Елена с самого начала сдержанно относилась к будущей невестке. Что-то в этой девушке вызывало у неё внутреннее беспокойство, хотя открыто возражать против свадьбы она не решалась. Вместо этого женщина несколько раз заговаривала с сыном о возможном переносе торжества, стараясь подобрать мягкие, но убедительные аргументы. Однако Алексей всякий раз начинал заметно нервничать, убеждая мать в том, что встретил настоящую, неземную любовь, и просил не вмешиваться в их отношения, которые его полностью устраивали.
— Чувствую я, что эта девушка ещё преподнесёт нам немало сюрпризов, — однажды поделилась Елена с мужем, когда они остались вдвоём.
Олег лишь пожал плечами, стараясь смотреть на ситуацию проще.
— Наш сын уже взрослый человек, — возразил он жене своим обычным спокойным тоном. — Дома его не запрёшь, да и сам он прекрасно разбирается, с кем ему дружить. Жить они собираются отдельно, так какая нам, в конце концов, разница? Главное, чтобы сам Алексей был счастлив и чтобы девушка ему нравилась.
— Для начала попробуем хотя бы эту королевскую свадьбу пережить, — проворчала Елена, не скрывая раздражения.
Особенно её раздражал масштаб предстоящего банкета: со стороны невесты постоянно звучали предложения устроить невиданное по пышности действо, и Елене это казалось полным безумием. Алексей давно уже сам зарабатывал на жизнь, имел неплохие доходы и хорошие перспективы для карьерного роста. Недавно он взял квартиру в ипотеку, и жильё требовалось полностью обустраивать: покупать мебель, технику, делать ремонт. Елена попыталась было высказать своё мнение — мол, лучше бы деньги, которые планируются на роскошный банкет, потратить на что-то более полезное для молодой семьи. Но Светлана быстро привела кучу убедительных доводов, почему ей просто необходим настоящий праздник, причём именно такой, какой она себе представляла.
— И вообще, мы делаем свадьбу за свои деньги, — заявила барышня, даже не считая нужным смягчать тон или подбирать более деликатные выражения. — Так что вас наши расходы совершенно не должны волновать. От вас требуется только одно — прийти в качестве гостей, и всё.
Это «в качестве гостей» резануло слух особенно больно. Елена почувствовала себя чужой на собственном сыновьем торжестве, но ссориться по пустякам в очередной раз не стала. К назначенному дню родители жениха подготовились: деньги в конверт положили, успокоительные заранее приняли и отправились с мужем на праздник. Однако уже на этапе «выкупа невесты» Елене захотелось просто развернуться и уйти домой, подальше от этого безумия.
— На въезде во двор нас будут встречать дети родни, племянники и крестники, — рассказывал Алексей родителям и друзьям, когда они выезжали из дома невесты. — Для них мы приготовили на выкуп сладости и мелкие купюры. А вот что дальше придумали Светлана с подружками — понятия не имею.
Отделаться от детворы заготовленными конфетами и шоколадками не удалось — вмешались две разбитные тётушки, которые принялись так активно и умело раскручивать жениха и свидетеля, что бюджет на первом же этапе увеличился в три раза против запланированного. Оставив три тысячи рублей и несколько коробок конфет, свадебный экипаж двинулся дальше. Добраться удалось лишь до подъезда — у самой двери уже поджидали школьные и институтские подружки невесты.
— Похоже, «выкупать невесту» мы будем как минимум полдня, — шепнул Олег жене, бросая озабоченный взгляд на часы. — Зря мы дома не поели, потому что угощать нас здесь явно никто не собирается.
Подружки оказались на удивление бойкими и находили всё новые поводы для конкурсов и испытаний. В итоге бюджет Алексея уменьшился ещё на пять тысяч рублей, плюс несколько бутылок игристого и очередные коробки конфет отправились в общую копилку.
— Хорошо бы на этом всё и закончилось, — с досадой проговорила Елена, обращаясь к мужу. — Мы уже сорок минут потратили на эту бессмысленную ерунду. Я, кстати, никак не могла понять, почему мы выехали из дома так рано, если до росписи в загсе оставалось ещё несколько часов. Теперь всё стало ясно.
Надеждам «делегации жениха» сбыться было не суждено. Желающие получить свою долю выкупа поджидали на каждом этаже. Светлана жила на пятом, поэтому процесс подъёма растянулся ещё на целый час. Бесчисленные тётушки, крёстные и подруги матери невесты наотрез отказывались от конфет и шоколада — им требовались исключительно деньги. Гости со стороны жениха уже порядком устали от этого бесконечного марафона, но выбора у них не оставалось.
— И когда это всё закончится? — не выдержав, поинтересовалась Елена у свидетеля Алексея, чувствуя, как нарастает раздражение.
— Насколько я понимаю, остался ещё вход в квартиру и, собственно, комната самой невесты, — ответил он, устало вытирая лоб. — Если честно, мы уже потратили гораздо больше, чем изначально планировали. У меня наличные практически закончились, я свои кровные уже отдаю, так что придётся придумывать что-то на ходу.
На входе в квартиру гостей встречали сёстры и кузины Светланы — четыре шустрые, модные девицы, которые оказались готовы принимать плату даже через перевод по карте в интернет-магазине. Они без конца отпускали дурацкие шутки и ничуть не смущались. Елене хотелось просто отвесить каждой по оплеухе и уйти домой, но она сдерживалась из последних сил, понимая, что скандал на свадьбе сына — не лучший выход.
