Есть в истории советской науки несколько случаев, когда что-то по-настоящему великое было найдено в последнюю минуту. Буквально — за несколько недель до того, как этого «великого» уже бы не было.
Один из таких случаев — Аркаим. Древний город в челябинской степи. Ровесник египетских пирамид. С круговой планировкой, водопроводом, ливневой канализацией, мастерскими, обсерваторией. Построенный примерно 4000 лет назад людьми, о которых мы до сих пор почти ничего не знаем.
18 июня 1987 года его нашла группа советских археологов — буквально за два с лишним месяца до того, как место должны были навсегда залить водой Большекараганского водохранилища.
Дальше начался один из самых странных сюжетов поздней советской истории: учёные против Минводхоза, академики против чиновников, и в итоге — против всех ожиданий — древний город удалось спасти. А потом случилось ещё более странное. К Аркаиму поехали тысячи людей. Но не туристы и не археологи. Совсем не они.
Я давно хотел рассказать эту историю. Тут много чего намешано — настоящая наука, советская бюрократия, перестроечная мистика и человеческое желание во что-то верить. Попробую разложить.
Степь, которая должна была уйти под воду
Дело было в Челябинской области, в Брединском районе. Юг области, почти на границе с Казахстаном. Голая степь, редкие берёзовые рощицы, две небольшие реки — Большая Караганка и Утяганка.
В начале 1980-х советская власть решила, что для местных совхозов нужно крупное оросительное водохранилище. Большекараганское, по имени реки. Сделали проект, разметили зону затопления, начали стройку. К лету 1987 года всё было готово к пуску воды. Срок окончания работ — осень 1987-го.
По советским правилам перед затоплением такие территории обязаны были обследовать археологи — на случай, если там есть какие-то памятники истории. Обычная процедура, формальная. Археологические отряды ездили, смотрели, писали, что памятников нет, и работы шли дальше.
В Аркаимскую долину в июне 1987-го отправили небольшой отряд Урало-Казахстанской археологической экспедиции Челябинского университета. Возглавлял экспедицию Геннадий Борисович Зданович — профессор, специалист по бронзовому веку, человек известный в узких кругах. Помогали ему несколько студентов и школьники из археологических кружков.
20 июня двое школьников вернулись с маршрута и рассказали что-то странное. Они увидели в степи «необычные холмы». Круговые. Несколько колец, вписанных друг в друга.
Зданович пошёл смотреть.
Когда он поднялся на ближайшую возвышенность, ему — со слов очевидцев и его собственных интервью — стало по-настоящему страшно. Не от мистики. От того, что он понял, что это такое.
Перед ним лежал ровный, почти идеально круглый план древнего города. С внешним валом, внутренним валом, центральной площадью, расходящимися от центра улицами. С земли это было плохо различимо — заплывшие за тысячелетия земляные валы метровой высоты. Но геометрия читалась чётко. Это была не природа. Это была архитектура.
И этой архитектуре, как покажут потом исследования, около 4000 лет.
Гонка против воды
К моменту открытия до пуска водохранилища оставалось два месяца с небольшим. Зданович, его команда и поддержавшие их коллеги начали то, что в советской бюрократической логике было совершенно безнадёжным делом. Они попытались остановить готовый, утверждённый, финансируемый из центрального бюджета объект Минводхоза.
Ученые отправляли телеграммы. Писали в Президиум Академии наук. Звонили в министерства. К борьбе подключился академик Борис Борисович Пиотровский — директор Эрмитажа, человек тогда в стране влиятельный. Подключилась общественность. К Аркаиму писали и художники, и учителя, и провинциальные краеведы — все, кто слышал про открытие.
В первый месяц никакой реакции. Стройка идёт. К августу 1987-го стало понятно: либо чиновники услышат, либо через несколько недель всё будет под водой.
И тут вмешалась эпоха.
Шла перестройка. Гласность. Газеты впервые писали то, что раньше нельзя было. Письма читателей, протесты, инициативы снизу — это было новое и модное. История с древним городом, который Минводхоз собирается утопить ради колхозного полива, попала в этот общественный поток ровно в нужный момент.
