Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

«Козинцев

Гоголиада» в постановке Никиты Кобелева, на малой сцене Александринского театра. Спектакль про фильм, который так и не сняли — Григорий Козинцев четыре года работал над «Гоголиадой» по петербургским повестям Гоголя и умер, так и не успев воплотить замысел. На сцене — не байопик, а театр за кулисами кинопроцесса: судьба режиссёра сплетается с гоголевскими персонажами, Петербургом, абсурдом и несбывшимся чудом кинематографа. Час двадцать без антракта, но плотно — с видео, светом, операторами прямо на сцене и главной ролью народного артиста Игоря Волкова. Большое количество сомнений, мечт, воплощений и всего того, что испытывает каждый художник при создании новой картины. Черно-белая малая форма, которая к сожалению, как и большинство работ Никиты Кобелева - меня не тронула. Заявка на успех, так и не обвенчавшаяся успехом. Уже «вековая» идея фикс Никиты Кобелева подчеркивать политические репрессии уже надоела. Одна картина похожа на другую, сопровождающаяся из раза в раз коммунистическо

«Козинцев. Гоголиада» в постановке Никиты Кобелева, на малой сцене Александринского театра.

Спектакль про фильм, который так и не сняли — Григорий Козинцев четыре года работал над «Гоголиадой» по петербургским повестям Гоголя и умер, так и не успев воплотить замысел. На сцене — не байопик, а театр за кулисами кинопроцесса: судьба режиссёра сплетается с гоголевскими персонажами, Петербургом, абсурдом и несбывшимся чудом кинематографа.

Час двадцать без антракта, но плотно — с видео, светом, операторами прямо на сцене и главной ролью народного артиста Игоря Волкова. Большое количество сомнений, мечт, воплощений и всего того, что испытывает каждый художник при создании новой картины. Черно-белая малая форма, которая к сожалению, как и большинство работ Никиты Кобелева - меня не тронула. Заявка на успех, так и не обвенчавшаяся успехом. Уже «вековая» идея фикс Никиты Кобелева подчеркивать политические репрессии уже надоела. Одна картина похожа на другую, сопровождающаяся из раза в раз коммунистической серостью, проверками, НКВД и запретами худ.совета - sorry, next.

Из хорошего - Иван Трус, который из раза в раз поражает своей фактурой, мужественностью и максимальной собранностью. Большой артист, являющийся украшением любой постановки, даже в эпизоде.

В итоге получилось сценическое исследование творческого замысла, который остался только на бумаге, но теперь оживает как призрак великого фильма. Эпизодический оммаж советскому режиссеру театра и кино, открывший нам Кешу Смоктуновского - Гамлета и Олега Даля - Шута в Короле Лире.