150 тонн гранита поднимаются в вертикаль на главной площади Аксума. Ни одного колеса в инструменте. Ни одного блока, ни одного полиспаста — только люди, верёвки и катки. Высота — двадцать четыре метра, девять «этажей» резьбы по камню, аккуратные ложные двери и окна, как фасад башни, которую никто никогда не строил.
Северное стелевое поле в Аксуме, северная Эфиопия, провинция Тигрей. Король Эзана, четвёртый век нашей эры, между триста двадцатым и триста шестидесятым годами. Самый поздний из больших аксумитских монолитов — последний, успешно поставленный в вертикаль. Тот, что больше, Великая Стела высотой тридцать три метра и весом порядка пятисот двадцати тонн, лежит в десяти метрах рядом на семи обломках. Он упал — по основной академической версии, прямо в момент установки.
В сентябре 2008-го обелиск Аксума (Stele 2), увезённый Муссолини в Рим в 1937-м, был заново собран на родном фундаменте после двух с половиной лет логистической операции с участием ЮНЕСКО, Antonov An-124 и итальянского инженера Джорджо Крочи. Тогда же команда Крочи опубликовала технический отчёт — и обозначила вопрос, на который у современной инженерной науки ответа нет: как тот же подъём провели аксумитские мастера в 320-360-х годах. Без металлических кранов, без бетонных контрфорсов, без письменных чертежей.
По моему чтению полевых отчётов Стюарта Манро-Хея (Munro-Hay, «Aksum: An African Civilization of Late Antiquity», Edinburgh UP, 1991), монографий Дэвида Филлипсона (Phillipson, «Ancient Ethiopia», British Museum Press, 2012; «Foundations of an African Civilisation», James Currey, 2012), материалов раскопок Невилла Читтика и Родольфо Фаттовича и технического отчёта миссии UNESCO/Croci 2007-2008 годов — складывается картина из трёх рабочих версий о методе транспорта и установки. Одна — псевдонаучная, академическая наука её не рассматривает. Три остальные имеют слабые места, каждая. И главное белое пятно — то, что лежит под обломками Великой Стелы.
Что Аксум построил между 100 и 940 годом
Королевство Аксум — государство северной Эфиопии и Эритреи, существовавшее примерно с первого века нашей эры по середину десятого. Столица — город Аксум, на плато высотой две тысячи сто тридцать метров над уровнем моря, в ста пятидесяти километрах к юго-западу от побережья Красного моря.
В рекордные века (третий-шестой) Аксум контролировал торговлю слоновой костью, золотом, благовониями между Римской империей, Индией и Йеменом. Пророк Мани в третьем веке относил Аксум к «четырём великим царствам мира» — наряду с Римом, Персией и Китаем. В 324-330 годах король Эзана принял христианство — Эфиопия стала вторым в мире государством, провозгласившим христианство официальной религией (после Армении 301 года, на два десятилетия раньше Римской империи).
Самая поздняя из больших стел была поставлена в его правление. После принятия христианства практика возведения монолитов в Аксуме прекратилась — пришла эпоха базилик.
Стел в северном поле и на соседних участках известно около ста двадцати. Шесть из них — крупные монолиты с резьбой, имитирующей многоэтажные башни. Двадцать четыре — гладкие, без резьбы, разной высоты от четырёх до пятнадцати метров. Остальные — мелкие, нерезаные, маркеры более скромных могил.
Стелы маркировали подземные погребальные камеры элиты Аксума. Это подтверждено раскопками 1960-х годов под руководством Невилла Читтика (British Institute in Eastern Africa) и 1990-х — итальянской группой Родольфо Фаттовича (Università di Napoli L'Orientale).
Каменоломня Адди-Цехафи в 4 км от центра
И вот что странно: материал стел — нефелин-сиенит, плотная магматическая порода, по виду неотличимая от гранита, но без кварца. Каменоломня — холм Гобо Дура и соседний участок Адди-Цехафи, примерно в четырёх километрах к западу от центра современного Аксума.
В Гобо Дура и сегодня видны следы древних работ. По периметру выбранного блока аксумитские мастера выдалбливали ряд прямоугольных гнёзд глубиной двадцать-двадцать пять сантиметров. В гнёзда вбивали клинья — деревянные, металлические или комбинированные. По одной из версий, дерево потом смачивали — расширяясь, оно раскалывало камень по нужной линии.
