— Почему я? Почему мы? У твоей мамы что, кроме тебя, детей нет?
— А кто? У Гриши своих кредитов тьма, ты же знаешь. Он еле сводит концы с концами после той истории с машиной. А Маша всего боится.
— Боится она, — пробормотала я себе под нос. — Я, может быть, тоже боюсь.
Но мой страх, похоже, мало его волновал. Антон упорно, день за днем, уговаривал меня взять на себя этот кредит. Свекрови, Лидии Павловне, срочно нужны были деньги на покупку дачного участка. Проблема была в том, что Антон, будучи самозанятым, имел мизерный официальный доход. А свекрови кредиты вообще не давали, потому что она числилась официально безработной. Так что человеком, который должен был взвалить на себя этот финансовый груз, должна была стать я. Со своей стабильной работой, белой зарплатой и, главное, безупречной кредитной историей.
— Антош, я, может быть, тоже боюсь… — сказала я уже громче, пытаясь достучаться до него.
— Да успокойся ты, Лен. Мама будет переводить тебе деньги каждый месяц. Я тебе это гарантирую.
— Знаешь, учитывая последние заработки Лидии Павловны… точнее, их отсутствие, я как-то сильно сомневаюсь.
— Зря! У мамы такие планы на этот участок.
Я слушала его и сомневалась. Какая может быть прибыль с дачного участка? Так, для поддержки штанов, не более. Но Антон уперся, стоял на своём, глаза его горели, и ничто не могло убедить его в обратном.
— Ладно. Я попробую подать заявку, — наконец сдалась я, чтобы он только отстал. — Но я ничего не обещаю. Ты же знаешь, банк — структура непредсказуемая.
— Да всё будет нормально! У тебя безупречная кредитная история.
Вот эта «безупречная кредитная история» больше всего и пугала! Я дорожила ею, как зеницей ока. Мало ли, какие траты ожидали нас в будущем — машина сломается, ребенок появится, срочный ремонт понадобится. Но Антон и слышать ничего не хотел о моих опасениях. Для него помочь маме было святой обязанностью, а все остальное — мелочи. Мне пришлось согласиться.
На самом деле, мне совершенно не хотелось идти на поводу у свекрови. Но я прекрасно понимала: если откажу сейчас, это же на всю жизнь потом обида будет. Да ещё какая!
***
Наступила суббота. Я бы с радостью забыла про эту историю с кредитом, выкинула бы ее из головы хотя бы на выходные. Но Антон не давал этого сделать. Он напоминал каждый день:
— Ну что? Ты подала заявку? Пришел ответ?
— Да заявку подала, — отвечала я, нахмурив брови. Меня уже порядком утомило это постоянное давление. — Только она так и висит без ответа. Но…
— Что «но»?
— Мне почти сразу из офиса банка позвонили, сказали, что нужно прийти лично.
— Что за бред? Какой год на дворе? Все банки уже давно работают дистанционно! Подал заявку, одобрили, скинули деньги на карту, и все!
— Я тоже так думала. Но, видишь…
— Может, стоило в другой банк обратиться?
— Да я смотрела. Там и проценты выше, и условия хуже. А здесь я зарплату получаю.
— Ну ладно. Что уж тогда. Иди, раз зовут.
— Э, нет! Я одна не пойду. Бери маму свою, и вместе пойдём.
— Зачем?
— Затем, что это ее кредит! А вдруг они условия на ходу поменяют? Будете рядом сидеть, кивать или отказываться. А то я потом буду крайняя.
Антон тяжело вздохнул.
— Ладно. Ладно! Пойдём. Когда надо?
— Да хоть сейчас. У них сегодня короткий день, до двух.
— Хорошо. Я позвоню маме.
Он отошел в сторону, достал телефон и начал звонить. Я слышала обрывки его разговора: «Мам, надо в банк… да, сейчас… Лена сказала…» Свекровь что-то там ворчала в ответ, голос её был недовольным, как будто мы выдергивали её из самых важных дел. Но в итоге она сказала, что скоро приедет. А куда ей деваться? Деньги-то ей нужны!
***
Мы втроем вошли в офис банка. Нас встретила женщина. Полная, с румяными щеками и собранными в тугой пучок тёмно-русыми волосами. На бейдже надпись: «Антонина, специалист по кредитам».
— Здравствуйте, это, наверное, вы мне звонили, — начала я. — Анисимова моя фамилия. Елена Анисимова.
— Ах да, Анисимова! Хорошо, что вы пришли, — затараторила она, увлекая нас за собой, указывая на кабинку под номером девять, чуть в глубине зала. — Проходите, садитесь. Мы вас очень-очень ждали.
