Излишне напоминать образованному человеку, кем был Михаил Васильевич Ломоносов (1711 – 1765 гг.). Но мало ли что бывает...
Да-да, это тот самый первый русский учёный-естествоиспытатель мирового значения, человек энциклопедических знаний, разносторонних интересов и блестящих способностей, один из основоположников физической химии, поэт, заложивший основы современного русского литературного языка, художник, историк, поборник отечественного просвещения и развития самостоятельной русской науки. Имел чин статского советника, учёное звание профессора химии, являлся действительным членом Санкт-Петербургской Императорской академии наук, почётным членом Петербургской Академии художеств, почётным членом Королевской Шведской и Болонской академий наук.
Естественно полагать, что память о таком человеке должна быть увековечена. Во многих городах России и не только установлены памятники и памятные знаки М.В. Ломоносову. Есть они в Москве, Санкт-Петербурге, Архангельске, Ижевске, Краснодаре, Ростове-на-Дону, Северодвинске, Днепре и других городах.
Но, какой из них был самым первым, за исключением надгробия на месте захоронения Ломоносова, выполненного Якобом Штелином и мастером Франческо Медико и установленного в 1767 году на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры в Санкт-Петербурге?
Многие считают, что первый в России памятник великому учёному, уроженцу деревни Мишанинской Куростровской волости Двинского уезда Архангельской губернии (ныне село Ломоносово Холмогорского района Архангельской области) находится в Архангельске. Но это не совсем верно.
Действительно, скульптурная композиция, посвящённая Ломоносову, была создана в 1828 году известным скульптором Иваном Мартосом (1754 – 1835 гг.), автором памятника Минину и Пожарскому в Москве и герцогу Ришелье в Одессе. В том же году скульптура была доставлена из Санкт-Петербурга в Архангельск. 25 июня 1832 года состоялось торжественное открытие памятника вблизи Троицкого собора. С установкой памятника прилегающая территория стала называться Ломоносовским лугом. На этом месте памятник простоял тридцать пять лет, а затем по ходатайству горожан был перенесён на Троицкий проспект и установлен напротив входа в здание Губернских присутственных мест. Затем памятник Ломоносову перемещался ещё дважды. В 1930 году памятник был установлен у здания Архангельского лесотехнического института (в настоящее время – Северный (Арктический) федеральный университет имени М.В. Ломоносова).
Однако, в конце XVIII века на родине Ломоносова, произошло событие, напрямую связанное с именем знаменитого учёного.
В августе 1791 года селяне деревни Болото, что на Курострове (прим. – остров в Холмогорском районе Архангельской области), были немало удивлены, когда пожаловали к ним, переправившись через Двину, сам холмогорский городничий Захар Захарович Бендцон, почтмейстер Яков Ребендер и с ними никому не ведомый, а стало быть, приезжий человек, в мундире секунд-майора (младший штаб-офицерский чин в Армии Петра I и Русской императорской армии в XVIII веке). Вслед начальству несколько мужиков и слуг несли чудную островерхую деревянную тумбу, крашенную белым и поверх размалёванную черными фигурами и надписями.
Прошествовав по деревне, высокие гости вновь свернули к реке, долго топтались над обрывом по огороду Андрюхи Шубнова, который был тут же и, поминутно кланяясь, суетливо говорил что-то, указывая на пустое, посреди огорода, место. Затем, на том самом указанном месте, приехавшие с начальством люди вколотили несколько свай и укрепили на них привезённую тумбу. Кликнутый с села поп отслужил молебен, гости постояли ещё немного, вокруг установленного памятника, и отбыли восвояси.
Тем же вечером проезжий секунд-майор записал в своём путевом дневнике: «...Ездил я с городничим и почтмейстером на то место, где родился Михайло Ломоносов, и любопытствовал, не увижу ль каких отменных на нём знаков, но не нашёл ничего. Опусташённое сие, совсем лежащее печально место... принадлежит ныне живущему, казённого ведомства крестьянину, Андрею Михайловичу Шубнову, стоит на крутом береге среди строенья деревни Курострова, лицом на юго-запад... Положение окрестности сей деревни обширно и величественно... На том месте просил я господина городничего поставить мною сделанный монумент, с нарисованною картушкою (прим. – диск или кольцо в компасе с делениями, который помогает ориентироваться по сторонам света) и надписями... Он просто сделан из досок и укреплён к земле... на некотором возвышении; невысокую его и четвероугольную остроту поддерживает пятичетвертной куб; высота всего памятника имеет четыре аршина (прим. – около трех метров). Он выкрашен белою краскою; на 8-ми же его сторонах по нумерам подписано и нарисовано чёрною краскою следующее:
1) На косяке в верху – Аллегорическая нарисованная картушка с изображением венка финикового и лаврового, кадуций (прим. – жезл, обвитый двумя обращёнными друг на друга змеями) с крылами, две трубы, лира Аполлонова, глобусы, квадрант, колбы, телескоп, карта и книги. На остроте обелиска змея, означающая вечность.
2) В верху на косяке – На сём месте родился Михайло Васильевич Ломоносов, статский советник, Императорской Санкт-Петербургской Академии Наук профессор, Стокгольмской и Болонской Академий член, 1711 году, а умер в Санкт-Петербурге в 1765 году, апреля 15 числа. Тело его предано земле в Александро-Невском монастыре...
3) На косяке в верху – Сей слабейший и маловажный памятник, в знак своего высокопочитания, воздвиг проезжающий из Санкт-Петербурга и возвращающийся туда же, секунд-майор Пётр Челищев, не имея ни времени, ни способов возставить достойное и лучшее здание сему великому мужу. 1791 года, августа 29 числа.
