На прошлой неделе в офисе borevich.agency° мы играли в бизнес-игру про управление и социальные конфликты. Я очень люблю игровые механики, потому что ничто так как игры не позволяет прожить десятки сложных ситуаций за несколько часов.
В этот раз трое менеджеров должны были руками четверых строителей с завязанными глазами собрать башню. В итоге за три раунда в башне — только первые 2 этажа вместо 6. И это не потому, что менеджеры плохие или строители ленивые. А потому, что в игре начала разворачиваться сложная система отношений.
В перерывах между трехминутными раундами, пока менеджеры менялись, я как ведущий строителям задавал неудобные вопросы, которые в реальной жизни часто задают друзья, семья и родственники. Вам точно заплатят? Договор есть? Почему один работает, а трое получают столько же?
После этого никто башню не строил. Строители требовали гарантий, потом чокопайки за каждый кубик, потом пощупать чокопайки авансом. Менеджер третьего раунда вместо башни носил им эти чокопайки, чтобы они их потрогали. Время закончилось на переговорах об условиях работы.
Всё это очень похоже на реальные ситуации, где клиент и агентство два месяца согласовывают формальные подходы вместо запуска. И не приходят ни к какому результату.
Я себе забрал в качестве выводов:
Все играют в разные игры. Менеджер думает про башню, строитель — про деньги. Клиент — про рентабельность, агентство — про затраты и доход. Это нормально. Ненормально — делать вид, что игра одна.
Общество влияет на команду сильнее, чем руководитель. Три вопроса от подруги за ужином могут обнулить день работы руководителя. Если вы не разговариваете с командой на сложные темы, об этом точно разговаривает кто-то другой.
Управление — деятельность над деятельностью, как сказал Щедровицкий. Когда менеджер сам кладёт кубики, он перестаёт управлять. Строители кладут кирпичи, но результат этой работы никому не нужен, потому что никто не знает цель этой стройки.
