Их отец походил вокруг них, чувствуя некоторую неуверенность и беспокойство. Он их любил, но не знал, как и что говорят в таких случаях. На куст села чечевичка и заинтересована просвистела «Вить? Вить?»
Исидора штормило, он раньше всегда справлялся с неопределенностью в жизни, принимая последствия избранного пути. Теперь ему надо было стать берегом, о который разбивается шторм растерянности, и возможного непонимания, переживаемого сыновьями. Он не знал как это сделать. Исидор подошел к шаману и уселся рядом с ним.
– Думаешь, сын справится с перегрузкой?
– Тайгрис поможет. Ты поговорил с сыном? – тихо спросил Алкапыв, он понимал, что тревожит Исидора. – Ты должен не просто быть около него, а вместе с ним. Он должен знать, что ты его понимаешь и принимаешь. Скажи это.
– А нужно? – удивился дорг.
– Ах-ах-ах! У вас это семейное? – поинтересовался Алкапыв.
– Что? – Исидор непонимающе уставился на него.
– Похоже, ты и твои сыновья не знают, что при общении используют речь. Я иногда подумываю, что вся ваша семейка, требует публичной порки.
Исидор с беспокойством во взоре пробубнил:
– Я всё ещё пытаюсь понять.
– Ты не хочешь принять Тайгриса, как сына? Ведь ты молчишь, позволяя ему думать что угодно.
– С чего бы это? – Исидор прикусил губу, вот эти слова шамана и укрепили его берег, а шторм утих. Он хмыкнул, потом взглянул на очнувшегося Лариона. – Ну-ка, иди сюда и позови брата!
Ларион встал и взял Тайгриса за руку.
– Пошли!
– Что-то случилось? – вскинулся тот, но пошёл за ним.
Исидор похлопал по земле рядом с собой, сыновья сели и уставились на него.
– Тайг, природа не терпит пустоты! Там, где люди не знают правды, они заполняют пробелы домыслом. Я не умею визжать: «Сыночек любимый»! Я не знаю, о чём ты думаешь, но ты мой родной сын. Чувствую твое смятение, но ты мой! Ты и Ларик для меня одинаковы! Вы моя кровь, мои сыновья. Я не видел, как вы росли, не был рядом с вами, но сейчас мы вместе! У меня в жизни были две женщины, из-за которых я ужасно тосковал. Одну я прогнал, думая, что спасаю, другая ушла от меня, потому что… – Исидор закашлялся. – Она умерла родами. Мои возлюбленные одарили меня сыновьями. Всё! Вы часть меня и моих любимых женщин.
– Душевный человек, ничего не скажешь, – хохотнул Алкапыв.
Оркен закашлялся, понимая, что он член семьи. Однако, как и его отец, не знал, как сказать им, что тронут, и поэтому просто пробурчал:
– Лар, не пробуй делать, как я. Ищи своё, а то мне отец за тебя шею намылит, как старшему.
Ларион пожал руку брата, потом покраснел и спросил:
– Алкапыв, а почему у магистра теперь такое имя странное – «плачь моря»?
– Каждый новый уровень, это – новое имя. Старое имя может тормозить мага. Он стал мощнее, когда получил новое имя. Хотя… Знаешь, что-то мне говорит, что магистр опять сменит имя. Трудно носить имя, полученное от той, о которой тоскуешь. А он отчаянно тоскует, хоть и не показывает этого. Я не знаю, всего, но уверен, что он позвал её с собой… Изольда… Она не просто женщина, но сейчас она женщина этого мира. И они вынуждены расстаться, им обоим очень больно, и они оба приняли это решение. Видимо, оно было единственно возможным. Однако от того, что ты всё понимаешь, всё равно сердце тоскует, – грустно усмехнулся Алкапыв. – О чём ты думаешь, Тайгрис?
Оркен какое-то время молчал, потом уверенно произнёс:
– Я знаю, куда Вендел направится, но не понимаю зачем.
– Ну и куда?
– Очевидно туда, где йохи, известны, где на них первое время не будут обращать внимания. Это горы Ривараха, – пророкотал Тайгрис.
– Интересно, а ты знаешь, о каком роде говорил Вендел? –неожиданно спросил Пух, глазеющий на облака.
