"Шепот горы"
Если вы никогда не ездили по горным дорогам Словении в сумерках, то вам трудно представить, о чем думал медвежонок Мишель, прижавшись носом к стеклу автомобиля. Дорога сначала была просто узкой, потом стала подозрительно узкой, а под конец превратилась в нечто такое, где двум машинам можно было разъехаться только в том случае, если одна из них вежливо согласится превратиться в облако
— Мы точно туда едем? — спросил он.
— Точно, — ответил Лединиус, сверяясь с картой.
— А карта тоже так думает?
Профессор посмотрел на него поверх очков — тем самым взглядом, которым ученые смотрят на людей, сомневающихся в таблице умножения.
— Карта, Мишель, вообще редко выражает свои мысли вслух. Но пока она не возражает.
Лулу тихонько фыркнула. Ей ужасно нравилось, когда профессор разговаривал с ними как с настоящими участниками экспедиции, а не как с плюшевыми игрушками, которые только и умеют, что собирать пыль на полках.
Дорога всё поднималась. По обеим сторонам стояли тёмные ели — высокие, прямые, с тяжёлыми мокрыми ветвями. Между ними то и дело открывались горы: серые, неровные, с острыми выступами и тёмными трещинами, в которых уже собирались вечерние тени.
— Смотрите, — сказала Клара, — вон та похожа на башню.
— А та — на спящего великана, — добавила Лулу.
Мишель некоторое время молчал, очень серьёзно разглядывая склоны.
— А вот та, — сказал он наконец, — похожа на огромный кусок сыра. Только сердитый.
— Это называется «карстовый утёс», — заметил профессор.
— Я и говорю, — ответил Мишель. — Очень серьезный утёс.
Наконец дорога сделала последний крутой поворот, и машина остановилась у подножия огромной скалы. Солнце уже уходило за горы, и всё вокруг стало теплым и золотистым: мокрые ели, камни у дороги, и сама скала, высокая и спокойная.
Отель “Шепот Горы” был совсем не похож на обычный дом. Казалось, что гора просто открыла свои каменные ладошки и разрешила отелю в них спрятаться.
Внутри всё было как в сказке про гномов: каменные стены, тяжелые балки под потолком, а прямо у входа - настоящий горный источник. Он журчал будто, шептал: «Тсс, я расскажу тебе все тайны гор…».
Путешественники стояли, словно завороженные…
— Это настоящий? — Спросил Мишель, с восторогом глядя на источник.
— Настоящий, — сказала Эллен.
— Прямо из горы?
— Прямо из горы.
Медвежонок прислушался. Вода журчала негромко, но настойчиво, будто хотела что-то сказать и всё никак не могла подобрать слова.
— Он разговаривает? — спросила Лулу.
— Похоже, пытается, — ответил Мишель.
И тут сверху раздался голос:
— Конечно пытается! У источника сегодня болтливое настроение, он мне всё утро твердил, что к нам едут особенные гости!
По лестнице, громыхая ботинками с ярко-красными шнурками, спускался высокий мужчина лет пятидесяти. Быстро, почти бегом, и при этом умудрялся нести сразу три вещи: фонарь, связку ключей и огромную вязаную шапку, которую, видимо, только что где-то нашёл и теперь не знал, куда деть.
— Добро пожаловать! Янис — хозяин этого дома, укротитель сквозняков и главный враг пустого желудка. И, если мне повезет, успею накормить вас до того, как профессор начнёт говорить о пробах воды.
— Янис! — обрадовался Ледениус.
Они пожали друг другу руки так крепко, что у профессора едва не вылетел из кармана блокнот.
— Осторожнее, — сказал он. — В этом блокноте данные.
— А в этом доме ужин, — ответил Янис. — И поверьте, профессор, сейчас ужин важнее данных. По крайней мере для тех, кто ехал сюда по нашим дорогам.
Он повернулся к Эллен.
— Эллен, дорогая, я читал вашу книгу про троллей — честно скажу, я и мои пещерные духи проплакали всю ночь! А моя племянница после неё три дня проверяла шкафы — не поселился ли там кто-нибудь с добрым сердцем и плохим характером.
— Надеюсь, никого не нашла, — улыбнулась Эллен.
— Нашла старый горный фонарик, но мы решили, что это не считается.
Янис повернулся к Кларе.
