Мы привыкли, что славянская нечисть это домовёнок Кузя, добрый леший да русалка с хвостом. Детские мультики и сказки на ночь. У наших прапрадедов духи сидели в бане, прятались в овине, бродили по полям среди бела дня и забирались ночью в детские колыбели. И далеко не все были настроены дружелюбно.
1. Полудница
Начну с существа, которое действовало не ночью, как положено приличной нечисти, а в разгар дня. В самый полдень. Полудница это дух хлебных полей, известный и восточным, и западным славянам, а значит, образ очень древний. Крестьяне верили: кто работает в поле в полуденный час или уснул на солнцепёке, тот в опасности.
Представляли её по-разному. В одних местах это молодая девушка в белом. В других это косматая старуха. В Сибири описывали обросшую волосами женщину, которая "косит" людей в полдень.
Но суть одна: полудница хватала человека за голову и крутила, пока шею не пронзала жгучая боль. То есть, говоря по-простому, насылала солнечный удар.
Само слово "полудновать" в Сибири и на Белом море означало "доживать последние минуты перед смертью". Вот насколько серьёзно к этому относились.
В руках полудница могла держать раскалённую сковороду, которой то защищала посевы от палящего солнца, то, наоборот, сжигала всё дотла.
У поляков и лужичан вместо сковороды в руке был серп. Детей она могла украсть, а ещё, если верить поверьям, подменить на своего собственного ребёнка.
У западных славян был занятный способ спастись от разгневанной полудницы: надо было шаг за шагом рассказывать ей про какую-нибудь сельскую работу, например, про возделывание льна от пахоты до тканья полотна. Пока не прозвонит колокол к обеду, она слушает. Прозвонил, и полудница исчезла.
2. Банник
Баня у славян стояла на границе между "своим" и "чужим" миром. Здесь рожали детей, здесь же обмывали покойников. Крестик снимали перед входом. А хозяйничал тут банник, существо вздорное и непредсказуемое. И на том месте, где когда-то стояла баня, даже нельзя было потом ставить другие постройки.
Выглядел он чаще всего маленьким лохматым стариком, облепленным листьями от веников. Но мог обернуться кошкой, собакой, белым зайцем и даже веником или камнем.
Жил за печкой или под полком. Рядом с ним порой обитала обдериха, банная хозяйка, которую описывали как женщину с длинными руками, огромными зубами и волосами до пола.
Правила для посещения бани были строгие. Нельзя в одиночку. Нельзя после заката. Нельзя пьяным. Нельзя ругаться и плеваться, тем более на камни. А самое главное, париться разрешалось только три раза.
Четвёртый пар принадлежал баннику, и в это время к нему приходили мыться другие домашние духи: домовой, дворовой, кикимора. Кто лез в баню в четвёртый заход, рисковал угореть или быть запаренным до потери сознания.
Чтобы задобрить банника, ему оставляли воду, мыло и старый веник, а под порог прятали монетку. Клали на печку кусок ржаного хлеба с солью. А в особых случаях приносили в жертву чёрную курицу.
3. Овинник
Овин, деревянная постройка, где сушили снопы перед молотьбой. Внутри разводили открытый огонь. Деревянные стены, сухая солома, пламя, и смесь, мягко говоря, опасная. Овины горели регулярно, и в каждом пожаре обвиняли овинника.
Среди всех домашних духов он слыл самым злым. Ублажить овинника было крайне трудно. Когда он гневался, не помогали ни кресты по углам, ни молитвы, ни даже икона Неопалимой Купины. Оставалось одно: вывернуть шубу мехом наружу и стеречь овин с кочергой в руках.
Выглядел он по поверьям как чёрный лохматый кот с горящими глазами. Или как здоровый мужик, покрытый сажей. А если сгорал овин, семья оставалась без хлеба на целый год. Для бедного двора это был прямой путь к голоду. И если овин горел вместе с людьми, которые не успевали выскочить, это тоже списывали на овинника.
Занимал он строго определённое место в иерархии дворовых духов. С банником регулярно дрался и всегда побеждал. А вот в дом заходить не решался, потому что домовой был сильнее. Овинник был кем-то вроде пограничного стража между домом и полем, и нрав у него соответствовал.
4. Кикимора
Все знают слово "кикимора", но в народных поверьях это был совсем не тот персонаж, которого мы знаем по мультфильмам. Кикиморами становились дети, умершие "неправильной" смертью: убитые, мертворождённые, проклятые.
Ещё кикимору могли подселить в дом обиженные строители или колдуны, подложив в стену или под порог куколку, щепку или веточку, которая затем "оживала".
