НАЧАЛО РАССКАЗА:
В это время Андрей в холодной ярости сверлил взглядом сестру, которая упорно делала вид, что совершенно не виновата в произошедшем безобразии. Но на этот раз брат был настроен решительно и не собирался спускать ей это с рук, как бывало раньше.
— Ты хоть понимаешь, что ты натворила? Думаешь, это смешно? — голос Андрея гремел по гостиной, а лицо его стало багровым от гнева.
— Ой, да перестань, ерунда же. Подумаешь, горничная, прислуга. Просто никто, пустое место. Сунешь ей немного денег, заткнёшь рот — и вся недолга, — усмехнулась Даша, пытаясь сохранить на лице маску безразличия. — Я вообще не понимаю, чего ты разорался-то? Ну, пошутила слегка неудачно, с кем не бывает.
— Ты чуть живого человека за решётку не отправила по ложному, поганому обвинению, — рявкнул Андрей, делая шаг вперёд. — Это уже не шутки, это уголовщина!
— Ну ладно, ладно, впредь буду умнее и постараюсь быть хорошей девочкой, — пробормотала Дарья, начиная испуганно пятиться. — Ну перестань ты на меня дуться, Андрей. Мы же с тобой родные люди, единственные друг у друга.
— Собирай вещи. Одну дорожную сумку, — потребовал он ледяным, не терпящим возражений тоном. — Прямо сейчас, на моих глазах. Никаких драгоценностей и дорогих безделушек. Телефон свой дорогой тоже оставляешь здесь на столе. Возьмёшь самую дешёвую трубку у садовника. Кредитные карты тоже давай сюда.
— Андрей, ты чего, с ума сошёл? — всерьёз испугалась сестра, побледнев ещё сильнее.
— Хотя нет, карты можешь оставить себе. Я их просто заблокирую через банк прямо сейчас.
Он тут же достал свой телефон и стал набирать номер персонального менеджера в банке, отдавая чёткие и жёсткие распоряжения.
— Не смей меня так шантажировать и урезать! — рявкнула Дарья, в панике бросаясь к нему. — Подавишься ты своими деньгами!
— Собралась? А теперь пошла вон отсюда, пока я не вызвал полицию обратно, чтобы забрали тебя, — отрезал Андрей, не смотря на сестру. — Ты мне больше не сестра. И забудь сюда дорогу навсегда. И не забудь ключи от родительской квартиры. Это теперь твоё единственное и последнее жильё, которое у тебя есть.
— Ты просто променял меня на какую-то постороннюю, подлую тётку, которая тебе ничего не значит! — сменила тактику Дарья, переходя на крик.
— Нет, ты, похоже, так ничего и не поняла, — покачал головой Андрей, и в его глазах была усталость и разочарование. — Ты покидаешь этот дом не из-за какой-то там горничной. А потому, что ты потеряла моё доверие окончательно и бесповоротно.
Дарья в бешенстве, едва сдерживая слёзы, выскочила на улицу и бросилась к распахнутым воротам. Она была свято уверена в одном: её брат совсем скоро раскается в своей жестокости и сам прибежит мириться. Так бывало уже много раз. Андрей ведь никогда не умел долго на неё сердиться — прощал абсолютно всё, даже самые ужасные выходки. Так что Даша решила, что ей нужно просто немного переждать его гнев в своей старой квартире.
Елизавета, стоя у забора, наблюдала за тем, как мимо неё, рыдая, промчалась Дарья. Она уже хотела вернуться в дом, но её вдруг удержал за локоть появившийся из-за кустов пожилой садовник Сергей.
— Не спеши, дочка, пускай он сейчас один побудет. Переживёт этот скандал, успокоится, — тихо сказал он. — Сестра для Андрея — самое важное в жизни, важнее бизнеса и денег. И уж если он выгнал её, значит, она его действительно достала до печёнок.
— Спасибо вам огромное, — искренне улыбнулась Елизавета, чувствуя невероятную благодарность к этому человеку. — Вы же меня сейчас буквально спасли. Я даже не знаю, как вас благодарить.
