— Ты должна переписать участок на Никиту, — заявила Екатерина Петровна, бесцеремонно отодвигая в сторону запотевший кувшин с прохладным ягодным морсом. — Отдай моему сыну, у тебя всё равно нет детей! Svetlana замерла, ощущая ладонями прохладную, влажную глину кувшина.
Олег Петрович, её муж, в этот момент с предельным вниманием изучал мелкую царапину на кухонном столе. Он виртуозно умел притворяться частью деревянного гарнитура, когда его сестру накрывала очередная волна непреодолимого желания восстановить мифическую справедливость. Светлана медленно выдохнула, стараясь удержать на лице вежливую улыбку.
Екатерина Петровна тем временем вальяжно устроилась в плетёном кресле, которое Светлана лично ошкуривала и покрывала лаком прошлым летом. Её хищный взгляд уже вовсю сканировал ровные, ухоженные ряды клубники за открытым окном веранды. Там, под лучами полуденного солнца, наливались соком огромные, глянцевые ягоды редкого десертного сорта.
— Никитке уже двадцать два года, ему необходимо личное пространство для саморазвития и общения с приличными людьми, — продолжала золовка, постукивая ладонью по столу. — А вы тут только спины гробите ради мешка картошки и ведра огурцов. Какой в этом практический смысл, если вам даже некому передать это наследство?
Светлана посмотрела на свои ладони, огрубевшие от постоянной заботы о любимом саде. Каждая веточка на этих шести сотках была посажена её руками, а каждый декоративный камень для дорожек она везла из питомника на собственной машине. Отдавать плоды многолетнего кропотливого труда ленивому племяннику мужа она категорически не собиралась.
— Земля требует ежедневного ухода и тяжёлого физического труда, Катя, — спокойно возразила Светлана, расправляя складки на льняной скатерти. — Никита ведь за всю свою жизнь даже комнатный цветок ни разу не полил. Как он собирается управлять целым загородным хозяйством без малейшего опыта?
Золовка пренебрежительно фыркнула, поправляя на плечах шёлковый платок с вычурным узором. По её авторитетному мнению, дачная жизнь состояла исключительно из красивых фотографий на фоне цветов и вечернего отдыха на свежем воздухе. Она искренне верила, что все овощи и ягоды растут сами по себе, повинуясь исключительно законам природы.
— Не нужно строить из себя великих академиков садоводства, — отмахнулась Екатерина Петровна, высокомерно вскинув подбородок. — Мальчик будет просто культурно отдыхать, а Олег может по выходным приезжать и помогать ему с тяжёлыми работами. В конце концов, Олегу при разделе родительского наследства досталась просторная квартира, так что дача по всем законам совести должна принадлежать моей семье.
Олег Петрович негромко кашлянул, безуспешно пытаясь привлечь внимание сестры, но та лишь отмахнулась от его робкого звука. Светлана почувствовала, как внутри закипает праведное возмущение, но внешне осталась абсолютно невозмутимой. В её голове мгновенно созрел изящный план, который обещал превратиться в незабываемый урок для наглых родственников.
— Хорошо, давай проверим его способности на практике, — произнесла Светлана, заставив мужа удивлённо приоткрыть рот. — Пусть Никита приедет сюда на две недели и докажет, что способен самостоятельно содержать этот участок в порядке. Если он успешно справится со всеми повседневными делами, мы без лишних споров оформим на него дарственную.
Екатерина Петровна просияла, её лицо мгновенно разгладилось, а в глазах вспыхнул победный огонёк. Она уже мысленно видела себя хозяйкой этого цветущего рая, где можно бесплатно брать экологически чистые продукты. Золовка поспешно закивала, торопливо соглашаясь на предложенные условия эксперимента.
— Вот это я понимаю — конструктивный разговор умных родственников! — воскликнула она, торопливо поднимаясь со своего места. — Никита приедет в понедельник первым утренним автобусом, подготовь ему фронт работ. Только не вздумай давать ему непосильные задания, у мальчика очень хрупкое здоровье.
После её ухода по веранде разнёсся лишь монотонный, привычный гул старого дачного холодильника. Муж виновато посмотрел на Светлану, перебирая пальцами связку ключей от садового сарая.
— Светик, ты ведь это несерьёзно придумала? — негромко спросил он, с опаской глядя на жену. — Никита не отличит обычную петрушку от ядовитого сорняка, он сбежит отсюда на второй день. Зачем нам устраивать этот цирк на глазах у всех соседей?
— Я просто хочу провести наглядный сеанс трудотерапии для твоего любимого племянника, — с улыбкой ответила Светлана. — Наш дорогой Никитушка познает все прелести загородного отдыха во всей их красе. Главное — не мешай мне, соглашайся со всеми моими словами и подыгрывай при любом удобном случае.