4) На четвёртом косяке было начертано известное стихотворение ученика Ломоносова Поповского, заканчивающееся строками: «...Открыл натуры храм богатым словом Россов, Пример их остроты в науках Ломоносов».
5) На тумбе под первым косяком картуш – на горке, представляющей его могилу, стоят два щита, на одном герб М.В. Ломоносова, на другом его вензель; по сторонам две пальмы, составляющие листвием своим сень и венок; в боку заходящее солнце, в другом боку луна и несколько звёзд в облаках тучных и мрачных; на щитах сидит ночная птица сова, покрывающая их своими крылами».
На противоположной стороне тумбы – большая стихотворная эпитафия самого Челищева, посвящённая Ломоносову и его гению.
Так кто же был этот Пётр Челищев, создавший и поставивший первый памятник Ломоносову, сделавший первую попытку увековечить место рождения великого помора?
Все приведённые выше сведения взяты из ныне редчайшей и забытой книги, изданной много лет назад тиражом всего лишь 600 экземпляров. История её такова – в 1883 году один из учредителей Общества любителей древней письменности граф С.Д. Шереметев приобрёл в Москве, по случаю, большого формата рукопись на 360 листах, писанную рукою писца с многочисленными авторскими вставками и пометами. Заголовок её гласил, что это дневник путешествия по северной России 1791 года. Автор не указывался, но из текста явствовало, что им был отставной секунд-майор Пётр Иванович Челищев. Далее рукопись была подготовлена к печати и издана под наблюдением известного историка литературы, библиографа и этнографа Леонида Николаевича Майкова (1839 – 1900 гг.).
Из его предисловия к дневнику путешествия становится известно, что П.И. Челищев родился в 1745 году, в небогатой дворянской семье. Вместе с А.Н. Радищевым обучался в пажеском корпусе и с ним же, в числе других двенадцати воспитанников, был отправлен за границу для занятий в лейпцигском университете.
«О службе Челищева по возвращении в Россию ничего почти не известно. Во всяком случае, видного служебного положения он не успел приобрести и в 1790 году был уже в отставке. Когда в июле этого года поднялась тревога по поводу изданного Радищевым «Путешествия из Петербурга в Москву», императрица Екатерина II возымела подозрения, что Челищев принимал участие в сочинении и печатании этой книги. Очевидно, что Челищев был на дурном счету при дворе».
Может быть, эти события и послужили поводом к предпринятому им в начале 1791 года путешествию по северу России, из которого он вернулся лишь в декабре месяце. Путешествовал он один, за свой счёт, в сопровождении лишь нескольких слуг, и всю дорогу делал записи, которые «представляют черезвычайно богатый материал для изучения народной жизни русского севера в конце XVIII века и, вместе с тем, свидетельствуют, что автор их был человек светлого ума, дельного образования и благородного, независимого образа мыслей».
В подтверждение этих слов Майкова, а также его замечания о возможном причастии Челищева к изданию радищевского «Путешествия» свидетельствует выдержка из дневника, где Челищев обращается к верховным пастырям церкви: «Скажите мне, раскормленные питомцы роскошью и праздностью, как можете вы пышными знаками почестей украшаться монархов ваших, их обременять неумолкающими и усиленными требованиями то чинов, то знаков, то денег, то вотчин, когда под игом вашего нерачения загнанная истина молчит, невинность стонет, все степени страждут, никто не находит своего права, а вы, беспечные тунеядцы, величаясь, напрасно просыпаете неподобный век во вредном вашем для всех изобилии...». Неудивительно, что при таких мыслях и взглядах приготовленная к печати самим Челищевым рукопись его путешествия не могла быть издана при жизни автора. Затерянной пролежала она без малого целый век, пока мизерным тиражом не увидела свет в 1886 году, да и то, вероятно, благодаря влиянию и богатству такого мецената, каким был граф С.Д. Шереметев.
Возвращаясь к записям, сделанными Челищевым в Холмогорах, следует добавить, что упомянутый им крестьянин Андрей Шубнов приходился братом (прим. – вероятно, двоюродным) талантливому скульптору XVIII века, академику Федоту Ивановичу Шубину – сыну первого учителя Ломоносова, его односельчанина Ивана Шубнова (или Шубина).
Далее Челищев пишет, что в соседнем селе в то время ещё жила родная сестра Ломоносова крестьянка Мария Васильевна Головина, мать Михаила Евсеевича Головина (1756 – 1790 гг.), профессора математики, члена Санкт-Петербургской Академии наук. Всё это ещё раз свидетельствует о достоверности приводимых Челищевым сведений.
Умер П.И. Челищев в Петербурге в 1811 году и похоронен на кладбище Александро-Невской лавры. Время не пощадило установленный им на Курострове памятник Ломоносову. Побывавший в Холмогорах в 1856 году известный этнограф С.В. Максимов так писал о своих тщетных поисках места, где стоял дом Ломоносова: «...Поехали, приехали и – слава Богу! – добились кое-какого толку. Дом, в котором родился гений математики, давно, давно рухнул и снесён. На его месте выстроен был другой, но тот также рухнул и также, в свою очередь, был снесён. Теперь, может быть, и стоит какой-нибудь дом, а может быть, залёг какой-нибудь пустырёк без следа, без памяти, и никому до этого нет дела». О памятнике же Челищева и подавно уже и слуха не было.
И все же не прав оказался Максимов. Не оборвалась нить любви и памяти русского народа к вышедшему из его глубин гению. Незримо, но неразрывно она и сегодня связывает то место на берегу Двины, в селе Ломоносовском, где водружён был сотни лет назад первый, трогательный, деревянный «монумент», с величественным, уходящим своим шпилем в облака, дворцом науки – Московским государственным университетом имени М.В. Ломоносова.
Узнать много нового и интересного можно подписавшись на канал «Perspicillum». Приятных всем открытий!