Лариса Васильевна, как и все в особняке, тоже посмотрела передачу «Тёрка» по телевизору. Ей Сашка позвонил, сказал, чтобы включила телевизор. Он был уже дома, разогревал себе обед, когда увидел на экране телика сначала Антона Камалова, а потом крупным планом четвёртую жену Аркадия Борисовича. Ну и позвонил всем…, бабушке, матери, отцу, а Серёге скинул сообщение.
Лариса Васильевна после того, как закончилась передача, сразу связалась по телефону с сыном и настояла на том, чтобы Аркадий Борисович позвонил директору школы и обстоятельно поговорил с ней, в двух словах объяснив ему, что может произойти, если он не вмешается.
Сашка сам догадался позвонить двоюродным братьям и объяснить им как стоит вести себя с одноклассниками. Если бы не его звонок, кто знает, что бы произошло и с Марком, и с Ромой.
Лариса Васильевна, поглядывая на часы, ждала возвращения из школы Сони. Она знала, что занятия у неё закончились раньше, чем было начало передачи «Тёрка», поэтому за внучку была спокойна. А вот за внуков она переживала…, по опыту знала, какими жестокими могут быть в школе дети…, да и не только дети…
Пока Соня переодевалась в своей комнате, Лариса Васильевна поговорила с няней Кларой, объяснив, что завтра возможно ждёт их в школе.
- Возможно, ничего не произойдёт, но вы, Кларочка, будьте начеку. Сонечка же не знает, что произошло с её отцом на самом деле…, и что Илоны давно нет в живых, она тоже не знает, мала ещё, - вздохнула Лариса Васильевна.
- Да, мала…, - согласилась с ней няня Клара. – Но, что мне делать? Я считаю надо объясниться с директором..., но у меня нет таких полномочий. Может Ангелине Владимировне позвонить и попросить её? – спросила она.
- Нет, нет. Это лишнее. Аркадий Борисович с утра сам заедет в вашу школу, - ответила Лариса Васильевна.
**** ****
Родители Ангелины вместе с дочерью ещё раз посмотрели передачу «Тёрка». Но в этот раз уже с учётом всех ссылок. Валентина Александровна сидела на диване с серым лицом и, прищурившись, смотрела на дочь.
- Мам, ты чего? Что-то не поняла? Спроси, я объясню…, - Ангелина отключила звук, оставив на экране телевизора только застывшую картинку из интернета.
Владимир Юрьевич, отвернувшись к окну, пытался сформулировать свои вопросы к дочери так, чтобы не обидеть её и не оттолкнуть от себя.
- Что-то не поняла…, - повторила Валентина Александровна за дочерью. – Да, я не понимаю …, мне непонятно…
- Что ты не поняла? Что непонятно? – переспросила Ангелина.
- Гель, я не понимаю. Говорят «скажи, кто твой друг и я скажу, кто ты». Тут утверждают, - она кивнула на экран телевизора, - что Коломенцев Геннадий Евгеньевич друг твоего бывшего мужа. Выходит, он такой же…, - развела руками Валентина Александровна.
- Мам, Хайман крупный бизнесмен. Бизнес обязывает… вращаться в высших кругах. Коломенцев как раз из этого круга, - ответила Ангелина.
- Гель, я понимаю, бизнес обязывает…, но статус жены тоже кое к чему обязывает. Куда ты смотрела? Коломенцев втёрся в доверие Аркадия, когда ты была с ним рядом. Неужели ты…, ты такая опытная, ничего не заметила, а? Не заметила, как он внедрял в доверие к Аркадию свою помощницу, Илону.
- Ой, мам, заметила…, не заметила…, какая теперь разница. Аркадий и тогда и сейчас всегда сам принимает решения, не я, - развела руки Ангелина.
- Ну, да, он же крупный бизнесмен. – поджала губы Валентина Александровна, и на несколько секунд задумалась, а потом продолжила. - Развод – его решение…, Соня учится в московской школе, вместо лондонской, - его решение. То, что ты можешь видеться с дочерью только в выходные дни, он решает, - перечисляла она, загибая пальцы.