Вечером того же дня Светлана отправилась на соседний участок к Валерию Семёновичу. Сосед был бывшим военным инженером на пенсии, который разводил редкую породу индийских бегунов — невероятно активных и шумных уток, передвигавшихся строго в вертикальном положении. Валерий Семёнович обожал всяческие тактические схемы и нестандартные инженерные решения в огородных делах.
Выслушав коварную задумку соседки, пенсионер пришёл в полный восторг и вызвался стать главным координатором процесса. Он давно мечтал проучить заносчивую Екатерину Петровну, которая регулярно жаловалась председателю кооператива на громкое кряканье его пернатых подопечных. Соседи заговорщически пожали друг другу руки, предвкушая начало весёлого дачного сезона.
В понедельник утром у ворот участка притормозило такси, из которого нехотя выбрался Никита. На парне были надеты белоснежные кроссовки на огромной подошве, дизайнерские шорты и огромные беспроводные наушники. В руках он держал лишь небольшой рюкзак и стильный металлический термос с ледяной водой.
Светлана встретила его на крыльце веранды, держа в руках толстый блокнот в массивном кожаном переплете. Она выглядела предельно сурово и деловито, что сразу вызвало у парня лёгкое замешательство. Её строгий вид никак не вязался с образом доброй тётушки, готовой кормить племянника спелыми ягодами.
— Добро пожаловать в суровый мир загородного хозяйства, Никита, — торжественно произнесла Светлана, протягивая ему огромные резиновые сапоги сорок пятого размера. — Вот свод обязательных правил нашего дачного кооператива, утверждённый общим собранием жильцов. Нарушение любого пункта ведёт к немедленному аннулированию договора о передаче земли.
Никита взял блокнот, с опаской разглядывая пожелтевшие страницы, исписанные мелким почерком. Его глаза округлились, когда он дошёл до раздела о ежедневной утренней гигиене растений. Первым пунктом там значился ручной сбор росы с каждого листа сортовой клубники до наступления жары.
— Тёть Свет, вы серьёзно хотите, чтобы я протирал листья салфетками? — пробормотал парень, брезгливо разглядывая огромные сапоги. — Мама говорила, что я буду просто охранять дом и иногда загорать на газоне. Какие ещё салфетки в двадцать первом веке?
— Клубника этого сорта невероятно капризна, от избытка утренней влаги её нежные плоды могут мгновенно сгнить, — строго отрезала Светлана. — Если урожай пропадёт, правление выставит нам огромный штраф за порчу коллекционного фонда. Так что переодевайся, твой первый рабочий день официально начался.
Первым серьёзным испытанием для изнеженного городского жителя стала тотальная прополка дальнего малинника. Светлана категорически запретила использовать современные перчатки, сославшись на то, что ткань повреждает чувствительную корневую систему растений. Никита с тихими стонами выдергивал цепкие стебли дикой крапивы, то и дело ойкая от жгучих уколов.
К полудню солнце припекало не на шутку, а модная причёска парня превратилась в хаотичный мокрый ком. Он с вожделением посматривал в сторону тенистого навеса, но Светлана бдительно контролировала процесс из окна. В этот самый момент у забора возник Валерий Семёнович в ярко-жёлтом спасательном жилете и строительной каске.
— Внимание, объявляется экстренная профилактика грунта от нашествия подземных вредителей! — зычно прокричал сосед, размахивая старым жестяным опрыскивателем. — Согласно параграфу номер три дачного устава, помощник обязан лично разнести питательную смесь по периметру. Состав полностью натуральный, хотя аромат у него весьма специфический!
Питательная смесь представляла собой густой настой перебродивших сорняков и свежего птичьего помёта, который благоухал на всю округу. Никиту едва не вывернуло наизнанку, когда Валерий Семёнович вручил ему тяжёлое ведро с этой темной, липкой жижей. Парню пришлось аккуратно разливать её под каждый куст под бдительным присмотром соседа.
— Да от этого запаха можно сознание потерять, у меня уже перед глазами всё плывёт! — взмолился Никита, пытаясь отойти на безопасное расстояние от ведра. — Давайте я лучше завтра продолжу, когда погода станет прохладнее.
— Вредители не уходят на обед и не ждут прохлады, молодой человек! — сурово оборвал его Валерий Семёнович, подбадривая парня громкими свистками в армейский свисток. — Если упустим время, вся популяция переместится на мои владения, и тогда разговор будет совсем другим. Работай энергичнее, земля любит быстрых и решительных людей!
