Хочу отдельно сказать о Кристофере Болласе — и о том, почему его полезно читать рядом с Томасом Огденом.
Ни Огден,
ни Боллас —
не являются кляйнианцами в строгом британском смысле слова.
Это уже не линия «классической техники» в духе Бетти Джозеф или Эдны О’Шонесси.
Но это люди,
которые сделали нечто другое:
они начали развивать поэтику аналитического мышления.
Не украшать психоанализ метафорами.
А пытаться описать то,
что происходит в поле между людьми,
когда обычного языка уже недостаточно.
У Огдена это выглядит как аналитическое третье,
совместное сновидение,
особое состояние присутствия.
У Болласа —
как атмосфера психики,
непомысленное известное,
объект,
который поддерживает непрерывность Self.
Они оба пишут о том,
что аналитик воспринимает не только слова пациента.
Он воспринимает давление поля.
Настроение мышления.
Изменение времени внутри сессии.
Чужую психику,
которая начинает существовать внутри собственного переживания аналитика.
И в этом смысле их очень полезно читать после Кляйн и Биона.
Потому что они развивают чувствительность.
Не только теорию.
Способность замечать:
что происходит между двумя людьми,
прежде чем это стало фразой.
Это особенно важно для аналитиков,
которые слишком быстро уходят в интерпретацию
и перестают слышать атмосферу процесса.
Иногда пациент ещё ничего не сказал.
А поле уже всё организовало.
И Боллас с Огденом —
как раз про эту способность:
выдерживать,
слушать,
атрибутировать поле,
не разрушая его слишком быстрым пониманием.
