя на мокрый асфальт.
— Нет. Просто я больше себя не предам.
Эти слова ударили её сильнее любой ссоры. Потому что она вдруг поняла: он действительно её отпустил. Навсегда. И дело не в обиде, не в злости — он просто перерос её. Как перерастают старую одежду.
В этот момент к сервису подошла Лена с двумя стаканами кофе в руках. Увидев Вику, она слегка растерялась, замедлила шаг.
Толик улыбнулся и взял кофе.
— Спасибо.
Лена тихо спросила:
— Я не вовремя?
— Вовремя, — сказал он и посмотрел на Вику. — Ладно. Удачи тебе.
И ушёл вместе с Леной.
Вика ещё долго стояла под дождём и смотрела им вслед. Лена что-то говорила Толику, жестикулируя свободной рукой, а он смеялся — открыто, беззаботно. Так, как никогда не смеялся рядом с Викой. И было в этой картине что-то такое простое и правильное, что Вика вдруг отчётливо поняла: она не просто проиграла. Она своими руками отдала то, что могло бы быть её счастьем. И назад уже не возьмёшь.
Глава 7. Тихая свадьба
Через несколько месяцев Толик сделал Лене предложение. Без пафоса. Без ресторана за ползарплаты. Просто дома, на кухне, пока она резала яблоки для пирога.
Он так волновался, что перепутал слова. Вместо «ты будешь моей женой?» сказал: «ты будешь мной женой?»
Лена сначала рассмеялась — звонко, запрокинув голову. Потом вдруг заплакала, прижав ладони к щекам.
— Я согласна, дурачок. Конечно, согласна.
Свадьбу сыграли скромную. Лена не хотела пышного торжества — сказала, что лучше эти деньги отложить на что-нибудь полезное. Позвали самых близких — человек пятнадцать. Мама Лены, коллеги, несколько друзей. Серегу, конечно, не звали.
Вечером после свадьбы Толик сидел на балконе их новой квартиры — они купили её в ипотеку, но своя, родная — и смотрел на звёзды. Лена уже спала, устала за день. А он всё сидел и думал.
Вспомнил Серегу. Интересно, где он сейчас. Жив ли вообще. Говорили, уехал куда-то на север, на вахту. Или не уехал — никто толком не знал.
Но вместо злости внутри была только усталость. И странное понимание.
Иногда люди уходят из твоей жизни не потому, что ты плохой. А потому что они должны уйти, чтобы ты наконец начал ценить себя.
Он встал, вернулся в комнату. Лена спала, подложив руку под щёку, и чему-то улыбалась во сне. На тумбочке стояли два стакана — вода на случай, если ночью захочется пить. Её привычка. Она всегда ставила воду на ночь.
Толик лёг рядом, накрыл её одеялом и закрыл глаза.
Впервые за много лет ему было по-настоящему спокойно. Не хорошо — именно спокойно. Как человеку, который долго блуждал по лабиринту и наконец нашёл выход.
Глава 8. Эпилог. Зарядка
Прошло два года. Мастерская Толика разрослась — теперь у него было три точки в городе и десять сотрудников. Лена всё так же работала в школе, только теперь завучем. Они взяли собаку — смешного рыжего спаниеля, которого Лена нашла на остановке промозглым ноябрьским вечером.
Однажды вечером Толик сидел в сервисе и разбирал старые коробки — переезжали на новый склад, нужно было освободить помещение. И вдруг наткнулся на старую зарядку. Викину. Она забыла её у него дома года три назад — белую, с фирменным логотипом, для какого-то навороченного айфона.
Он взял её в руки. Повертел.
Когда-то эта зарядка была символом. Символом того, что Вика всегда что-то забывала — не специально, а потому что не считала нужным помнить. Зарядки, ключи, обещания. Толик тогда сам отвёз ей эту зарядку через весь город. Потому что она написала: «Толь, привези, у меня телефон садится».
И он привёз. Конечно, привёз.
А теперь эта зарядка лежала в пыльной коробке среди ненужного хлама. И ничего не вызывала. Ни боли, ни злости, ни сожаления. Просто кусок пластика и провода.
Толик усмехнулся, размахнулся и выбросил зарядку в мусорное ведро. Она глухо стукнулась о дно.
В этот момент зазвонил телефон. Лена.
— Ты скоро домой? Я пирог испекла. С яблоками. Твой любимый.
— Скоро. Уже выхожу.
Он повесил трубку, взял куртку и вышел из мастерской. На улице шёл снег — первый в этом году, крупный, пушистый.
Толик сел в машину, завёл двигатель и поехал домой. К Лене. К рыжему спаниелю. К яблочному пирогу. К своей настоящей жизни.
А зарядка осталась в мусорном ведре. Там, где ей и было место.