Для усиления комедийного эффекта сосед выпустил на грядки свою тактическую группу индийских бегунов. Пять высоких, плотных уток с невероятной скоростью носились вокруг Никиты, громко крякая и периодически пощипывая его за щиколотки. Парень с криками метался между рядами посадок, безуспешно пытаясь увернуться от пернатого спецназа.
К вечеру первого дня Никита напоминал человека, перенесшего затяжное и крайне неудачное путешествие по диким джунглям. Его брендовая одежда была покрыта тёмными разводами грязи, а на ногах красовались огромные водяные мозоли. Он без сил растянулся на деревянной скамейке у крыльца, тупо глядя на свои покрасневшие ладони.
Светлана вынесла ему большой стакан холодного яблочного компота, который показался измученному племяннику божественным нектаром. Она ласково потрепала его по взъерошенной макушке, мысленно отмечая, что спесь из парня испаряется гораздо быстрее, чем ожидалось. Однако снижать обороты своего воспитательного процесса она не планировала.
— Завтра на рассвете у нас по плану глубокая очистка дренажного колодца от ила, — бодро провозгласила Светлана, перелистывая страницу своего страшного блокнота. — Работа весёлая, развивает координацию движений и укрепляет мышцы спины. Тебе обязательно понравится доставать ведром донные отложения, они очень мягкие и пластичные.
Никита лишь тихо застонал в ответ, утыкаясь лицом в сложенные колени. Ночью ему снились гигантские утки, которые маршировали строем под его окном и требовали немедленно переписать на них всю городскую недвижимость его матери. Парень проснулся в пять часов утра от оглушительного стука Валерия Семёновича по старому ведру.
— Подъём, юный аграрий, солнце уже высоко, пора собирать колорадского жука вручную! — весело гремел сосед под окном его комнаты. — Вредители вышли на тропу пропитания, медлить нельзя ни минуты. Твоя тётя уже приготовила специальную банку с солёной водой для сбора жуков!
Второй день превратился для Никиты в бесконечный кошмар, состоящий из ползания на коленях между кустами картофеля и таскания неподъёмных вёдер с водой. Светлана уверяла его, что колодезная вода слишком холодная для нежных корней огурцов, поэтому её нужно носить вручную из дальнего лесного ручья. Парень чувствовал, как его плечи наливаются свинцовой тяжестью, а каждый шаг отдаётся тупой болью в спине.
Для оптимизации процесса Никита попытался использовать специальное мобильное приложение для распознавания сорных растений. Он долго сканировал камерой телефона пушистый зелёный кустик, который программа уверенно определила как редкую целебную мяту. Парень с гордостью оставил его нетронутым, аккуратно выдернув вокруг него всю сортовую петрушку, которую приложение сочло опасным сорняком.
Когда Светлана увидела результаты этой высокотехнологичной прополки, её вежливая улыбка едва не дрогнула. Вместо пышной грядки зелени на земле сиротливо высился огромный, колючий куст дикого чертополоха. Олег Петрович, наблюдавший за этой сценой из окна сарая, поспешно скрылся в глубине помещения, чтобы не выдать свой безудержный смех.
В среду днём на дачу без предупреждения приехала Екатерина Петровна, горевшая желанием посмотреть, как её любимый сын осваивает будущие владения. Она величественно шествовала по тропинке, рассчитывая увидеть Никиту в шезлонге со стаканом прохладного напитка в руках. Однако представшая перед её глазами картина заставила золовку застыть на месте с открытым ртом.
Её единственный сын, одетый в безразмерную старую рубаху Олега Петровича, стоял по колено в грязной жиже около огромной навозной кучи. Он уныло ковырял вилами солому, а вокруг него плотным кольцом стояли утки Валерия Семёновича, преданно заглядывая парню в рот в ожидании свежих червей. Лицо Никиты было густо измазано чернозёмом, а на голове красовалась нелепая панама из газеты.
— Никиточка, радость моя, что здесь происходит? — в ужасе завопила Екатерина Петровна, роняя на дорожку свою дорогую сумочку. — Светлана, ты совершенно потеряла разум, зачем ты устроила этот концлагерь для моего ребёнка?
Светлана спокойно вышла из теплицы, держа в руках корзину с крупной, спелой клубникой. Её движения были неторопливыми и плавными, а лицо выражало абсолютное спокойствие человека, уверенного в своей правоте. Она протянула золовке самую крупную ягоду, на которой ещё блестели капли чистой воды.
— Твой сын проходит обязательный испытательный срок для получения права собственности, Катя, — ровным, бархатным голосом произнесла Светлана. — Земля не терпит лени и пустых разговоров, о чём я тебя честно предупреждала перед началом нашего эксперимента. Никита делает просто поразительные успехи, сегодня он без единой слезы очистил целую грядку от сорняков.
