Марина узнала об этом в среду, когда открыла приложение банка.
Пятнадцать тысяч ушли накануне вечером. Перевод — Андрею. Формулировка в комментариях: «на Серёжу».
Марина поставила телефон на стол и налила себе чай.
Серёжа — это сын Андрея от первого брака. Девятилетний мальчик, которого она видела раз в две недели, когда приехал на выходные. Нормальный рост. Марина его не обижала. Но и платить за него она не собиралась — у него была мать, у него был отец, у него были алименты.
Пятнадцать тысяч — это было ее.
Андрей пришёл около восьми. Поставил сумку, прошёл на кухню.
— Поешь? — спросила Марина.
— Ага.
Она подождала, пока он сядет.
— Андрей, ты взял деньги с картами.
— Ну взял. — Он не поднял голову. — Серёже на разделе. Ты же знаешь, у меня сейчас зажато.
— Я не знал. Ты не спросил.
— Марин, ну что за разговор. Ты же понимаешь, что дети — это наше общее. Значит, и деньги на них — тоже наши.
Она смотрела на него секунды три.
— Серёжа — твой сын. Не наш. Наш с тобой сын — Лера. И на Леру я трачу сама. И на Серёжу тоже ты трачь сам.
— Ты сейчас серьёзно? — Андрей наконец посмотрел на нее. — Мы живём вместе. Дети вместе. Ты разделяешь, кто чей?
— Да. Разделяю.
Андрей отодвинул тарелку.
Это был не первый разговор. Первый произошел полтора года назад, ещё мягко, почти скользь. Тогда Андрей сказал что-то про «общий бюджет» и «было бы логично». Марина тогда развернулась и ничего не ответила. Потом были ещё разговоры — про разделы, про школьные расходы, про то, что «у тебя зарплата стабильная, а у меня сейчас провал».
Провал у Андрея получался регулярно.
А Лера тем временем ходила в ту же секцию, и за нее Марина платила сама. И за кружок рисования. И за зимние сапоги. И за врачом, когда в лаборатории была температура.
Никто не говорил «это наше общее».
— Хорошо, — сказал Андрей после паузы. — Тогда объясни мне, как это работает. Вот ты покупаешь продукты — это тоже только для себя и Леры? Или всё-таки общее?
— Продукты — на всех. По-честному. Мы давно заключили договор.
— А дети — нет?
— Дети — каждого своего.
— Значит, ты чужая мне?
Марина помолчала.
— Нет. Но Серёжа мне не чужой ступенькой и не мой. Он твой. И твоя бывшая жена получает от него еду. Четверть твоего дохода. Это и есть «деньги на детей».
— Ты считаешь мои деньги?
— Андрей, ты только что снял с моей карты пятнадцать тысяч без света.
Он встал. Прошёл до окна и обратно.
— Знаешь что, — сказал он наконец, — я думал, что ты другая.
— Я такой же. Просто ты меня плохо знал.
На следующий день Андрей уехал к матери «на пару дней». Оттуда позвонил вечером.
— Мама говорит, что ты жадная.
— Хорошо, — ответила Марина.
— Это всё, что ты скажешь?
— Да.
В трубке помолчали.
— Я переведу деньги обратно, — сказал Андрей.
— Хорошо.
Деньги вернулись через три дня. Марина увидела)., убрала телефон и пошла будить Леру в школу.
На столе стояла чашка с недопитым чаем.