Кикимора, появившаяся сама, и кикимора, насланная через подклад, это два разных существа с разным поведением. Насланная не пряла и не ткала, зато могла сжить хозяев со света.
В доме начинали мерещиться то поросёнок, то заяц, то собака, хлопали двери, слышались голоса. Избавиться от неё можно было, только найдя спрятанную куколку и уничтожив её.
Описывали кикимору как маленькую скрюченную старуху, которая боится ветра и потому не выходит из дома. Она била горшки, бросалась луковицами из подпола, выдёргивала перья у кур, стригла шерсть у овец, путала пряжу.
Образ этот, судя по всему, очень древний. Есть версия, что кикимора связана с дохристианским культом богини Мокоши, которая тоже покровительствовала прядению, шерсти и женским работам.
5. Ночница
Ночниц боялись все славяне без исключения, и восточные, и западные, и южные. Это ночные духи, которые нападали на маленьких детей, особенно на новорождённых до крещения. Ребёнок кричит, не спит, мечется, значит, ночница добралась.
В восточной Сербии их представляли уродливыми бабами в чёрном. У хорватов это длинноволосые женщины с когтями. У поляков они напоминали птиц или летучих мышей. В западной Белоруссии ночницу видели в образе чёрного мохнатого червяка.
Но в быличках описывается и более жуткая сцена: ночница проникала в дом через окно, подходила к колыбели и давала младенцу свою грудь. Ребёнок начинал горько плакать и отворачиваться.
Защищались несколькими способами. Клали в колыбель что-нибудь железное: иглу, нож, ножницы или ключ. Подкладывали чеснок и полынь. А был и более необычный обряд.
Ночью, когда ребёнок особенно раскричится, топили печь и "палали" его, качали перед огнём в подоле платья, слегка встряхивая и приговаривая заговор, в котором призывали ясное солнышко прогнать ночниц и наслать добрых "денниц".
У ночницы есть целый ряд "родственниц" с говорящими именами: криксы, плаксы, плаксивицы, криксы-вараксы. Наши предки, по сути, выстроили целую систему объяснений детского плача и привязали к каждому виду свой дух.
6. Анчутка
Слово "анчутка" это одно из самых древних славянских названий для нечистой силы. Происхождение у него неожиданное, скорее всего оно пришло из балтийских языков и связано с литовским словом "ančiūtė", что значит "маленькая утка". Не самое устрашающее имя для беса, но именно так.
Анчутка связан одновременно с водой и с воздухом. Он и водяной помощник, и летучий дух. Встретить его можно было где угодно: в поле, в лесу, в бане, у реки. Банные анчутки, по поверьям, были мохнатые и лысые, пугали людей стонами и помрачали разум. Полевые, наоборот, росточком маленькие и более мирные.
Его постоянные прозвища "беспятый" и "беспалый". Откуда "беспятый"? По одной легенде, волк погнался за анчуткой и откусил ему пятку. По другой, ему отбили её дверью при бегстве от людей. Так или иначе, в золе на полу бани можно было увидеть характерные следы: пальцы есть, подошва есть, а пятки нет.
Самое главное правило, связанное с анчуткой, его нельзя называть по имени. Как и всякая нечисть, он тут же откликался. Именно поэтому в народе использовали десятки обходных выражений: "нечистый", "лукавый", "тот самый".
Даже слово "чёрт" старались не произносить. Отсюда, кстати, пошло множество русских поговорок и присказок, где нечистую силу описывают намёками и окольными словами.
7. Мавка
Самый печальный персонаж в этом списке. Мавками, или навками, от старославянского "навь", то есть "мертвец", становились дети, умершие без крещения.
Выглядели мавки как маленькие дети или молодые девушки с длинными распущенными волосами, бледной кожей, одетые в рваные белые рубахи или вовсе обнажённые. Но главная их примета пугала по-настоящему.
Спереди это красивая девушка. А со спины кожи нет, всё видно. Ещё мавки не отбрасывали тени и не отражались в воде.
Мавки умели завести человека в болото, сбить с пути, защекотать до смерти. Простой гребешок мог спасти. Если мавка просила расчесать ей волосы и ей давали гребень, она расчёсывалась и бесследно исчезала.
У южных и западных славян существовало поверье, что мавку можно "спасти". Если в течение 7 лет после превращения на неё брызнуть водой и произнести крещальную формулу, она становилась ангелом и помогала спасителю. Если 7 лет прошли, мавкой она оставалась навсегда.