Он не умел толком плавать. Это звучит странно для человека, чья гибель, по самой известной версии, связана с рекой Урал. Но именно так – один из главных героев Гражданской войны, чьё имя знала вся страна, не был тем бесстрашным богатырём, каким его рисовало советское кино.
А кем тогда он был?
Василий Иванович Чапаев родился 9 февраля 1887 года в деревне Будайка Чебоксарского уезда, в семье крестьянина. Детство выдалось настолько тяжёлым, что слово 'нищета' будет мягким описанием. Отец плотничал, мать надрывалась по хозяйству, а дети с ранних лет работали наравне со взрослыми.
Семья перебралась в Балаково. Там маленький Василий помогал отцу на стройках. Упал с крыши, едва не разбился. Выжил. И продолжил работать.
Образования почти не получил – три класса церковно-приходской школы. Этот факт потом аукнется ему самым неожиданным образом. Но об этом позже.
В 1908 году Чапаев женился на Пелагее Метлиной. Родились трое детей – два сына и дочь. Казалось бы, обычная крестьянская жизнь. Но тут грянула Первая мировая.
На фронт Чапаева призвали в 1914 году. И вот здесь начинается первый факт, который советские историки предпочитали не выпячивать.
Чапаев воевал за царскую армию. Храбро воевал. Три Георгиевских креста и Георгиевская медаль – это не шутки. Четвёртой, третьей и второй степени. За реальные подвиги, за рукопашные, за ранения.
Будущий красный комдив – полный георгиевский кавалер? Для советской пропаганды это была неудобная деталь. Награды царской армии не вписывались в образ пролетарского героя. О них упоминали вскользь, не акцентируя внимания.
А ведь именно там, на германском фронте, Чапаев научился воевать. Не в кавалерийских атаках с шашкой наголо, как в фильме, а в окопной, грязной, пехотной войне. Он был ранен несколько раз. Видел смерть вблизи. И вернулся другим человеком.
Но самое удивительное решение он примет уже после революции.
В 1917 году Чапаев вступил в партию большевиков. В 1918-м уже командовал 25-й стрелковой дивизией. Лихой, отчаянный, умевший повести людей за собой. Бойцы его обожали.
А вот с начальством отношения складывались скверно.
Осенью 1918 года командование отправило Чапаева в Москву – учиться в Академии Генерального штаба РККА. Казалось бы, честь. Признание таланта. Но Чапаев чувствовал себя там чужим.
Три класса церковно-приходской школы. Вокруг – бывшие офицеры, образованные люди. Он едва справлялся с программой. Писал с ошибками. Злился. Тосковал по фронту.
Через три месяца он бросил учёбу и уехал обратно.
Советские историки подавали это красиво: мол, рвался в бой, не мог сидеть в тылу. Правда была проще и горше – он не тянул. И хватило честности это признать.
А пока Чапаев мучился в Академии, его ждало ещё одно потрясение.
Вот что советские биографы замалчивали особенно старательно.
Пелагея, жена Чапаева, ушла к другому. К его другу – Камишкерцеву. Пока муж воевал.
Для 1918 года это было ударом не только личным, но и публичным. Комдив, герой Гражданской войны, – а жена сбежала. Трое детей остались фактически без матери.
Чапаев переживал тяжело. По воспоминаниям сослуживцев, стал вспыльчивее, резче. Пил. Мог сорваться на подчинённых. Эти черты тоже не вписывались в образ народного героя, и о них предпочитали молчать.
И ещё один персонаж, чью роль сильно приукрасили, – комиссар Дмитрий Фурманов. Тот самый, что потом напишет роман 'Чапаев'. В книге они – соратники, почти друзья. В жизни всё обстояло иначе.
Фурманов и Чапаев конфликтовали постоянно. Комиссар считал комдива самодуром и неучем. Чапаев терпеть не мог политических наставников. Ходили слухи, что дело едва не дошло до рукоприкладства.
Потом Фурманов напишет роман. Сгладит углы. Превратит живого, сложного, пьющего, неграмотного и отчаянно храброго человека – в бронзовый памятник.
А фильм 1934 года закрепит этот памятник навечно.
Теперь – о гибели. 5 сентября 1919 года белогвардейцы совершили внезапный налёт на город Лбищенск, где располагался штаб 25-й дивизии. Охранение оказалось слабым. Нападение застало штабных врасплох.
Официальная версия – Чапаев, раненный, пытался переплыть реку Урал и утонул. Тело так и не нашли.
Но есть и другие версии. Часть исследователей считает, что Чапаев погиб ещё в городе, во время боя. Некоторые полагают, что его переправили через реку на плоту, но он скончался от ран на другом берегу. Консенсуса среди историков нет.
Одно бесспорно: охрана штаба была организована из рук вон плохо. Это признавали даже советские военные историки, хотя подробности предпочитали не афишировать. Комдив, при всей своей храбрости, допустил грубейшую тактическую ошибку.
32 года. Три Георгиевских креста. Три месяца в Академии, которую не потянул. Трое брошенных детей. И река, из которой его так и не достали.
Фурманов умер в 1926 году. Его роман пережил автора на десятилетия. Фильм братьев Васильевых стал одним из главных советских блокбастеров. Анекдоты про Чапаева, Петьку и Анку превратили живого человека в персонажа фольклора.
Но настоящий Чапаев не был ни бронзовым героем, ни анекдотическим простаком. Он был человеком – с тремя классами образования и тремя Георгиевскими крестами. С преданностью делу и преданной женой. С талантом полевого командира и неспособностью выставить охранение.
Советская историография взяла из его жизни только то, что годилось для плаката. Остальное – спрятала.
А ведь настоящая история всегда интереснее мифа. Согласны?