В каменоломне до сих пор лежат несколько незаконченных стел. Одна — длиной около двадцати восьми метров, почти полностью отделённая от скалы, но брошенная без переноса. Поверхность сглажена примерно на семьдесят процентов. Что именно остановило работу — несчастный случай, смерть мастера, отказ заказчика — неизвестно.
От Гобо Дура до северного стелевого поля Аксума — четыре километра по местности с перепадом высот около ста метров. Местность каменистая, с пересечённым рельефом: овраги, сухие русла, скальные выходы. Прямой ровной дороги между каменоломней и Аксумом нет ни в одном из известных рельефов.
И вот теперь главный вопрос: как перетащить отколотый блок длиной двадцать четыре метра и массой сто пятьдесят тонн по этой местности — без колеса, без металлических тросов, без подъёмных кранов?
Хронология того, что точно известно
Известно: блок был перенесён. Известно: блок был установлен в вертикаль. Известно: над землёй — двадцать один метр обелиска Аксума, ещё около трёх метров уходит в фундамент. Известно: ширина основания — около двух метров, толщина — семьдесят сантиметров. Площадь сечения у основания — около полутора квадратных метров. Удельное давление на грунт под основанием — порядка миллиона килограммов на квадратный метр, что для каменистого подстилающего слоя плато Аксум — почти предельное.
Известно: фундамент обелиска Аксума — двойная подушка из нескольких слоёв тёсаного камня и щебня, заложенная в яму глубиной около трёх метров. Конструкция фундамента описана в отчёте итальянской миссии Croci 2007 года — он же был использован при повторной установке в 2008-м.
Известно: рядом с основанием обелиска Аксума и в основании упавшей Великой Стелы археологи нашли остатки органики, плохо сохранившейся, но с характерной структурой древесных волокон.
Известно: Великая Стела — тридцать три метра, около пятисот двадцати тонн — рухнула в момент установки или вскоре после неё. Об этом говорит положение обломков: семь крупных кусков, лежащих по одной линии, как если бы монолит упал с высоты в один приём. Под обломками — раздавленная гранитная плита соседней погребальной камеры (Nefas Mawcha), что подтверждает: стела рухнула при попытке поставить её, не после столетий выветривания.
Версии — катки, слоны или рычаги
Здесь начинается интересное. За сто пятьдесят лет с первого систематического описания стел немецким этнографом Феликсом Розеном (Rosen, «Eine deutsche Gesandtschaft in Abessinien», 1907) сложилось три академических версии метода переноса и установки. Псевдонаучную (про инопланетных строителей или потерянную сверхдревнюю цивилизацию) академическое сообщество не рассматривает, и я её здесь не разбираю.
Версия первая. Деревянные катки и тягловые слоны. Сторонники: Розен (1907), некоторые ранние британские исследователи 1950-х. Аргумент: в эпоху Аксума на территории Эритреи и северной Эфиопии водились азиатские и африканские слоны. На монетах Аксума четвёртого века слон — частый сюжет. Тягловая сила одного крупного слона — около пяти тонн на ровной поверхности. Тридцать-тридцать пять слонов, синхронизированных одной командой, теоретически могли тянуть сто пятьдесят тонн по уложенным под камнем брёвнам. Слабое место: следов содержания тридцати слонов одновременно в районе Аксума археологически не найдено. Кости слонов в северном комплексе встречаются, но в количествах, говорящих о ритуальных церемониях, не о рабочей популяции. И ключевое: эксперименты в Stonehenge, Easter Island и других мегалитических объектах показали, что деревянные катки на пересечённой местности — крайне неэффективны и опасны. См. работу Sue Hamilton/Mark Harris (UCL, 2024) — «когда мы говорим о Стоунхендже, пора перестать класть под камень брёвна».