Он не назвал имя Джин, но Тайгрис понял, что волнует Пуха.
– Исходя из того, что Вендел сказал, то всё, что нас интересует, находится в Гисаре. Вендел же говорил про сестру… Э-э… Про Риану. Она дочь матриарха Митрайды, я поздно об этом узнал, – при имени предательницы у Тайгриса в горле возник комок, который стал его душить, а клыки отрасли. Он закашлялся и покраснел. – Про род Митрайды мне ничего не известно.
– Хочешь Риану убить? – Алкапыв уставился на него.
– Нет! – Тайгрис скривился. – Она до того мне омерзительна, что я даже не пытался проанализировать причины её поступка. Не хочу этой грязи. Сама залезла в эту мерзость, пусть сама в ней и бултыхвется.
– Чистоплюй! – сделал заключение Ларион.
Пух вскочил и обнял Тайгриса.
– Мастер, ты понял? Они же понимали, что он не может совершить мерзость, а так они вырубили акенара, и он не смог войти в контакт с миром.
– Интересно! Вот толко, кто они, и как это связано с Венделом и его походом на Землю? – Магистр угрюмо взглянул на всех. – Ну, хорошо-хорошо, это давно задуманный проект! Мы опять что-то проморгали. Пух, лезь в архивы.
Ругаясь, что мог бы намекнуть, что искать, Пух маялся над доской.
– Терпи! Мастер не учит, а создаёт ситуацию, –беззлобно пошутил Тайгрис.
– Всё перерыл, ничего не нашёл. Главное никак не соображу, что искать! – простенал Пух, возводя очи к небесам. – Э-хе-хе!
Все уставились туда же. Небеса радовали яркой голубизной и походили на сверкающее полотно, по которому неспешно плыли буквально мультяшные облака, так они были четко очерчены. Облака в этот день сначала имели банальную форму, но вскоре легкий ветер пригнал новые, поражавшие разнообразием. По небу величественно проплыли чайник, потом голова лошади, ветер поднатужился и нагнал целую гряду облаков, похожих на замки со шпилями на крыше и луковками башен.
– Красиво, прямо восточный дворец, и чудище какое-то, – проговорил Алкапыв.
Пух, неожиданно завизжав, стал бешено двигать камни по доске и завыл:
– Нашёл! Ы-ы! Я велик! Мне надо новое имя!
Магистр махнул рукой и ехидно выдал:
– А что тут выбирать? Джин сказала, кто ты… Пятачок.
Бывший Пух взвизгнул.
– Ну-ну, мастер! Я ведь дождусь своего часа, недолго тебе ветром дуть. Я такое тебе имя придумаешь, что тебя понос прохватит!
– Ладно, поросенок Пятачок, говори, что нашёл, –отмахнулся магистр.
– Викейр и Вендел были в одном гареме. Они знают друг друга лично. Что-то тут написано про болезнь Вендела. Точнее он обращался к целителям, но они не смогли ему ничего точно ответить, а потом они исчезли. Однако, похоже, он терял память.
– Это мы и раньше знали, а память… –Магистр, покачал головой. – Ты даже представить себе не можешь порядки во многих гаремах королев дроу! Там часто не только память, но органы и жизнь теряют. Что касается Викейра, то не понятно, какие сейчас-то выгоды для него? Ему ведь расхлёбывать и расхлёбывать то, что он в Сираме настряпал. Нет, все что Вендел делает, связано нес Викейром, хотя, думаю они сохранили дружеские отношения. Многие сбежавшие из гаремов матриархов объединялись, чтобы уничтожить преследователей.
– Что же Вендел придумал? – новоявленный Пятачок горестно уставился на учителя. – Стоп! Это не главное сейчас. У них же всё получилось.
– Это почему же? – вскинулся Роман, не понимая прочему он, психолог, не может этого понять, вспомнил золото и ахнул. – Конечно! Они же бросили всё оборудование.
– А ведь это оборудование было последнее у Викейра, – Магистр сел на колени и долбанулся головой о Землю и застыл. – Или первое? Алкапыв, а как во второй раз посылали оборудование через портал. Сразу или с интервалом?