— А ты, должно быть, художница. Роберт говорил, что у вас в команде есть девочка, которая рисует быстрее, чем мы, взрослые успеваем заметить, на что она смотрит.
Клара покраснела от удовольствия.
Наконец Янис опустил взгляд на сумку Эллен. Мишель и Лулу, конечно, сразу замерли, как самые обычные медвежата. Это у них уже получалось довольно хорошо, хотя Лулу однажды сказала, что притворяться игрушкой — ужасно скучная работа.
Янис прищурился.
— А это, как я понимаю, те самые воздушные герои?
Мишель не шелохнулся.
— Можете не отвечать, — сказал Янис. — В нашем доме к медведям относятся с уважением. Особенно к тем, которые летают на странных машинах и спасают журавлей.
— Вообще-то её зовут «Стрекоза», — сказал он. — И она вовсе не странная. Она просто… с характером.
Лулу толкнула его локтем.
— Прошу прощения у «Стрекозы», — широко улыбаясь, сказал Янис. — У нас в горах характер уважают.
Он хлопнул в ладоши.
— Так. Сначала к камину. Потом ужин. Потом страшные рассказы.
— Страшные? — переспросила Лулу.
.— Ну, не слишком страшные. Такие, чтобы после них всё равно хотелось спать, но уже с фонариком рядом, — сказал Янис, нарочно округляя глаза.
Пока он хлопотал, накрывая на стол, друзья расположились у огромного камина.
— В нем может поместиться целый дракон,— шепнула Мишелю Лулу.
Но он не ответил. От камина шло такое доброе тепло, что хотелось устроиться на пушистом ковре и слушать сказки. Огонь потрескивал. Искры взлетали вверх и от этого на каменных стенах словно танцевали маленькие огненные эльфы.
И всё было бы совсем уютно, если бы источник у входа вдруг не издал странный звук. Как если бы журчание на секунду сбилось, и вода будто поперхнулась.
Мишель повернул голову.
— Ты слышала? — шепнул он Лулу.
— Что?
— Источник как будто... кашлянул.
— Глупости. Вода не кашляет, — отрезала Лулу.
— Но люди же тоже кашляют, когда хотят о чём-то предупредить, — Мишель понизил голос до самого тихого шепота. — По-моему, источник просто хочет, чтобы мы не прозевали что-то важное. Что-то... не очень хорошее, а может быть и опасное.
Лулу не нашла, что ответить. Она уже знала, что горам тысячи лет, и мысль о том, что эта гора хочет поделиться своей тайной, показалась ей очень правдоподобной.
Янис тоже посмотрел на источник. Лицо у него на мгновение стало серьёзным, но он тут же снова улыбнулся.
— Ну что, к столу! В горах голод наступает быстрее темноты.
Ужин был такой, будто Янис боялся, что они не ели неделю. Горячий хлеб, сыр, печёные яблоки, орехи, мёд и что-то сладкое и судя по запаху очень аппетитное.
— Это потица, — объявил Янис, пододвигая блюдо. — В ней орехов больше, чем камней на тропе. Хотя, если честно, камней у нас всё равно больше.
Мишель попробовал кусочек. Это было так вкусно, что в другое время он сразу попросил бы ещё. Но сейчас ему почему-то всё время хотелось оглянуться на источник.
— Ты чего? — шепнула Лулу.
— Не знаю, слушаю, — ответил Мишель. — Вдруг он еще раз что-то скажет и мы догадаемся?
Но источник больше не кашлял. Он журчал так мирно и усыпляюще, что подозрения Мишеля стали казаться ему самому просто вечерней фантазией, рождённой в дорожных сумерках.
Ужин продолжался. Путешественники ели, грелись и слушали, как за окнами ветер перебирает сосновые ветви. После долгого пути это было так приятно, что даже профессор Лединиус решил не говорить о своих научных данных. А для человека, который привык превращать любой завтрак в лекцию о строении земной коры, это было настоящим подвигом.
Но вскоре Янис сам сел напротив профессора и сказал уже тише:
— Роберт будет утром.
Профессор сразу поднял голову.
— Он в пещерах?
— Был. Вернулся к вечеру, но ушёл к верхнему входу проверить датчики. Не любит он оставлять гору без присмотра, когда вода ведёт себя странно.
Клара перестала рисовать край чашки. А Мишель многозначительно посмотрел на Лулу.