Версия вторая. Деревянные катки, верёвки и тягловые волы плюс крупная организованная сила людей. Сторонники: Munro-Hay (1991), Phillipson (2012), большинство современных академических работ. Аргумент: волы — основное тягловое животное Эфиопии того времени. Один бык даёт около ста пятидесяти килограммов тяги на устойчивой опоре. Команда из пятисот волов в упряжке плюс двести-триста людей-помощников по бокам могла перетащить сто пятьдесят тонн на полууложенных деревянных полозьях. Время пути четыре километра — несколько недель. Перенос — сезонный, в сухой период декабря-февраля, когда почва плотная и не размытая. Слабое место: пересечённый рельеф Гобо Дура → Аксум исключает использование колёсных повозок и существенно усложняет тянущие команды животных. Прямой широкой дороги, которую можно проследить археологически, между каменоломней и стелевым полем не сохранилось.
Версия третья. Система рычагов, насыпи и пошагового продвижения через короткие катки. Сторонники: Giorgio Croci (UNESCO, 2008), Edward Ullendorff (SOAS, 1990-е). Аргумент: основная масса блока перемещалась не одновременно по всей длине, а пошагово — короткие катки длиной два-три метра подкладывались под передний конец, дальний конец рычагами приподнимался и продвигался на одну длину катка вперёд. Для подъёма в вертикаль использовались земляные насыпи: блок втягивался на наклонную насыпь, при достижении вертикального угла насыпь разрушалась снизу контролируемым подкопом, и стела опускалась в подготовленную яму фундамента. Этот метод известен по сооружению египетских обелисков (Карнак, Луксор) — Эфиопия имела торговые контакты с Египтом. Сильное место: метод объясняет, почему Великая Стела упала — самая высокая в мире попытка вертикальной установки монолита через насыпь, при пятистах двадцати тоннах — на грани механической устойчивости грунта под насыпью. Слабое место: в Аксуме археологически не найдены следы крупных земляных насыпей рядом со стелевым полем. Они могли быть распланированы после установки, но прямого подтверждения нет.
Что показал отчёт 2008 года
Но это ещё не всё. В сентябре 2008-го итальянская команда под руководством Джорджо Крочи опубликовала технический отчёт о повторной установке обелиска Аксума на родной фундамент после возвращения из Рима. Отчёт вышел в журнале UNESCO «World Heritage» — выпуск № 51 (сентябрь 2008-го) целиком посвящён реустановке.
Главные выводы отчёта:
Современная установка обошлась без обычного крана. Над фундаментом возвели специально построенную временную стальную башню: три секции обелиска поднимали и стыковали внутри неё. Три фрагмента собрали не на стальных шпильках, а на восьми арамидных (кевларовых) стержнях — это решение приняли намеренно, чтобы конструкция не притягивала молнии. Сам подъём шёл поэтапно: вертикализация, выверка по фундаменту, фиксация.
Площадку готовили отдельно: грунт под башней укрепляли, чтобы вес сборки не продавил пьедестал погребальной камеры под фундаментом.
В отчёте Крочи прямо отмечает: «Аналог такой операции для аксумитских мастеров четвёртого века с современной инженерной точки зрения требует либо широкомасштабной земляной насыпи с тщательно подготовленным основанием, либо использования биологической тяговой силы животных в количестве, не подтверждённом археологически». Это — официальная формулировка академической открытости вопроса.
А теперь главное. Обелиск Аксума аксумитские мастера около 340-360 годов нашей эры подняли в вертикаль успешно — он стоял на своём месте, пока его не вывезли в двадцатом веке. Великая Стела рухнула в момент установки или вскоре после неё, ещё в эпоху Аксума. То есть в одном и том же поколении, с одной и той же технологией мастера сделали одно успешно и одно — катастрофически. Разница в массе между ними — около трёх с половиной раз. Это позволяет очертить технологический предел эпохи: устойчиво поднимали до двухсот тонн, попытка пятисот двадцати тонн — сорвалась.
Путь стелы Аксума из Рима 2005-2008
В начале 1937 года, на фоне оккупации Эфиопии итальянскими войсками, по приказу Бенито Муссолини обелиск Аксума разделили на части, вывезли грузовиками в порт Массауа на Красном море за пять рейсов и погрузили на пароход «Adwa». 27 марта 1937-го «Adwa» вошла в порт Неаполя. Дальше — поездом до Рима. 28 октября 1937 года, к пятнадцатилетию Похода на Рим, реконструированный обелиск открыли перед зданием Министерства Италии по делам Африки, на площади Порта Капена — как символ нового «римского величия» в Африке.