— Сын у нас один, и свадьба у него, скорее всего, тоже будет одна, — принялся успокаивать жену Олег, заметив её состояние. — Так что нужно просто потерпеть, это всё рано или поздно закончится.
Ещё через двадцать минут они наконец добрались до последней двери. У входа на страже стояли две лучшие подруги невесты, выглядевшие решительно и непреклонно.
— Свою лучшую подружку просто так мы вам не отдадим, — затараторили девицы, сверкая накрашенными глазами.
— Это как понимать — «просто так»? — не выдержал приятель Алексея, чувствуя, что терпение лопается. — Мы на предыдущих этажах столько денег оставили, что было бы проще найти нашему жениху новую невесту, честное слово.
— Плохая шутка, — мгновенно отреагировала свидетельница, сверкнув глазами. — Но мы не обидчивые и долго кота за хвост тянуть не будем. Просто Светлана заслуживает свадебное путешествие на море, и мы, кстати, уже заботливо подобрали для неё идеальный вариант.
Родители жениха в этот момент, по правде говоря, даже слегка позеленели от неожиданности. Они ещё надеялись, что всё происходящее — всего лишь глупая шутка, которую сейчас объяснят и отменят. Но надежды не оправдались: девушки вполне серьёзно принялись показывать на планшете сайт туристического агентства с уже выбранным туром. Для окончания всей процедуры оставалось только внести оплату.
— Ты серьёзно решила насчёт поездки? — крикнул Алексей, пытаясь перекричать шумную толпу родственников и гостей, столпившихся в коридоре.
— Да, любимый, я очень хочу на море! — донёсся из-за двери радостный голос Светланы. — Ты же хочешь, чтобы я была счастлива?
Елена смотрела, как сын достаёт карту и оплачивает огромную сумму. Всё окружение будущей невестки восторгалось такой оригинальной задумкой. Каких-либо надежд на счастливую семейную жизнь сына у Елены после увиденного практически не осталось.
— Ну что ж, вряд ли нас на этом празднике жизни сможет ещё что-то удивить, — шепнул ей муж, скептически покачивая головой.
Однако поводов для удивления оказалось предостаточно. После росписи в загсе устроили фотосессию, на которой всем присутствующим гостям предлагалось заплатить по сто рублей за совместное фото с молодыми. Это, конечно, обыграли в формате шутки, но почему-то особого веселья и смеха у гостей это не вызвало — скорее недоумение и лёгкое раздражение.
Дальше — больше. Тамада собрал на очередной конкурс двадцать человек из зала, провёл весёлую разминку, а потом неожиданно объявил, что участие платное. Растерянным гостям, уже не знавшим, как реагировать на такие сюрпризы, пришлось складывать в специальную коробочку по двести рублей. По официальной версии, это были некие «страховые взносы» для участников, но Елена заметила краем глаза, как мать Светланы незаметно прихватила эту коробочку и затерялась с ней в толпе. Как выяснилось чуть позже, даже первый танец с молодыми был включён в отдельную тарификацию — каждый желающий танцевать с кем-то из новобрачных должен был внести символическую плату.
— Отличный праздник, — с горькой иронией протянул Олег, провожая взглядом очередной сбор денег. — Сначала жених разорился на выкупе, теперь гости на самом банкете. Что-то мне подсказывает, что у нашего сына в этом браке совсем не будет права голоса, — добавил мужчина, с сожалением пожимая плечами.
— На всякий случай в гости к ним мы ходить не будем, — твёрдо ответила Елена, чувствуя, как зреет внутри холодная решимость. — Если следовать логике нашей новой родственницы, вход в их дом вполне может оказаться платным, а выход, чего доброго, будут считать по двойному тарифу.
Тем не менее сам Алексей не видел в происходящем ровным счётом никаких проблем. Он выглядел абсолютно счастливым, без устали кружил Светлану на руках и смеялся над каждой её шуткой. Он с нетерпением предвкушал свадебное путешествие и радовался красивому, как ему казалось, празднику. Светлана же лукаво и самодовольно посматривала по сторонам, практически не уделяя внимания родственникам со стороны жениха, и общалась в основном только со своими гостями — подругами, сёстрами и многочисленной роднёй.
— Знаешь, я так долго ждал того момента, когда сына наконец женим, — сказал Олег уже по дороге домой, когда свадебная суета осталась позади. — А после такой свадьбы даже боюсь загадывать, что у них там дальше будет.
— Подожди, нам ещё предстоит отвечать на вопросы наших родственников, — вздохнула Елена, массируя виски. — Они все люди простые, и сегодняшний парад тщеславия вряд ли оценили. Придётся как-то объясняться и оправдываться за то, к чему мы не имели никакого отношения.
Елена с Олегом не стали ничего говорить сыну о своём отношении к прошедшей свадьбе. Они посмотрели присланные фотографии из свадебного путешествия, выслушали рассказы о небывалых приключениях и понемногу успокоились. Алексей на всех фото выглядел искренне счастливым и радостным, а это для родителей было самым главным. Вот только желания общаться с невесткой и поддерживать с ней тёплые семейные отношения почему-то больше не возникало. Елена твёрдо решила для себя: она будет вежливой, но дистанция между ними останется навсегда.