- Мать, ты ещё один палец загни…, он решает, сколько денег выплачивать нашей Гельке ежемесячно за то, что Сонечка живет с ним…, - напомнил Владимир Юрьевич.
- Да, ты прав, Володь, об этом я забыла, - Валентина Александровна загнула ещё один палец, посмотрев на супруга.
- Гелька, Гелька, ну и жизнь у тебя…, не жизнь, и даже не малина…, я даже не знаю каким словом охарактеризовать её. Разве мы тебя этому учили? – укоризненно смотрел отец на дочь и качал головой.
- Да, ладно, вам…, живу как могу…
- И долго так жить собираешься? Сонька вырастет…, содержание закончится…, ты превратишься в старуху,– перечислял Владимир Юрьевич и смотрел в глаза дочери.
- Угу, ни мужа рядом, ни достойной работы. Живёшь одним днём. О будущем не думаешь. Мы с отцом на пенсию выйдем. Мы-то проживём, а вот ты кому нужна будешь, такая, - качала головой Валентина Александровна.
Ангелина смотрела то на отца, то на мать и молчала, покусывая нижнюю губу.
- Пора дочь, тебе о себе подумать…, пора. А нам с матерью пора домой. Погостили…, внучку увидели, и… - Владимир Юрьевич хотел сказать ещё что-то, но Ангелина его перебила.
- И когда вы собрались домой? – спросила она.
- Да завтра…, завтра и поедем…, что откладывать-то, - ответила за отца мать.
**** ****
Прошёл месяц. Лариса Васильевна уехала в свой родной провинциальный город. На смену ей в особняк приехали Владимир и Тамара. Бабушку в этот раз провожали все с грустными лицами. Соня даже разрыдалась, прощаясь с ней вечером. Конечно, она думала, прежде всего, о себе…, боялась, что с няней Кларой учить уроки ей будет труднее.
- Сонечка, не плачь, я же уезжаю не навечно…, я приеду, - утешала внучку Лариса Васильевна, и гладила её старческой рукой по волосам. – А пока вместо меня здесь с вами вечерами будут тётя Тамара и дядя Володя. Если возникнут трудности с уроками, они подскажут и тебе и твоим братьям.
Марк и Рома обещали бабушке быть с ней на связи, звонить и слать сообщения. А бабушка, в свою очередь обещала прислать им домашних компотов и варенья…
В общем, жизнь в особняке поменялась снова. Теперь уже Тамара вечерами беседовала с племянниками и проверяла домашние задания у Сони.
Владимир и Аркадий после ужина уходили в кабинет и засиживались там допоздна.
Чем они там занимались, никто не знал. Правда Владимир, спустя несколько дней признался Тамаре, что он не просто так сидит в кабинете брата, а работает, делает расчёты к проекту.
- Ну, я должен же заплатить за обследование. Тех денег, которые у нас с тобой есть, слишком мало. Я видел пролонгированный Сухоруковым договор с клиникой…, и перечисленный холдингом авансовый платёж тоже видел. Мне его Аркадий показал. В общем, я решил немного поработать…
- Ладно, Володь, как знаешь, только прошу тебя, пожалуйста, не перегружайся.
- Не волнуйся, я Аркадию обещал, что ночами работать не буду, - успокоил супругу Владимир.
Каждое утро Владимир и Тамара уезжали в платную клинику. В клинике все процедуры и осмотры проводили в присутствии Тамары. Это было условием Владимира. Владимир не доверял врачам, боялся, что его снова начнут пичкать лекарствами под видом того, что это необходимо для проведения обследования. Тамара со своей стороны вежливо просила лаборантов и врачей, чтобы ей объяснили, как будет проходить обследование на том, или ином устройстве…, приборе…, агрегате…, и какой результат считается нормой. Конечно же, ей объясняли всё в присутствии Владимира. А он слушал, и всё запоминал.
О том, что у Владимира хорошая память врачи знали, но что память у него феноменальная, они не предполагали.
Владимир, привыкший много читать, не тратил время даром. В машине, по дороге из клиники в особняк…, в особняке, в гостевой комнате, или в гостиной, до приезда из холдинга Аркадия Борисовича, он в интернете изучал инструкции работы приборов и агрегатов, но которых проводилось его обследование.
