Добро пожаловать в «живой рассказ» — историю, которая создаётся прямо на ваших глазах!
Наша история подошла к концу.
Если вы хотите знать, с чего всё началось - вернитесь по ссылке.
Если вы пропустили предыдущую часть - вам сюда.
В предыдущей части героиня стояла перед выбором, открывать ли ей свою семейную тайну?
Большинство читателей проголосовали за то, чтобы открывать.
Новая глава написана.
Поэтому всех, кто готов начать, я приглашаю к прочтению новой главы:
Страшная семейная тайна
Катя решительно встала, подошла к историку.
- Анатолий Павлович! Папа хотел, чтобы я знала. Значит и я хочу знать! - сказала она твёрдо, а потом прибавила неуверенно, - Да и как я смогу теперь жить спокойно если не узнаю правды?..
Хозяин квартиры усмехнулся на прследнее замечание, потом посерьезнел и сказал:
- Да, я вижу, вы сильная девушка... Катерина, я не дам вам архив колхоза, который вы у меня просите: там нет ничего вас интересующего. Много лет назад, когда я узнал про то, что ваш дед хранил колхозный архив, я попросил у ваших родителей разрешения забрать его бумаги. Ваша мама великодушно разрешила мне взять любые бумаги, которые я найду в его доме. И я нашёл много чего ценного, с исторической точки зрения. Но вам это будет совершенно не интересно. Но вот кроме архива в доме... я нашёл на чердаке целый мешок дневников вашего деда! Великолепный, пунктуальнейший человек! Аккуратист! Он скрупулезно делал записи почти каждый день своей долгой жизни в деревне. Благодаря его дневникам я узнал с точностью когда была открыта первая школа, когда построили мост... Он записывал всё! Но вам интересен будет, пожалуй, только один его дневник. За 1952 год.
Историк удалился в дальнюю комнату и пробыл там, казалось, целую вечность.
Когда он вернулся, то в его руках была старая, полуистлевшая тетрадь.
Катя протянула руку, но мужчина не спешил отдать ей реликвию.
- Катя, - впервые назвал он ее ласково, - когда вы это прочтете, вам станет очень и очень плохо. Возможно, вам даже жить не захочется. Пожалуйста, не читайте это в одиночестве. Пусть с вами рядом будет близкий человек.
Только после этого историк отдал ей тетрадь.
Когда девушка села в автобус, её рука сама потянулась к тетради. Но вспомнив слова Верещагина девушка остановилась. А что если он прав? Что если прочитанное действительно потрясет ее? Да, она не робкого десятка. Но и Анатолий Павлович явно не любитель спецэффектов. И если он предупредил ее, значит оно действительно того стоило.
Катя прижала тетрадь к себе. До дома она ехала сама не своя. Тетрадь жгла руки, старые секреты просились наружу...
В деревне на остановке её встретил Миша. Он починил мотоцикл и добрался сюда ещё днем.
Катя пересказала ему разговор с историком, упомянула и про зловещее предупреждение.
Рябята поспешили в дом Катиного отца, а там, закрывшись изнутри, чтоб никто не побеспокоил, принялись за чтение.
Дневник Катиного деда. Приведен в сильном сокращении.
Запись 1. 12 января 1952 года
Зима, а работы невпроворот. Колхоз готовится к весеннему севу — нужно проверить инвентарь, подсчитать запасы зерна. Рана на ноге опять даёт о себе знать в мороз, но я не жалуюсь. Главное — руки целы, голова на плечах.
Вечером помогал соседу чинить перегородку в хлеву. Трудно ему без руки-то.
Запись 2. 24 февраля 1952 года
Весна на носу, а снега намело — хоть по деревне на лыжах катайся. В колхозе решили обновить конюшню: старые брёвна подгнили. Меня поставили бригадиром по этому делу — видимо, за фронтовую дисциплину уважают.
Оля ворчит, что я слишком много на себя беру.
Ей лишь бы я под юбкой у неё сидел. Не понимает, что нельзя людей подводить.
Запись 3. 15 марта 1952 года
Началась беда с семенами. Часть оказалась подпорченной — мыши постарались. Собрали общее собрание, решили, что нужно ехать в соседнюю деревню за новым зерном. Меня назначили в делегацию — видимо, за грамотность и за то, что я в городе когда‑то работал на складе.
Ольга опять злится. И зачем я тогда послушал дядьку и взял ее, неграмотную? Теперь вот вцепилась в меня, все боится, что брошу ее с детьми. А куда ж я ее теперь брошу?
Запись 4. 3 апреля 1952 года
Вернулся из поездки. Удалось выменять зерно на старые плуги — председатель оказался смышлёным мужиком. Дорога была тяжёлой: сани проваливались в мокрый снег, да и нога разболелась так, что думал — не доеду.