В сентябре 1987 года Челябинский областной совет в виде исключения дал археологам отсрочку — два года.
Два года, чтобы хоть что-то изучить и зафиксировать. После этого — всё под воду.
С 1987 по 1989 год Зданович с командой работал на Аркаиме без выходных. Зимой — обработка материалов, лето — раскопки. Аэрофотосъёмка, шурфы, послойное вскрытие. Каждое лето вокруг лагеря археологов жил палаточный городок студентов и волонтёров, ехавших со всей страны.
И к концу 1989 года стало ясно одно: Аркаим — это не просто памятник. Это часть огромной системы из примерно двадцати таких же городищ, расположенных в радиусе 350 километров вокруг. Учёные потом назвали это «Страной городов». Целая сеть укреплённых поселений примерно одного времени и одной культуры, существовавшая в южноуральских степях больше тысячи лет.
И тут уже было не до водохранилища. Это был памятник мирового уровня.
В 1991 году Совет министров РСФСР строительство водохранилища отменил. Окончательно. Аркаим и долину вокруг объявили заповедной территорией.
Через несколько месяцев распался СССР. Зданович потом говорил: если бы не перестройка и общий хаос конца 80-х, водохранилище бы достроили в плановом порядке. А Аркаим лежал бы сейчас на дне.
Что это такое
Теперь — про сам Аркаим. Без эзотерики и без преувеличений, по тому, что установили археологи к сегодняшнему дню.
Аркаим — укрепленное поселение бронзового века. Датируется примерно XVIII–XVI веками до нашей эры. То есть его возраст — около 3800 лет. Это, по разным меркам:
— Современник египетского Среднего царства. Пирамиды Гизы тогда уже стояли.
— Старше Трои времён Гомеровского эпоса.
— На несколько столетий старше Москвы — почти на четыре тысячелетия.
Размеры — небольшие, примерно 170 метров в диаметре. Население — по оценкам, от 1500 до 2500 человек.
Планировка — два концентрических кольца жилищ. Внешнее кольцо — 35 длинных жилищ-секций, расположенных по кругу как сектора пирога. Внутреннее кольцо — ещё 25 жилищ. В центре — открытая площадь размером примерно 25 на 27 метров. От центральной площади к внешним стенам идут четыре радиальные улицы — крест-накрест, ориентированный по сторонам света.
Город был обнесен двумя стенами — внешней (диаметр около 170 м, высота не меньше 3 м) и внутренней. Вокруг внешней стены — ров шириной несколько метров. Каждое жилище — это длинная двухэтажная постройка из дерева и сырцового кирпича. Внутри — очаг, колодец, печь для металлургии, погреб. Из погребов через каменные канавы вода уходила в общий ров. Это — водопровод и ливневая канализация эпохи бронзы. В южноуральской степи.
В жилищах археологи находили медеплавильные печи. То есть жители Аркаима были металлургами. В печах нашли остатки керамики, металла, костей животных. Жители Аркаима держали скот, плавили медь, делали бронзовые орудия, ездили на колесницах.
Колесницы — отдельная тема. На могильнике рядом с Аркаимом нашли остатки колесниц, которые на сегодняшний день считаются одними из самых ранних в мире. Бронзовый век, дисковые колёса со спицами, парная упряжка. То же самое потом будет в Микенах, в Египте, в Индии — но на несколько столетий позже.
То есть это, грубо говоря, не глухая степная стоянка, а небольшая, но технологически развитая община, активно торговавшая, воевавшая и, видимо, имевшая контакты с соседями.
Кто там жил
И вот тут начинаются споры, которые не утихают до сих пор.
По мнению Здановича и большинства археологов, аркаимская культура (или, как её ещё называют, синташтинская — по соседнему городищу Синташта) — это одна из ранних индоиранских общностей. То есть предки тех самых ариев, которые позже двинулись на юг и принесли свою культуру в Индию и Иран.