— Да уж, с твоими документами я бы в полицию не советовал попадать ни при каких обстоятельствах, — усмехнулся мужчина. — Елизавета Евгеньевна, давайте-ка лучше на чистоту. Никакая вы не горничная. Ну и я, если честно, не простой садовник. Позвольте представиться официально: начальник службы безопасности компании «Васильев-отель» Сергей Вахромеев.
— Ничего себе, — рассмеялась она, немного растерявшись. — В этом доме, кажется, вообще всё не то, чем кажется на первый взгляд.
— И давно вы в курсе моей маленькой легенды? — поинтересовалась Елизавета, с любопытством глядя на Сергея.
— А кто, по-вашему, всерьёз вас проверял на благонадёжность перед приёмом на работу? — с хитринкой в глазах улыбнулся он. — Да и хозяин, как вы уже знаете, тоже в курсе. Может, теперь объясните, для чего весь этот маскарад с переодеванием?
— Ну, кажется, у вас самого тоже были веские причины находиться здесь под чужим именем и легендой, — уклончиво ответила Елизавета.
— А то, — кивнул Сергей, становясь серьёзным. — Андрей мне как сын родной, я его с пелёнок знаю. Когда вокруг него твой бывший муж начал виться и крутиться, стало сразу ясно — неспроста это, ох неспроста. Вот мы и придумали эту комбинацию с садовником. Для всех в доме я бывший сиделец, которого из милости взяли покопаться в саду. Андрей тогда боялся, что этот подлец Игорь окончательно оболванит и охмурит Дашку. А вышло-то вон как — сестрица сама свернула на криминальную дорожку, без всякой посторонней помощи.
Елизавета, ещё раз поблагодарив Сергея за откровенность и за спасение, вернулась в дом. Обитатели этого странного особняка всё больше занимали её воображение. У каждого из них, кажется, было полно своих мрачных тайн и секретов, и что-то подсказывало ей, что в эти семейные дела лучше глубоко не лезть.
Прошло несколько дней. Елизавета, сама уже не понимая, зачем она это делает, продолжала исправно изображать из себя горничную. Кухарка Надежда недобро на неё косилась после всей этой истории с колье, но лишних вопросов задавать не решалась. А вот самой Елизавете почему-то с каждым днём становилось всё хуже. Сначала она списывала тошноту и внезапные головокружения на последствия недавней травмы головы, но странное недомогание никак не проходило. Она решила тайком сходить к обычному терапевту в городскую поликлинику. Врач же, внимательно выслушав её жалобы, посоветовал не морочить ему голову, а купить в аптеке обычный тест на беременность. И тест оказался положительным.
Елизавета никак не могла уложить это известие у себя в голове. Она много лет мечтала о ребёнке, но всё откладывала — вечно не хватало времени из-за бесконечного бизнеса. И вот теперь, когда муж оказался подлым предателем и чуть не убийцей, она носила под сердцем его дитя. Несколько дней она ходила по дому словно в тумане, пытаясь принять хоть какое-то решение. Рожать от человека, который пытался её убить и хладнокровно хотел устранить, было как-то дико и нелепо. Но в то же время она понимала: будущий ребёнок ни в чём не виноват, и, возможно, его появление на свет подарит ей шанс на совершенно новую, счастливую жизнь без прошлого.
Через неделю все сомнения отпали. Елизавета твёрдо решила рожать и воспитывать малыша одна. Она собиралась после ужина подойти к Андрею и сообщить ему, что увольняется и уезжает из города навсегда. Оставаться здесь, где каждый уголок напоминал о предательстве, для неё было немыслимо. Ей хотелось бежать как можно дальше и там, в новом месте, начать всё с самого начала, теперь уже ради своего будущего ребёнка.
Тем временем Игорь и Дарья, несмотря на размолвку, тоже строили свои новые планы. Бывший муж Елизаветы был просто в ярости от всего происходящего. Вместо долгожданного доступа к многомиллионным активам богатого братца своей невесты он получил лишь избалованную девицу, которая требовала от него только денег и бесконечных развлечений. Он в бешенстве распекал свою возлюбленную по телефону и лихорадочно думал, как можно переломить ситуацию в свою пользу.