Зато дома ждал сюрприз: Оля родила, наконец, дочку. Назвал Риммой.
Запись 5. 20 апреля 1952 года
Меня направляют на месяц в соседнюю деревню — помогать с посевной. Там нехватка рабочих рук, а я, мол, опытный.
Ольга опять недовольна.
Запись 6. 5 мая 1952 года
Встретил девушку, Люду. Ту самую, что меня на телеге подвезла, когда я в войну с госпиталя к дядьке добирался.
Она оказывается все это время жила рядом, в соседней деревне. А я ведь не нашёл ее тогда, думал, не местная.
Увидел ее сегодня у сельсовета и сразу узнал. Она рассмеялась, и у меня сердце ёкнуло. Странное чувство — будто война закончилась только сейчас, от её звонкого смеха.
А она подросла. Тогда совсем девчонкой была, лет 15. Хоть и зеленая, но красивая, умненькая, интересная. А теперь взрослая девушка совсем. Выучилась, образованная. А поди ж ты, вернулась в родную деревню. В колхозе вон помогает со всеми, хотя и не по должности ей совсем.
Жаль, что не нашёл я ее тогда.
Запись 7. 18 мая 1952 года
Работаем вместе с Людой на посевной. Рядом с ней время летит незаметно.
Вчера вечером ходили с ней к реке. Она показала, где растёт черемуха. Я нарвал ей целую охапку цветов — она смеялась и говорила, что я как ребёнок. А мне и правда так легко, будто и не было ни войны, ни ранения, ни Ольги.
Запись 8. 30 мая 1952 года
Закончили посевную раньше срока — председатель доволен. Сегодня последний день здесь, завтра возвращаюсь домой. Люда подарила мне вышитый платочек — «на память». Спрятал его в нагрудный карман, поближе к сердцу.
Прощались неловко. Она сказала: «Приезжайте ещё». А я ответил: «Обязательно. У вас тут работы всегда много». И оба понимали, что дело не только в работе.
Запись 9. 10 июня 1952 года
Дома.
Ольга встретила как всегда - с укором.
Глаза б мои ее не видели...
Грешным делом думал уйти. Пусть что хотят говорят соседи. Уйти, обратно, к Люде.
Но взял на руки Римку и понял: не могу уйти.
Запись 10. 25 декабря 1952 года
Год подходит к концу. В колхозе итоги: план перевыполнен, нас хвалили на собрании. Рана почти не беспокоит — видимо, зима будет мягкая.
Люда прислала письмо. Она вышла замуж в августе. У неё будет ребёнок. Пишет, что ждёт к концу февраля. Говорит, я должен знать. Говорит, что счастлива, что наша любовь продолжится в живом человеке.
Что ж, ей останется наш ребёнок. А мне - только ее фото.
Катя закрыла дневник. Голова шла кругом от внезапной волны разных мыслей. Вот оно что!
Вот почему папу так не любил его "отец"! Потому что и не отец он ему был! И не мог не знать об этом. Если свадьба была в августе, а папа родился в конце февраля, то для мужа бабы Люды не стало тайной - ребёнок не от него! Вот он и ненавидел "подкидыша" всю жизнь!
Вот почему бабушка Люда не любила маму! Это из-за маленькой дочки дед не смог уйти из семьи!
Да вот же, наконец, почему баба Люда была против женитьбы сына на Римме! Да они ж единокровные брат и сестра!!!
Кате стало дурно от осознания истины. Ее замутило, словно она съедает чтото гладкие, склизское и грязное. Мама и папа - брат и сестра! У них общий отец!
- Погоди, это что ж получается, - начал Миша, - Твои мама и папа...
- Не надо. Не произноси... - не своим голосом попросила девушка, - Неужели, баба Люда на смертном одре рассказала об этом сыну?! Вот почему родители развелись после ее смерти!
Катю накрывал один инсайт за другим.
Вот почему мама сказала, что хочет забыть все, что было в их доме. Папа, милый добрый папа так любил ее, никогда не обижал, но... оказался братом. Родным братом, от которого она родила ее, Катю! Как же им было мерзко обоим... Как же невыносимо...
Катя расплакалась.
Бедный папа, вот чего не выдержало его сердце!
Бедная мама, вот от чего она хотела уберечь Катю!
Но зачем, зачем отец хотел рассказать ей об этом?!
Девушка потеряла глаза руками. Слез не было, а жаль. Поплакать бы, чтоб стало легче...
- Кать, ты чего, - позвал Миша, - Не молчи, скади что-нибудь. О чем ты думаешь?
- Я думаю... - сказала Катя, - Я думаю, что не понимаю, зачем отец хотел, чтобы я это узнала.