Екатерина Петровна бросилась к сыну, пытаясь отобрать у него грязные вилы, но парень лишь устало отмахнулся от её опеки. В его глазах больше не было прежней заносчивости и высокомерия, там читалось лишь одно страстное желание оказаться как можно дальше от этого цветущего ада. Он посмотрел на мать взглядом, в котором отражалась вся глубина его страданий.
— Мама, забери меня отсюда немедленно, я больше не выдержу ни одной секунды! — жалобно захныкал Никита, размазывая грязь по лицу. — Тут утки Валеры преследуют меня даже в душе, а тётя Света заставляет меня собирать росу вручную и таскать воду из леса. Мне не нужна эта дача, я готов всю жизнь просидеть в душном офисе, только увези меня домой!
Золовка резко повернулась к Светлане, её лицо пошло красными пятнами от бессильной ярости, а дыхание стало прерывистым и тяжёлым. Она поняла, что её хитрый план по захвату готового загородного курорта полностью провалился благодаря коварной изобретательности родственников. Екатерина Петровна попыталась найти поддержку у брата, который как раз выходил из гаража с гаечным ключом в руке.
— Олег, ты только посмотри, в какого монстра твоя жена превратила моего мальчика! — закричала она, потрясая кулаками в воздухе. — Он же бледный, у него наверняка поднялась температура от этих варварских нагрузок. Ты должен немедленно прекратить это издевательство над родной кровью!
Олег Петрович остановился, внимательно осмотрел измазанного племянника, затем перевёл взгляд на разгневанную сестру и спокойно выпрямил спину. Он неторопливо положил инструмент на верстак, демонстрируя редкую для него твёрдость характера. Светлана с гордостью наблюдала за мужем, зная, что в этот момент решается судьба их семейного покоя.
— Катя, парень сам согласился на эти условия, никто его на цепь у колодца не сажал, — твёрдо произнес Олег Петрович. — Если Никита хочет быть единоличным хозяином этой земли, он обязан уметь ухаживать за ней своими руками. Мы со Светланой больше не планируем работать на твои интересы, у нас есть свои планы на эту дачу.
Этот неожиданный ответ стал для Екатерины Петровны сокрушительным ударом, ведь раньше брат всегда уступал её давлению ради сохранения семейного мира. Она осознала, что их монолитный союз со Светланой невозможно разрушить никакими манипуляциями и упрёками. Золовка злобно прищурилась, поспешно поднимая с земли свою испачканную сумку.
— Да подавитесь вы своей землёй, своими грядками и своими безумными птицами! — яростно выкрикнула она, хватая упирающегося сына за грязный рукав рубахи. — Ноги нашей больше здесь не будет, живите тут сами со своими сумасшедшими соседями. Пойдём отсюда, Никита, пусть они сами копаются в своём навозе!
Никита с радостным облегчением швырнул вилы прямо в кучу перегноя и бросился к выходу, даже не пытаясь переобуться в свои модные кроссовки. Екатерина Петровна семенила следом за ним на своих высоких каблуках, постоянно оступаясь на неровной грунтовой тропинке. Их стремительное бегство сопровождалось триумфальным, оглушительным кряканьем утиной банды Валерия Семёновича.
Светлана проводила их спокойным взглядом, ощущая, как приятный летний ветерок шевелит листву над её головой. Она подошла к деревянной калитке и с приятным щелчком закрыла её на прочный засов, ставя окончательную точку в этой истории. На дорожке показалась довольная физиономия Валерия Семёновича, бережно несущего в руках глиняную банку со свежим мёдом.
— Операция по выдворению незваных гостей завершена с полным успехом и нулевыми потерями! — весело отрапортовал сосед. — Предлагаю провести праздничное чаепитие на веранде, я как раз принёс свежий липовый мёд со своей пасеки и заварил отличный сбор из душицы.
Светлана с радостью согласилась и поспешила в дом, чтобы достать красивую глиняную посуду для вечернего застолья. На душе у неё было легко и безмятежно, ведь её любимый сад остался под её надёжной защитой. Она провела пальцами по тёплой деревянной столешнице веранды, чувствуя себя полноправной хозяйкой своей жизни.
Олег Петрович зашёл на веранду, неся охапку ароматных дров для печи, и нежно обнял жену за плечи. Они сели у открытого окна, наслаждаясь вкусом спелой клубники и слушая далёкий, мерный шум электричек. Справедливость всегда торжествует там, где люди умеют постоять за свой покой и защитить свой маленький мир.