Огонь в камине щёлкнул, и теперь все заметили, что источник журчал, но уже не казался таким весёлым.
— В некоторых местах капли стали падать реже, — сказал Янис. — В одном зале воздух сухой, как старая корка хлеба. А внизу, у Драконьего колодца, вода ушла от камня. Роберт говорит, такого не должно быть.
— Драконьего? — оживился Мишель.
— Колодца, — уточнила Лулу. — Не дракона.
— Но название всё равно подозрительное.
Янис кивнул.
— Там живут протеи. Маленькие белые жители подземной воды. У нас их иногда зовут дракончиками.
— Мы знаем! — не выдержала Клара. — Профессор показывал фотографию. Они бледные, с розовыми жабрами.
— И им нужна очень чистая холодная вода, — добавил Мишель.
— И тишина, — сказала Лулу. — Наверное, если всё время жить под землёй, шум ужасно беспокоит.
— Совершенно верно, — сказал Янис. — А ещё они не любят грязи и людей, которые думают только о деньгах.
— А такие люди туда ходят? — спросила Клара.
Янис помолчал.
— Есть один такой.
Профессор снял очки и медленно протёр их салфеткой.
— Штерн?
Янис кивнул.
Имя прозвучало не громко, но как-то неприятно. Будто в тёплой комнате вдруг открыли дверь на холодную лестницу.
— Кто это? — спросила Эллен.
— Господин Штерн, — сказал Янис. — Меценат. По крайней мере, он сам любит так говорить. У него фонд, красивые буклеты, гладкие костюмы и привычка называть природу «ресурсом».
— А это плохо? — спросил Мишель.
— Смотря как сказать, — ответил Янис. — Если человек говорит «ресурс» и при этом думает «как сохранить», ещё можно слушать. А если говорит «ресурс» и думает «как продать», лучше держать ухо востро.
— Он хочет купить пещеру? — спросила Клара.
— Он говорит, что хочет помочь её «лечить», — сказал Янис. — Только вчера я видел его у закрытого входа. В слишком чистых туфлях.
Мишель не сразу понял.
— А что плохого в чистых туфлях?
— В горах? Возле закрытого грота? После дождя? — Янис поднял брови. — Это значит, что человек пришёл туда не случайно. И что за него кто-то уже успел пройти грязную часть пути.
Профессор нахмурился.
— Роберт знает?
— Знает. И Тара знает.
— Тара! — сразу оживилась Лулу. — Про нее мы тоже слышали.
— Профессор рассказывал, — добавила Клара. — Она помогает Роберту в пещерах. И за версту чувствует человека с плохими намерениями.
— Да, потому что у неё нос лучше любого прибора, — сказал Мишель. — Скорей бы уже с ней познакомиться.
— Познакомитесь, — сказал Янис. — Роберт без неё в пещеры почти не ходит.
— А она любит медвежат? — спросила Лулу.
— Если медвежата не шумят, не врут и не тащат из пещеры камни в карман, — сказал Янис, — думаю, полюбит.
Мишель быстро посмотрел на свой карман. Камней там, конечно, не было. Но после таких слов лучше было проверить заранее.
В эту минуту за окнами послышался звук мотора.
Не громкий, но в вечерней горной тишине он показался лишним. Машина подъехала к отелю и остановилась у входа. Свет фар скользнул по окнам, по каменным стенам, по лицам за столом.
Источник у входа снова странно сбился.
Янис медленно встал.
— А вот, кажется, и сам господин меценат.
Дверь открылась.
В холл вошёл мужчина в тёмном пальто. Он был не старый и не молодой, с аккуратно зачёсанными волосами, тонкими перчатками и таким лицом, на котором улыбка появлялась раньше, чем тепло. Его ботинки действительно были безупречно чистыми.
Он остановился у входа, снял перчатки и оглядел комнату.
— Добрый вечер, — сказал он. — Какое приятное собрание.
Голос у него был вежливый.
“Слишком вежливый”, — подумал Мишель.
Янис не улыбнулся.
— Господин Штерн.
— Янис, дорогой, — сказал Штерн. — Вы опять рассказываете гостям свои горные страшилки? Надеюсь, не отпугнете их от пещер.
Он повернулся к профессору.
— Профессор Лединиус. Рад наконец видеть вас здесь. Ваше имя придаст нашему проекту большой вес.
