Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
В Движении

12 осей, 24 колеса - каждое ведущее и единственный рейс за теплоходом

Длина 28 м, это треть футбольного поля. Под кабиной газовая турбина на 1250 л.с., сделанная на базе танковой от Т-80. Ни до, ни после такой машины не строил никто в мире. МАЗ-7907 - штука настолько нереальная, что с трудом верится что он ездил. У 7907-го был старший брат, МАЗ-7904. Тоже здоровенный, тоже для ракеты. Колёса для него закупили в Японии у Bridgestone, потому что наша промышленность не умела делать покрышки диаметром 2,8 м. На испытаниях он провалился, оказался слишком тяжёлым и почти неуправляемым. Вне нормальной дороги он просто не мог двигаться. Машину загнали в ангар, а позже порезали на металл. Нужно было что-то другое. И тогда в Минске взялись за два новых шасси. 8-осное с обычной трансмиссией и 12-осное с электроприводом. Второе и стало тем самым 7907-м. Для работы над проектом ещё при создании 7904-го на завод прислали около сотни конструкторов с семьями, их обеспечили квартирами. Руководил всем Борис Шапошник, человек, который к тому времени проектировал тягачи б

Длина 28 м, это треть футбольного поля. Под кабиной газовая турбина на 1250 л.с., сделанная на базе танковой от Т-80. Ни до, ни после такой машины не строил никто в мире. МАЗ-7907 - штука настолько нереальная, что с трудом верится что он ездил.

У 7907-го был старший брат, МАЗ-7904. Тоже здоровенный, тоже для ракеты. Колёса для него закупили в Японии у Bridgestone, потому что наша промышленность не умела делать покрышки диаметром 2,8 м.

На испытаниях он провалился, оказался слишком тяжёлым и почти неуправляемым. Вне нормальной дороги он просто не мог двигаться. Машину загнали в ангар, а позже порезали на металл.

-2

Нужно было что-то другое. И тогда в Минске взялись за два новых шасси. 8-осное с обычной трансмиссией и 12-осное с электроприводом. Второе и стало тем самым 7907-м.

Для работы над проектом ещё при создании 7904-го на завод прислали около сотни конструкторов с семьями, их обеспечили квартирами. Руководил всем Борис Шапошник, человек, который к тому времени проектировал тягачи больше тридцати лет.

Смысл конструкции был таким. Газовая турбина крутит генератор. Генератор выдаёт ток на 24 электромотора, по одному на каждое колесо. Ни карданных валов, ни раздаточных коробок.

Генератор ВСГ-625 для этой машины спроектировали с нуля, и больше его нигде не ставили. По задумке электромоторы должны были получить полное масляное охлаждение, но смежники не успели довести конструкцию, и пришлось использовать воздушно-масляное. Этот компромисс аукнулся потом.

-3

Шины ВИ-207 делали в Воронеже специально для 7907-го. Диаметр каждого колеса 1660 мм, примерно в рост взрослого мужчины. Давление в них держали низким, для грунтовых дорог. В отличие от 7904-го, все покрышки были отечественными, японский Bridgestone больше не понадобился.

Первые 4 пары колёс поворачивали в одну сторону, последние 4 в обратную, а средние 4 пары стояли прямо. За счёт этого 28-метровая машина разворачивалась с радиусом 27 м, то есть меньше собственной длины.

-4

К марту 1985 года собрали первый образец, летом того же года второй. Кабина 3-местная, высотой 4,5 м, с тремя лобовыми стёклами и кондиционером.

Для сравнения, кабина ЗИЛ-157 была высотой всего 2 м. Собственный вес шасси составлял 66 т при грузоподъёмности 150 т. Машина предназначалась для перевозки ракеты весом 104,5 т.

Борис Шапошник успел увидеть оба собранных образца, но до начала полноценных испытаний не дожил. Он умер в сентябре 1985 года. 7907-й стал его последним проектом.

Заводские обкаточные прогоны проводили по ночам, по Могилёвскому шоссе и полигону "Утёс". Машину прятали от спутников-разведчиков, испытания шли строго в те часы, когда над территорией не висели "чужие глаза".

Первую тысячу километров 7907-й намотал именно так, в темноте, по пустым дорогам. После заводских испытаний шасси разобрали и отправили по железной дороге в Волгоград, на завод "Баррикады", где на него смонтировали оборудование пусковой установки.

Оттуда, снова в разобранном виде, по рельсам перевезли в Тверскую область, в посёлок Выползово, для сравнительных испытаний с 8-осным МАЗ-7906.

-5

Ради этих тестов пришлось перестроить часть инфраструктуры. Возвели ангары, проложили специальные участки дорог с мостами и развязками, чтобы замерить, как 24 колеса действуют на дорожное полотно. Пробег составил 2054 км, максимальная скорость 25 км/ч.

Испытатели отмечали, что в кабине было тихо и не трясло. По сравнению с 8-осным конкурентом 7907-й выигрывал по нагрузке на ось, по управляемости и по живучести. Даже если 8 колёс из 24 теряли привод, машина продолжала ехать.

Из минусов. Электрическая трансмиссия давала низкий КПД, расход топлива оказался непомерным, по мягким грунтам машина шла плохо, а разгонялась неохотно. Те самые моторы воздушно-масляного охлаждения работали нестабильно.

Недоделки можно было устранить, но времени не дали. Программу свернули, оба образца остались на заводском полигоне под Минском. Без крыши, без обслуживания, в чистом поле.

Десять лет машины стояли и ржавели. Летом 1996-го о них неожиданно вспомнили. Частная фирма купила прогулочное судно на Березине и хотела устроить плавучий ресторан на озере Нарочь. Теплоход весил 88 т, в длину был 40 м. По воде до Нарочи не добраться. Только по суше, 250 км.

-6

На одном из 7907-х кое-как восстановили электрику, поставили крепления под корпус судна. Сначала хотели тянуть всю конструкцию тягачом, но тот сломался через 30 км. Тогда 7907-й пошёл сам.

Из 24 мотор-колёс рабочими были только два, остальные 22 просто вращались без нагрузки. Два электромотора тащили примерно 170 т общей массы.

-7

Машина прошла больше 200 км со скоростью около 20 км/ч. На мосту через Березину, который не был рассчитан на такой вес, часть груза приподнял 4-осный тягач с лебёдкой и мачтой, чтобы разгрузить пролёт. До озера добрались.

А при спуске теплохода на воду МАЗ-7907 загнали прямо в Нарочь. Без какой-либо защиты электрики. Трансмиссия после купания в озере умерла окончательно, и обратно на завод машину притащили на буксире.

-8

Заводчане собрали из двух образцов один, покрасили и привели в порядок. Сейчас этот экземпляр стоит на открытой площадке музея МЗКТ в Минске. Второй разобрали на запчасти.