Катя чуть наклонила край тяжелого хрусталя вниз, и густая, щедро заправленная масса дрогнула, начиная свое неотвратимое падение. Желто-зеленая лавина из картофеля, вареной колбасы и горошка с влажным, тяжелым шлепком обрушилась прямо на идеально уложенные волосы свекрови. Густой майонез моментально впитался в корни, а часть салата с чавкающим звуком сползла на плечи, размазывая жирный след по дорогой шелковой блузке. Опустевший хрустальный салатник, выскользнув из скользких пальцев Кати, рухнул на стеклянную столешницу. Оглушительный звон разлетевшегося вдребезги стекла разорвал кухонное оцепенение. Галина Петровна издала звук, похожий на писк раздавленной резиновой игрушки. Она сидела совершенно неподвижно, лишь судорожно моргала наращенными ресницами, с которых на переносицу медленно, издевательски сползал кубик моркови. Олег подскочил так резко, что его стул с грохотом опрокинулся на спинку. — Мамочка! — его голос сорвался на жалкий, визгливый фальцет. Он бросился к матери, судорожн
Публикация доступна с подпиской
Вступить в клуб великих читателей