Аргументы за это серьёзные:
В священных книгах индоариев (Ригведа) и иранцев (Авеста) описывается прародина этих народов. Описывают её похоже: степи, реки, березы, лошади, колесницы, металлы. Климат — умеренный, с ясной сменой сезонов. Это не Индия и не Иран — это явно более северная зона. Учёные ещё в XIX веке думали, что прародина где-то в евразийских степях, но точно никто не знал. Аркаим эту догадку подтвердил.
Антропологически останки людей с Аркаима — индоевропейский тип. Похоронные обряды совпадают с описанными в Ригведе и Авесте: положение тела, ориентация, набор погребальных предметов. В могилах находят сосуды с остатками напитка, в составе которого — конопля и эфедра. В Ригведе священный напиток богов называется «сома», в Авесте — «хаома». Готовили его, по описаниям, тоже из эфедры с добавлениями.
То есть, по мнению большинства археологов, аркаимская культура — это часть тех самых индоиранских племён, которые потом расселились по огромной территории и принесли свои языки и культуру в современные Индию и Иран. Те самые «арии», о которых столько говорят.
Это, повторяю, мейнстримная научная точка зрения. С ней согласны и российские, и западные археологи.
А вот дальше всё пошло не так.
Вторая жизнь Аркаима. 1990-е
В начале 1990-х в стране случилось то, что случилось. Распался Союз. Открылись границы. Пришёл капитализм. Тонули корабли, гремели взрывы, миллионы людей теряли работу. И тогда же в массовое сознание ворвалось всё, что раньше было запрещено или малоизвестно — астрология, экстрасенсы, эзотерика, теософия, новые учения и старые секты.
И в этот момент кто-то сложил два и два.
Аркаим — древний город. Возраст — около 4 тысяч лет. Планировка — круговая, ориентированная на стороны света. Население — индоевропейцы. Предположительная связь с прародиной ариев и зороастризмом.
И понеслось.
Сначала к Аркаиму потянулись теософы, потом — астрологи, потом — последователи учения Рерихов, потом — славянские неоязычники, потом — последователи Виссариона, потом — просто люди, которым было интересно. В середине 1990-х туда уже ехали тысячи человек в год. Не на раскопки. На паломничество.
Появились легенды. Аркаим — «место силы», «энергетический пуп Земли», «древний обсерваторий», «центр славяно-арийской цивилизации». Его называли «русским Стоунхенджем», хотя со Стоунхенджем у него общего — только круглая форма.
Появилась практика. Туристы вставали на восход солнца на вершине ближайшей горы Шаманка. Завязывали ленточки на берёзах. Зажигали свечи. Оставляли «письма Мировому Разуму» под камнями. Ходили по «лабиринтам» из камней, которые сами же и складывали тут же на месте.
Появились интерпретаторы. Самым известным стал писатель Сергей Алексеев со своей серией «Сокровища Валькирии» — про арийскую цивилизацию на Урале. Кто-то говорил, что Аркаим основал лично Заратустра, пророк зороастризма (в Авесте он называется Заратуштра). Кто-то — что это столица легендарной Арктиды или Гипербореи, того самого затонувшего северного материка, который искал на Кольском Барченко. Кто-то — что Аркаим связан со славяно-арийскими ведами и протоязыческой Русью.
Зданович, который всё это видел, относился к происходящему сложно. С одной стороны, он понимал, что без интереса публики его заповедник не получит финансирования. С другой — он, нормальный академический археолог, постоянно поправлял журналистов и эзотериков: ребята, всё не так. Аркаим — серьёзный памятник, но не «пуп Земли». Это бронзовый век, это степняки, это раннее индоиранское общество. Не Атлантида. Не Гиперборея. Не зороастрийская столица.
Слышали его плохо.
Аркаим и пирамиды. Реальное сравнение
Тут стоит сделать оговорку, чтобы не было путаницы. В Дзене я часто вижу в комментариях, как пишут: «Аркаим старше пирамид Хеопса». Это не совсем так.
Пирамида Хеопса в Гизе была построена около 2560 года до н.э. Это то есть примерно 4580 лет назад.
Аркаим существовал примерно с XVIII по XVI века до н.э., то есть от 3800 до 3600 лет назад.