— Если вы имеете в виду мои исследования, — сухо сказал профессор, — они ещё даже не начались. Да и у вашего проекта пока нет моего имени.
Штерн улыбнулся чуть шире.
— Разумеется!
Потом его взгляд скользнул по Эллен, Кларе и вернулся к Янису.
— Я всего на минуту. Хотел узнать, всё ли готово к завтрашнему осмотру. Некоторые участки, насколько я слышал, стали небезопасны. Особенно Сектор 7.
Профессор и Янис переглянулись.
— Любопытно, — сказал профессор. — Я не помню, чтобы говорил вам о наших планах.
— О, профессор, в маленьких горных городках всё становится известно быстро.
— А вот и нет, — сказал Мишель себе под нос . — Про самое важное гора кому-попало не рассказывает.
Лулу толкнула его в бок, но Штерн, кажется, услышал и внимательно посмотрел на медвежат.
— Какие забавные игрушки, — сказал он.
Мишель замер.
Лулу тоже.
Клара придвинулась к ним поближе.
— Они не забавные, — сказала она твердо. — Они с нами путешествуют.
— Вот как, — сказал Штерн. — Какая милая привычка.
Он произнёс это так, что «милая» почему-то прозвучало как «глупая».
Мишель почувствовал, что ему очень не нравится этот человек. Не потому, что он сказал что-то ужасное. Нет. Всё было вежливо. Но иногда взрослые говорят вежливо так, будто протягивают тебе яркую обёртку, точно зная, что внутри нет никакой конфеты.
А Штерн уже снова повернулся к профессору.
— В любом случае прошу быть осторожными. Пещеры красивы, но непредсказуемы. Иногда лучше не тревожить то, что спокойно лежит под землёй.
— Особенно если кто-то уже потревожил, — не скрывая раздражения, сказал Янис.
На мгновение в комнате стало тихо.
Штерн бросил на него быстрый острый взгляд, надел перчатки, коротко кивнул и вышел.
Дверь закрылась. Мотор снова заурчал и вскоре стих вдали.
Некоторое время никто ничего не говорил.
— Ну, — наконец сказала Клара, — Тары тут не было, но он мне сразу не понравился.
— А почему? — спросила Лулу.
Клара пожала плечами.
— Не знаю. Он улыбается не туда.
— Куда не туда?
— Не внутрь.
И это было всем понятно.
Профессор Лединиус медленно снял очки.
— Завтра утром, — сказал он, — мы идём в пещеру.
— С Робертом? — спросила Клара.
— С Робертом. И с Тарой.
Янис снова подбросил полено в камин, но прежнего веселья в комнате уже не было. Уют остался: огонь горел, чай был горячий, потица пахла орехами. И всё же теперь казалось, что где-то совсем рядом, за каменной стеной, под землёй, кто-то тихо потянул за невидимую ниточку.
— Спокойной ночи, друзья, — сказал он. — Пусть вам приснятся добрые великаны и хрустальные замки. До завтра!
В окнах отеля зажёгся тёплый свет, и «Шепот Горы» стал похож на большой фонарь, оставленный у скалы. За окнами темнел лес, наверху шумели ели, а сама гора казалась ещё больше, чем днём.
Мишель долго не мог уснуть. Он лежал, уставившись в потолок, и в голове его, как назойливые пчелы, кружились мысли о Штерне.
О его зеркально чистых ботинках, на которых не было и пятнышка горной земли.
О слишком гладком, вежливом голосе, за которым пряталась пустота.
О том, как он сказал «забавные игрушки».
И ещё — о том, как источник вдруг сбился именно тогда, когда Штерн вошёл. Может быть, взрослые назвали бы это совпадением. Но Мишель почему-то в такие совпадения не очень верил.
Так закончился их первый вечер в Словении. Отель спокойно засыпал, но Мишель теперь точно знал: иногда самое тревожное начинается не с громкого грохота или стука в дверь, а с человека в чистых ботинках, который слишком вежливо дарит тебе пустые обертки.
Конец третьей главы
Кто такой это Штерн на самом деле? Кто раскроет то, что он замышляет? Если вам хочется узнать, что будет дальше, можно подписаться — все приключения храброго медвежонка Мишеля появляются здесь.
Если эта сказка вам откликнулась, буду благодарна за ❤️ — так я понимаю, что история вам нужна.
👉 Читать дальше. Следующая глава "Шепот Горы" появится здесь в четверг.