В общем, спустя неделю состоялся консилиум нейрохирургов, на который приехал и Воронин Александр Иванович.
Владимир с Тамарой сидели на диване в холле, когда там появился Воронин. Он сразу узнал нейрохирурга из районной больницы. Он встал с дивана подошёл к остановившемуся у окна Воронину. Мужчины поздоровались, разговорились. Владимир поинтересовался, самочувствием няни Раи, попросил передать привет врачам, медсёстрам, нянечкам и сказать, что Иван Непомнящий помнит о них и вспоминает с огромной благодарностью.
- Неужели помните? – изумился Воронин.
- Александр Иванович, я помню всё, что произошло со мной после комы, могу даже рассказать, про наш с вами первый разговор, когда я…, ну вы сами, наверное, помните, я не смог назвать своего имени.
- Да, да, я тоже помню, как вы были тогда расстроены, - сказал Воронин. – А сейчас, память вернулась? – поинтересовался он.
- Да как вам сказать…, сказать, что память вернулась, я не могу. Да я вспоминаю что-то, но это происходит не тогда, когда я хочу вспомнить. В общем, всё так запутано и сложно. Для меня легче выучить, чем вспомнить, - признался Владимир.
- Выучить? Что, например?- изумился такому признанию Александр Иванович.
- Ну, например, я выяснил, какое у меня образование и кем я работал прежде. Конечно, я не вспомнил ничего из того, что я когда-то учил. Я открыл учебники, пролистал их, и теперь работаю на прежнем месте с новыми знаниями. Шеф доволен.
- Вы работаете?
- Да. Нужно же на что-то жить. Я не Хайман, не миллиардер. У меня семья…, двое детей, одна жена и мать.
- Хм…, я смотрел вашу больничную карту. Там в заключении сказано, что память к вам вернулась полностью, - покачал головой Воронин.
- Нет, не вернулась. Со мной работали специалисты, внушили, что я Хайман Аркадий Борисович. А поверил, но как не пытался хоть что-нибудь вспомнить из жизни миллиардера, ничего не вспомнил. В общем, я выучил, как актёр учит роль, прошлую жизнь Аркадия Борисовича. Не всю, конечно, а только то, что мне показали. И этого оказалось достаточно, чтобы окружающие поверили, что я и есть Аркадий Борисович. И я тоже верил, что я Хайман.
- Но ваша жена…, четвёртая жена Хаймана не поверила. Вы где-то прокололись? – спросил Воронин.
- Нет, не прокололся, у неё были свои причины не верить. Но передача «Тёрка» помогла моим родным найти меня. Моя мать, супруга и сын приехали за мной в особняк.
- И вы сразу их узнали?
- Неееа, - покачал головой Владимир. - Даже появление в особняке настоящего Хаймана не поколебало моей уверенности. Вот насколько можно вбить себе в голову, что ты другой человек.
- Но сейчас-то вы вспомнили, кто вы на самом деле…
- Ооо, от Хаймановской жизни я отвыкал долго.
Владимир подробно рассказал нейрохирургу, что с ним творилось первое время дома. Рассказал, как он боялся, да и сейчас боится, что воспоминания прошлого полностью перечеркнут то, что он узнал после комы…, что исчезнут его развитые навыки.
- Ну, на консилиуме мы посмотрим, результаты обследований, и сделаем заключение.
- Сделаете заключение…, - вздохнул Владимир. - И оно снова будет не точным.
- Почему вы так считаете? – спросил Воронин.
- По неточным анализам точного диагноза не поставишь…, - ответил Владимир.
Воронин посмотрел на свои часы.
- Мне пора, все уже собрались. Вас вызовут, чтобы объявить заключение - сказал он и скрылся за дверью кабинета.
Владимир вернулся к Тамаре, сел на диван и, откинувшись на спинку, вытянул ноги.
- Я узнала его. Это же врач, который лечил тебя в районной больнице, да? – спросила Тамара.
- Да, Воронин Александр Иванович, - кивнул Владимир.