– Послали шесть машин. Первая было полностью укомплектована собранным оборудованием. В остальных машинах всё везли в упаковках, чтобы на месте собирать, – Алкапыв нахмурился. – Если и был интервал в проходах, то не более получаса.
– Полчаса?! – взвыл Магистр. – Полчаса?! Да ты знаешь, что там это превратилось в месяцы и тысячи километров! У них же портал бы сляпан тяп-ляп, нестабильный. О! Портал! Так вот что это… Это не побочка! Ах же они мерзавцы!
Некромант обошёл колодец, Тайгрис подошёл к нему.
– Я помогу, магистр. Я не дам залить горы Ривараха кровью!
Они оба положили руки на Землю и прошептали:
– Лечись!
– Люди скоро совсем уйдут отсюда, и ты залечишь раны, – Тайгрис расчесал руками высокую траву. – Воды станут чистыми.
Подул ветер, но теперь он пах не гарью, а зелёной травой и прелым листом.
– Я прошу, защити! – попросил магистр, и все увидели во внезапно возникшем мареве, как солдат-памятник, державший автомат, поднял его и опустил.
– Класс! – прошептал Роман.
Некромант провёл руками над бездонным колодцем.
– Всё! – колодец исчез, а Магистр просипел. – Давай, ученик, издевайся! Сила прёт.
Пятачок засиял.
– Не будем нарушать традицию и поддержим идею поросят.
– Не получится, названное нельзя использовать, – Магистр показал ему язык.
– Что ты, никаких повторов?! Мультиков много, учитель Бублик.
– Ах, ты-ы-ы!
Анна, которая когда-то смотрела этот мультик, захохотала и упала на траву. Алкапыв вздохнул, глядя, как магистр гоняется с сорванной крапивой за учеником.
– Я всё думаю, почему он такой? – заметил Ларион, грызя травинку. – Тайгрис говорит, что он самый могучий некромант в Ваирине, а теперь надо думать вообще самый сильный маг на планете.
– Он рыцарь! – Исидор печально хмыкнул. – С такими знаниями и мощью, как у него, можно выжить, только если ты в душе мальчишка. Ваирину повезло, что самый могучий некромант – рыцарь. К тому же он защитил всех некромантов, когда настоял на продолжении традиций из Корнуила. Теперь благодаря ему все некроманты гордятся, что находятся на государственной службе. Физики-теоретики из молодняка очень гордятся, что они некроманты. Хотя проблемы мертвого их давно уже не интересуют. Их интересует неживое. Хотя они вплотную занимаются проблемами, о которых на Земле только-только узнали, например о темной материи. Они давно изучают свойства аксиомов, о которых на Земле только-только узнали. На Земле исследователи, погружаясь в проблему перестают наслаждаться миром, объясняя сложностью и тому подобным. Магистр живёт, развивается, становится все более могучим, но все время играет. Физики-теоретики тоже смотрят на мир с улыбкой. Вот так!
– Тогда для него наш Пятачок – это просто подарок судьбы, – Роман наблюдал как Пятачок, вооружившись высохшим стеблем высокого коровяка, отбивается от гильдмастера с воплями «Ага, свинтус, мы тоже не криворукие!». Он покачал головой. – Кстати, как долго это будет продолжаться?
– Как только он придумает куда идти, – Исидор пожал плечами. – Магистр никак не может решить, что делать. Ты же понял, что за портал Вендел сотворил. Доказать ничего не сможем, хотя Вендел преступник и в этом и в том мире.
– Всё равно надо в штаб-квартиру ОСН, – Тайгрис криво усмехнулся. – Нужно же узнать новости и тому подобное? Всё знают только там. Это позволит более точно решить проблему.
– Тогда, наверное, пора, – Анна потянулась. – Тайгрис, а надо всех собрать или домой в эту штаб-квартиру, ты и так нас перенесешь? Может тебе глюкозы дать?
– Обойдусь! – оркен усмехнулся.
Спустя мгновение все озирались, потому что находились в почти обычном земном офисе, за исключением красавца дроу, восседавшего на стуле с задранными на стол ногами. Дроу, выгнув бровь, ухмыльнулся.
– Ну, что у нас плохого? – неординарно приветствовал он их. – Я Джар!