В тот самый день, когда она решила уволиться, Елизавета старалась напоследок сделать свою работу как можно тщательнее. Она как раз натирала до блеска старинный подсвечник в гостиной, когда случайно услышала обрывки разговора Надежды по мобильному телефону. Кухарка говорила очень тихо, но в доме стояла абсолютная тишина.
— Конечно, Игорь Петрович. Всё будет сделано в лучшем виде, как вы и просили, — вкрадчиво говорила женщина. — Вы только ампулу мне заранее принесите. Что, говорите, в порошке будет? А в чём его растворять лучше, не подскажете? В обычный чай подойдёт?
Елизавета похолодела, услышав это. Речь явно шла о новом, страшном преступлении против хозяина дома, и она решила ни в коем случае не уезжать, пока не проследит за дальнейшими действиями коварной кухарки. Надежда после обеда ускользнула из дома, якобы на рынок за свежими продуктами. Вернулась она довольно скоро и выглядела очень нервной. Елизавета, насторожившись, удвоила свою бдительность. Она хотела немедленно поделиться своими страшными подозрениями с Сергеем, но тот, как назло, куда-то исчез из дома. Пришлось полагаться только на свои собственные силы.
Вскоре в столовую, усталый и измотанный после рабочего дня, пришёл Андрей. Кухарка Надежда, мелко подрагивающими руками, пронесла мимо Елизаветы на подносе чай. Елизавета неслышно последовала за ней. Андрей выглядел очень уставшим, тёр пальцами переносицу. Надежда же суетилась вокруг него, болтая что-то о том, что в этот раз она заварила для него какой-то новый, необычайно целебный чай на хороших травах, которые помогут успокоить нервы. Андрей поднёс чашку к самым губам, собираясь сделать глоток, и тут Елизавета поняла: ещё секунда, и будет поздно. «Нельзя больше молчать!» — пронеслось у неё в голове.
— Не пейте! — крикнула она, бросаясь к Андрею и выбивая чашку у него из рук.
Горячий чай выплеснулся на дорогую скатерть, заливая её тёмными разводами. Чашка с глухим стуком покатилась по ковру, оставляя за собой мокрый след. Андрей смотрел на неё совершенно круглыми от неожиданности глазами.
— Там яд, — выпалила Елизавета, тяжело дыша. — Чай отравлен.
— Серьёзно? И зачем, скажи на милость, Надежде меня травить? — с явным недоверием и даже какой-то обидой в голосе поинтересовался у неё Андрей, качая головой. — Ты, кажется, окончательно помешалась на заговорах, Лиз. Всем вокруг мерещатся враги.
— Нет, я собственными ушами слышала её разговор по телефону с Игорем, — сердито ответила Елизавета. — Они обсуждали, в чём лучше растворить яд, чтобы его не было заметно. Возьми то, что осталось в чашке, и отдай на анализ в любую лабораторию. Если я ошибаюсь, то готова извиниться перед ней на коленях.
— Ладно, убедила, — нехотя кивнул Андрей, лицо которого стало мрачным и сосредоточенным. — Надеюсь, к утру всё прояснится и это окажется просто глупой ошибкой.
— И я хотела сказать, что ухожу от тебя, — тихо, но твёрдо сказала Елизавета, глядя ему прямо в глаза. — Нет, вернее, выезжаю из этого дома. Но до утра, пожалуй, останусь.
Андрей, не говоря ни слова, уехал, аккуратно упаковав остатки содержимого чашки в герметичный контейнер для анализов. Вернулся он только под утро. Увидев свет в её окне, тихонько постучал в дверь комнаты Елизаветы. Она сидела на кровати с уже собранной сумкой и терпеливо ждала только его возвращения, чтобы наконец попрощаться.
— Ты была абсолютно права, — Андрей выглядел бледным и осунувшимся, но очень решительным. — В чашке оказался сильнодействующий медленный яд. Ещё пара дней, и меня бы не стало в какой-нибудь дальней дороге, никто бы ничего не заподозрил, естественная смерть.
— А где сейчас Надежда? — быстро спросила Елизавета.