После 1945-го Италия по условиям мирного договора 1947 года обязалась вернуть обелиск Эфиопии. Срок исполнения — два года. На деле от договора 1947-го до физического возвращения камня в Аксум в 2005-м прошло пятьдесят восемь лет.
Технических причин у задержки было несколько. Главное — вес. Сто пятьдесят тонн в трёх секциях. Дороги Эфиопии в 1950-1980-х не могли принять такой груз. В 1990-х в Италии шли политические дискуссии о праве собственности и стоимости транспортировки. В мае 2002 года молния попала в верхнюю часть обелиска на площади Порта Капена, причинив значительные повреждения, — и ускорила решение.
В апреле 2005-го три части стелы по очереди вылетели из Рима на грузовом самолёте Antonov An-124 (производства ОКБ Антонова, доставка — авиакомпания «Авиалинии Антонова»). 19 апреля доставлен средний фрагмент, 22 апреля — нижний, 25 апреля — верхний. Грузовик весом сорок тонн вёз каждую секцию с аэродрома Аксум до стелевого поля за один день.
Сборка и установка началась в июне 2008-го. Команду по выбору UNESCO возглавил Giorgio Croci. Четвёртого сентября 2008 года, после трёх месяцев работы, обелиск Аксума был заново поднят на оригинальный фундамент.
От вывоза 1937-го до установки на родной фундамент в 2008-м прошёл семьдесят один год.
Что говорят сейчас: каменоломня и сохранность
Главный физический след работы аксумитских мастеров — не дорога, а сама каменоломня. Дэвид Филлипсон детально задокументировал участок Гобедра (он же Гобо Дура), примерно в четырёх километрах к западу от центра Аксума: выходы нефелин-сиенита, ряды прямоугольных гнёзд под клинья вдоль линий скола и несколько незаконченных стел, так и оставшихся лежать у скалы. Это и есть прямое, осязаемое свидетельство технологии — как откалывали блок, видно по следам на породе. А вот ровной транспортной полосы между каменоломней и стелевым полем в рельефе так и не нашли: как именно тащили сто пятьдесят тонн четыре километра, по-прежнему открытый вопрос.
Второй фронт — сохранность поля, объекта Всемирного наследия ЮНЕСКО с 1980 года. После реустановки обелиска 2008-го работа сместилась к мониторингу: ЮНЕСКО и ICOMOS в своих отчётах указывают на необходимость структурной стабилизации стоящих монолитов, дренажа подземных погребальных камер от грунтовых вод и трёхмерной документации памятника. Великую Стелу, лежащую на семи обломках, поднимать не планируют — это отдельная задача другого масштаба.
Через 1700 лет
Последнее, что мало кто знает. Под обломками Великой Стелы — той, что упала во время установки в четвёртом веке, — раздавлена каменная плита соседней погребальной камеры Nefas Mawcha. Эта плита тоже монолитная — около семнадцати на шесть метров, порядка трёхсот шестидесяти тонн. Под ней — нераскопанная погребальная камера.
Археологи 1960-х (Невилл Читтик) и 1990-х (Родольфо Фаттович) спускались в нескольких камерах Северного поля. В одной нашли остатки разграбленных приношений — фрагменты слоновой кости, бронзовые украшения, осколки керамики. Других, под раздавленной плитой, никто за полтора столетия с открытия Аксума как археологического памятника не вскрыл.
Поднять обломки Великой Стелы — это пятьсот двадцать тонн в семи кусках, плюс задача сохранения резьбы, плюс расчищенный коридор и сверхтяжёлая подъёмная техника, которой в Эфиопии нет.
Вскрытие камеры Nefas Mawcha сегодня не значится ни в одной программе работ.
И вот что важно для летней даты, когда статья окажется в ленте: ровно семнадцать веков назад — между 320 и 360 годами нашей эры, в правление короля Эзаны, — мастера Аксума успешно подняли в вертикаль сто пятьдесят тонн гранита без единого колеса в инструменте. Десятью метрами западнее, в той же серии работ, при той же команде — пятьсот двадцать тонн рухнули с двадцати метров. Раздавили чужую погребальную плиту. Что осталось под этой плитой, не знают ни Читтик, ни Фаттович, ни Филлипсон, ни нынешние реставраторы.
Обелиск Аксума зимой ходят трогать ладонью — местные верят, что камень помнит руки тех, кто его поднимал.