Я прошла за ней. Антон со свекровью последовали за нами. Я села прямо напротив Антонины, у стола. Лидия Павловна примостилась на стуле чуть позади. Антон встал у выхода, скрестив руки на груди.
— Вы меня ждали? — переспросила я. — То есть, мне одобрили кредит?
— Подождите, подождите. Всему своё время. — Она взяла со стола какую-то старую, потрепанную папку с бумагами. Открыла ее и стала что-то задумчиво листать. — Это хорошо, что вы пришли. Очень хорошо.
— Что-то… не так? — спросила я, глядя ей прямо в глаза.
— Да всё не так, гражданка Анисимова, — произнесла Антонина, и её голос стал вдруг жестче. Она отложила папку. — Как говорится, на ловца и зверь бежит. Скажите, а вы часто брали кредиты?
— Ну… брала как-то… давно. Пару раз. А в чём, собственно, дело?
— Так. А поручителем в чужих кредитах часто бывали? — Она слегка наклонила голову.
— Ну, было пару раз. Когда коллега просил, потом знакомая… Скажите уже, наконец, что случилось? Вы меня пугаете.
— По одному из кредитов, в котором вы являетесь поручителем, кредитор прекратил совершать выплаты.
— И что теперь?
— Теперь с него пытаются взыскать имущество. Банк подал в суд, приставы уже работают. Но так как у него абсолютно ничего нет, то все его задолженности… будут погашены за ваш счёт. Согласно договору поручительства.
— Как за мой счёт?
— Как-как, — она жёстко усмехнулась. — Через арест счетов, изъятие имущества, обращение в суд. Вам, кстати, не звонили ещё судебные приставы?
— Какие приставы?! Да вы с ума сошли?! — я вскочила со стула, и чуть не опрокинула его. — Нечего у меня изымать! У меня ничего нет!
— Нет? — Антонина подняла глаза, и её взгляд скользнул мимо меня, остановившись прямо на Лидии Павловне, которая сидела, вжавшись в свой стул. — А у родственников? Близких?
Лидия Павловна испуганно вздрогнула, будто ее ударило током.
— А вы, простите, кем приходитесь Анисимовой? — Антонина перевела взгляд на мою свекровь.
— Я? — на лице той появился испуг. — Я… Да вообще никто. Так… соседи мы.
Антонина медленно кивнула, растягивая губы в жуткой улыбке.
— Соседи, говорите, — она повернулась ко мне. — Какие соседи у вас, Елена, хорошие — переживают за вас. Или вы кредит берете не для себя, а для этих самых… «соседей»?
— Нет, что вы, упаси боже! — Лидия Павловна вскочила со своего места. — Нам только кредитов ваших не хватало! Антон! Пойдём отсюда! Быстро!
Антон послушно кивнул. Они вдвоем, чуть ли не бегом, покинули кабинку. Антонина наблюдала, как они торопливо идут к выходу из офиса. Я видела, как они вышли на улицу и почти сразу свернули за угол.
Антонина встала со своего кресла и подошла ко мне, одарив меня тёплой улыбкой.
— Ну ты, Ленка, и актриса! — сказала она и обняла меня.
— Сама в шоке, Тонька! — сказала я, улыбаясь. — Как думаешь, поверили?
— Не знаю, — она пожала плечами, возвращаясь к своему столу. — Твоя свекровь точно поверила, аж позеленела и чуть в обморок не упала. А этот… ну, не знаю. У него глаза были как у побитой собаки. Такой растерянный. — Антонина рассмеялась. — Но я, конечно, удивилась, как он меня не узнал. Он ведь подвозил тебя на нашу встречу одноклассников, помнишь? Видел меня там, мы даже парой слов перекинулись.
— Будь спокойна. У него ужасная память на лица, — заверила я её. — Особенно когда дело касается женщин. Для него мы все на одно лицо.
— Понятно. Ну что ж, главное, сработало.
— Спасибо тебе огромное, подруга! Ты меня выручила.
— Да мне не сложно, — Антонина махнула рукой. — Я же говорила, приходи, если что.
Она подмигнула мне, и я вышла из кабинки, чувствуя невероятное облегчение.
Антон с матерью стояли и ждали меня за углом. Они выглядели испуганными.
— Ну что там? Всё плохо? — тут же спросила свекровь, как только я подошла.
Я просто кивнула в ответ. Они переглянулись, и я почувствовала, что тема кредита для них закрыта навсегда.
Понимаю, что обманывать – плохо. Но в моём случае надо было немного приврать, чтобы потом не жалеть всю жизнь, что попала в такую ловушку.