— Понятия не имею, телефон не отвечает, и дома её нет, — пожал он плечами, устало присаживаясь на стул. — Но она же была просто исполнителем, пешкой в чужой игре. В полицию обращаться я, пожалуй, не буду. Не хочу широкой огласки и этого цирка. Обойдусь своими силами.
— Я могу идти? — спросила Елизавета тихо, вставая с кровати. — Вряд ли теперь тебе понадобится в доме лишняя прислуга, учитывая всё, что произошло.
— Ты же мне жизнь спасла, — сказал Андрей, поднимаясь ей навстречу. — И какой вообще смысл тебе вот так, по-дурацки, сбегать из города сломя голову? Знаешь, я предлагаю кое-что другое. Игорь ведь не успокоится, мы оба это знаем. Он сейчас как бешеная лисица, которая попала в капкан, — будет кусать всех, до кого сможет дотянуться.
— И что именно ты предлагаешь? — с подозрением спросила Елизавета, скрещивая руки на груди. — Я, как выяснилось, слегка беременна и не хочу больше рисковать своей жизнью и здоровьем, раз уж решилась рожать этого ребёнка.
— А тебе и не придётся рисковать, — мягко улыбнулся Андрей, сделав шаг к ней. — Всё будет полностью безопасно. Но я очень тебя прошу, не уезжай сейчас. Дай мне хотя бы попытаться всё исправить.
Елизавета молча села на край кровати, обхватив себя руками. Ей и самой не очень-то хотелось покидать этот город — здесь осталось так много всего. Но приходилось признать: здесь ей, по сути, уже нечего было делать. И в этот самый момент в тишине комнаты раздался настойчивый звонок телефона. Номер был до боли знакомый, она выучила его наизусть за долгие годы семейной жизни.
— Что тебе ещё от меня надо, Игорь? — поинтересовалась она ледяным, ничего не выражающим тоном, ответив на звонок. — Мы ведь уже никто друг другу, забыл?
— Это вообще-то тебе кое-что нужно, дорогая, — хохотнул в ответ бывший муж, и в его голосе слышалась неприкрытая наглость. — Думала, ты самая умная, вывела все деньги в тень, спрятала их от меня и прикинулась нищей разведёнкой? Ну нет, дорогая моя, ты наследила, и теперь я хочу получить всё, что мне причитается.
— Ты о чём вообще? — не поняла Елизавета, хотя внутри у неё уже всё похолодело от нехорошего предчувствия.
— Не строй из себя дуру, не надо, — заорал он в трубку, переходя на откровенный крик. — Марина у меня, твоя любимая подружка. Так что если хочешь когда-нибудь ещё раз увидеть её живой и здоровой — плати, и побыстрее. Номера счетов я тебе сейчас скину. Срок — два дня. Потом заложницей она тебе не станет, можешь даже не надеяться.
— Да ты блефуешь, Игорь, — усмехнулась Елизавета, стараясь, чтобы её голос звучал уверенно, хотя внутри всё дрожало. — Дай-ка мне с ней поговорить, чтобы я убедилась, что она жива.
— Вечером съезжу к ней и дам поговорить, — огрызнулся бывший муж. — И учти, без всяких глупостей, никакой полиции, иначе никто и никогда не найдёт твою подружку, даже тело. Я серьёзно.
Елизавета положила трубку и посмотрела на Андрея глазами, полными отчаяния и страха.
— Я думаю, он сейчас не шутит, — прошептала Елизавета, чувствуя, как к горлу подкатывает комок. — Марина мне как сестра родная, мы столько лет дружим. Я не могу просто взять и бросить её в беде.
— Нужно всё тщательно проверить, — спокойно и рассудительно сказал Андрей, беря её за руку. — Возможно, они просто решили, что раз со мной ничего не вышло, то стоит хорошенько потрясти деньги из тебя. Это логично.
— Я заплачу, сколько скажут, если придётся, — твёрдо произнесла она, вытирая непрошеную слезу. — Марина не должна пострадать из-за меня.
— Не спеши с выкупом, Лиз. На этом он вряд ли остановится, аппетиты быстро вырастут, — покачал головой мужчина. — Давай посоветуемся с Сергеем. У него колоссальный опыт в таких деликатных делах, он много лет в службе безопасности.
Продолжение :