Значит, пирамида Хеопса старше Аркаима примерно на 700 лет.
Так что фраза «Аркаим — ровесник пирамид» некорректна, если иметь в виду великие пирамиды Гизы. А если брать пирамиды эпохи Среднего царства Египта (XX–XVIII вв. до н.э.) — то да, тогда Аркаим действительно их современник. Те пирамиды менее известны, но они в Египте есть.
Я об этом пишу не для того, чтобы поспорить с легендой. Я об этом пишу для того, чтобы было понятно: Аркаим интересен сам по себе. Без подтасовок и без преувеличений. Город бронзового века, с городской планировкой и металлургией, в южноуральской степи — это и так уникально. Не нужно делать его «древнее всех», чтобы он был ценен. Он уже ценен.
Что сегодня
Аркаим сейчас — это полноценный историко-археологический заповедник. Музей под открытым небом, два больших стационарных музея, реконструкции жилищ бронзового века, реконструкции жилищ кочевников-скифов и ранних казахов, обширная инфраструктура. Каждый год — десятки тысяч посетителей.
Часть посетителей — туристы и школьники. Часть — учёные. Часть — паломники, которые до сих пор приезжают встречать рассвет на горе Шаманка.
Геннадий Борисович Зданович — главный человек в истории Аркаима — умер в 2020 году в возрасте 82 лет. До конца жизни он работал в заповеднике. В интервью он часто говорил, что главное достижение его жизни — это не открытие древнего города. А то, что благодаря открытию степь, которую планировалось затопить под колхозный полив, осталась нетронутой. Заповедной зоны площадью больше 3300 гектаров, со степной экосистемой, с курганами и могильниками, с редкими видами растений и животных, которым в современной России становится всё меньше и меньше места.
Это, наверное, главный итог истории. Учёные защищали бронзовый век, а спасли — современность. Кусок неосвоенной степи, который сегодня — редкость не меньшая, чем древний город под ним.
Зачем нам это всё
Я думаю об этой истории и понимаю одну вещь.
В каждой из тех стран, где есть древние памятники мирового уровня, к ним относятся с двойным чувством. С одной стороны — гордость: вот, у нас есть прошлое. С другой — потребность. Потребность в том, чтобы это прошлое было выше, древнее, мощнее, чем у соседей. Чтобы оно как-то оправдывало нас сегодняшних.
С Аркаимом случилось то же самое. Археологи нашли отличный, интересный, важный памятник. А страна, изголодавшаяся по великой истории, увидела в нём то, что хотела увидеть — пуп Земли, прародину белой расы, столицу Гипербореи, центр великой цивилизации. К сухим научным данным прилепилась гора домыслов и хотений.
Может быть, ничего страшного. Может быть, людям нужно во что-то верить, и пусть это будет Аркаим, а не что похуже. Может быть. Но мне всё равно жаль, что за гудением мифов почти не слышно того, что Аркаим говорит на самом деле.
А он говорит вот что. Четыре тысячи лет назад в этой степи жили люди. Они умели плавить медь. Они строили круглые города с водопроводом. Они хоронили своих лошадей. Они смотрели на те же звёзды, что и мы. И ничего нам после себя не оставили — ни писем, ни имен, ни богов с понятными лицами.
Только круги в земле, которые видно с воздуха.
И только мы можем решить, что они для нас значат.
Геннадия Здановича не стало в 2020 году. Аркаим стоит. Минводхоза, который собирался его затопить, больше тоже нет.
В заповеднике каждое лето открывается новый сезон. Археологи копают, паломники едут, школьники бегают по реконструированным жилищам. По вечерам над степью встаёт точно такое же небо, как 4000 лет назад. Без подсветок городов. С полной луной и Млечным Путём.
Это, наверное, главное место, где сегодня в России можно увидеть это небо.
Может быть, ради этого стоит туда съездить. Без всякой мистики. Просто посмотреть на то, что чуть не утонуло — и не утонуло.
Если было интересно — подпишитесь, у меня здесь такие истории каждый день.