– Приветствуем тебя! – вежливо поклонился Алкапыв.
Каждый землянин воспринял переход по-своему, однако если бывшие особисты особенно не переживали, они были давно знакомы с выходцами из этого мира, то Анна волновалась невероятно. Она, начитавшись фэнтези, представляла себе этот мир, похожим на восточные сказки, или, в крайнем случае, на мир Гарри Поттера. Однако в комнате, в которой стояли шкафы, набитые разноцветными папками и кубками, ничего волшебного не было.
Анна осматривалась, в поисках магических приборов, мётл, наконец, наткнулась на насмешливый взгляд дроу, в почти земной одежде, и смутилась, но быстро очухалась и спросила:
– А как у вас связь осуществляется? Совы какие-нибудь или летучие мыши?
Дроу задумчиво посмотрел на неё и показал на хрустальный огранённый шар, стоявший на столе, потом спросил:
– Все прибыли?
– Иных уж нет, других долечим! – брякнула Анна, более всего она хотела остановиться, но организм, переживая что-то неизведанное, выдал. – Блесни примером! Шар щупать или гладить надо?
Джар ухмыльнулся и проинструктировал любознательную землянку, похожую на мальчишку:
– Тыкать.
Анна наклонилась к шару и столкнулась с дроу. Волосы дроу серебристой волной упали на руки бывшего врача. Анна, никогда не имевшая длинных волос, машинально потрогала его длинные волосы, которые были мягкими и пахли смолой. Она очень смутилась, обнаружив, что перебирает пряди волос, а у дроу глаза вылезли на лоб. Бывший врач нервно отдёрнула руки и покраснела. Спас её Пятачок, который изловчившись, шлёпнул учителем стеблем коровяка, за что подвергся гонению в виде лупцевания крапивой. Пятачок завизжал. Роман захохотал.
Алкапыв, осознав, что это так и будет продолжаться, поклонился.
– Уважаемый, а у вас тут война намечается между дроу и оркенами. Вы знаете, об этом?
– О, как! – дроу поднял брови. – А что это Папазол Пуха гоняет?
– Я отбился! Кстати, у меня новость, так новость! Магистр, за время пребывания на Земле, дважды поменял имя, – сообщил бывший Пух. – Я, как ты понимаешь, его гениальный ученик, ношу теперь гордое имя известное всем землянам по классической литературе, а именно: Пятачок, а магистр стал Бубликом.
– Ха! Не будет ли так любезен, магистр, представить сопровождающих его бойцов? – Джар постучал по столу. – Бублик, надеюсь, у тебя язык не отсох?!
– Пpoсpaлu?! – немедленно заорал Бублик в ответ, вместо представления.
– А где? – Джар опять опустился на стул и хлопнул по жёлтому пятну на хрустальном шаре и предложил всем. – Присаживайтесь, он сейчас долго кричать будет.
Однако Тайгрис остановил всех.
– Риварах. Туда кого-то опасного протащили с Земли.
Нахмурившись, Джар опять хлопнул по шару. Спустя десять минут в комнате было трое орков и пятеро дроу.
– Пpoсpaлu? – холодно осведомился Джар.
Здоровенный орк возмутился.
– Ничего подобного! Всё под контролем, а где пpoсpaлu?
В комнату ворвался встрепанный высокий парень-дорг и заулыбался.
– Привет! Я успел?
Присутствующие в комнате озадаченно переглянулись и уставились на магистра, кроме Анны, у которой организм жил самостоятельной, то есть отдельной от сознания жизнью, и наслаждался лицезрением дроу.
Магистр не разочаровал всех вовремя заданным вопросом:
– А ты откуда узнал?
– У меня свои источники. Вы же из-за климатических аномалий? Я прав? – дорг озабоченно почесал затылок. – Или нет?
– Серёжа! – возопил Джар. – Почему мои узнают позже, чем ты?
«Мои» мрачно отметил организм Анны, и, выпятив челюсть, озверело уставилась на команду Джара. Однако она немедленно сдулась, потому что сознание, подсчитав мышечную массу орков и звериную гибкость дроу, сообщило, чтобы она не выступала, и никакое карате, которым она занималась почти двадцать лет не поможет.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: