В начале 1990-х годов Москва жила по законам, которые диктовали не чиновники, а лидеры организованных преступных группировок. Двумя самыми яркими фигурами среди них были Валерий Длугач (Глобус) – вор в законе, дерзкий и бескомпромиссный лидер Бауманской ОПГ, и Сергей Тимофеев (Сильвестр) – харизматичный основатель Ореховской группировки, предпочитавший решать вопросы не только силой, но и бизнес-расчетом.
Их противостояние стало одной из центральных драм криминальной Москвы. Оно началось с борьбы за один ночной клуб, а закончилось чередой громких расправ, перекроивших всю карту влияния в столице.
Два лидера – две философии
Глобус и Сильвестр были людьми совершенно разного склада, и это во многом предопределило остроту их конфликта.
Валерий Длугач, известный как Глобус, получил воровской титул 28 октября 1991 года при поддержке кавказских уголовных кланов. Его короновали такие личности, как Сво Раф и Шакро Старый. Глобус с гордостью носил звание «вора в законе» и постоянно апеллировал к поддержке влиятельных покровителей из кавказской элиты.
Он обожал публичность, роскошь и демонстрацию силы. На встречи с конкурентами мог запросто притащить двух девиц и вести себя подчеркнуто вызывающе. Собрав вокруг себя бригаду из жителей Бауманского района и представителей закавказских республик, он контролировал автостоянки, станции техобслуживания и автомагазины.
Сергей Тимофеев, напротив, был прагматиком. В прошлом тракторист и подпольный боксер, он выстроил Ореховскую группировку по армейскому образцу – с жесткой дисциплиной, иерархией и запретом на запрещенные вещества. Сильвестр не был вором в законе, хотя его неоднократно уговаривали короноваться. Он сознательно дистанцировался от старой воровской гвардии, полагая, что будущее за коммерцией, а не за «понятиями».
Эта разница в статусах стала постоянным источником напряжения. Глобус на встречах неизменно подчеркивал свое превосходство: «Я вор, а ты – никто». Для амбициозного Сильвестра, контролировавшего банки и рынки, слышать такое от человека, которого он считал «беспредельщиком», было невыносимо.
«Арлекино»: клуб, из-за которого началось противостояние
Камнем преткновения стал ночной клуб «Арлекино» - одно из первых и самых популярных заведений такого рода в Москве. Обе группировки претендовали на «крышевание» этого прибыльного места.
Конфликт вспыхнул, когда Глобус в жесткой, бескомпромиссной форме потребовал от владельцев заведения – неких Алексея и Павла – срочно переадресовать «налог на охрану» на его структуру. Те попытались возражать, но авторитет даже не стал их слушать: «Я сказал – завтра, и все!».
Владельцы немедленно связались с Сильвестром. Тот пришел в ярость. На следующий день была назначена «стрелка» - встреча двух лидеров для разрешения спора.
«Стрелка», которая решила все
Встреча проходила в небольшом уютном кафе в центре Москвы. Сильвестр прибыл на трех машинах с внушительной охраной. С ним ехали его ближайшие соратники – Двоечник и Леня Клещ. Глобус уже был на месте – его кортеж включал бронированный «Мерседес», БМВ, джип и несколько машин попроще.
Атмосфера с самого начала была накалена до предела. Обычно боевики из разных группировок на таких встречах общались между собой по-дружески, пожимали друг другу руки, интересовались делами. В этот раз все было иначе. Охранники Глобуса встретили прибывших молча, никто никому не кивал. Враждебность висела в воздухе.
Сильвестр был ошеломлен, увидев, что Глобус притащил на серьезную встречу двух «красивых девчонок» - своих очередных подружек. Первые минуты разговора ушли на то, чтобы убедить авторитета отослать девиц за другой столик. Это было грубейшим нарушением неписанных правил, и Сильвестр воспринял такой жест как личное оскорбление.
Когда девицы наконец пересели, начался разговор на повышенных тонах. Глобус постоянно качал головой и взмахом руки показывал наверх – апеллировал к своим покровителям из кавказской элиты, в частности к влиятельному вору Отари. Он вновь и вновь повторял: «Я вор, ты никто». Сильвестр пытался взывать к логике и бизнес-интересам, но натыкался на глухую стену.
Через 20 минут встреча закончилась ничем. Они вышли, не пожав друг другу рук. Уже в машине Сильвестр дал волю эмоциям: «Что за человек! Как себя ведет! На серьезную стрелку каких-то баб притащил! Чушь какую-то несет, постоянно на меня наезжает… Я мог быть вором уже трижды, если не четырежды. Меня уговаривали, но я не хочу этого. А он все время только об этом и говорит: я жулик, ты никто!».
Леня Клещ попытался успокоить босса, предложив радикальное решение проблемы. Он знал некоего киллера – не москвича, находящегося в федеральном розыске, человека с двумя побегами из-под стражи. «Он парень очень толковый. И самое главное – его никто не знает», - пояснил Клещ. Этим киллером был Александр Солоник.
Противостояние, которое раскололо ореховских
Однако, вопреки ожиданиям, когда Сильвестр собрал бригадиров и объявил о планах развязать противостояние с бауманскими, он неожиданно столкнулся с расколом в собственных рядах. Часть авторитетов заявила, что это «внутреннее дело Сильвестра и покойного Глобуса» и участвовать в нем они не будут.
Сильвестр был взбешен. Он «метался по комнате, выкрикивал ругательства в адрес бригадиров, которые отказали ему в доверии». И тут слово взял Двоечник, предложивший гениальный план: привлечь к противостоянию курганских.
«Ведь у нашего Александра из Кургана есть кенты, друзья, которые за ним пойдут. Вот мы и подтянем их в Москву, пусть они и решают простивостояние с Бауманской группировкой. А мы будем заниматься своими делами – готовиться к противостоянию с чеченцами и бизнес раскручивать».
Сильвестр одобрил идею. Вскоре в Москву прибыли 12 крепких ребят из Кургана – бывшие спортсмены и уголовники, многие с боевым опытом. Среди них выделялись Олег Нелюбин, Витя Курганский и, конечно, Александр Солоник. Поначалу никто не воспринимал их всерьез – плохо одетые провинциалы, которые никого не знали и которых никто не знал. Но уже через год эти люди будут ездить на шестисотых «Мерседесах» и сколотят одну из самых крутых и богатых группировок Москвы.
Финал
С этого момента судьба Глобуса была предрешена. В ночь с 9 на 10 апреля 1993 года у спорткомплекса «Олимпийский» Александр Солоник произвел прицельный выстрел из карабина. Глобус был ликвидирован на месте.
Ликвидация имела огромный резонанс. Криминальная Москва замерла в ожидании. Выяснилось, что существуют три основные версии произошедшего:
· первая указывала на самих воров, якобы давших отмашку за беспредел и скверный характер Глобуса
· вторая – на Сильвестра, чей конфликт с бауманскими знала вся столица
· третья связывала ликвидацию с борьбой за деньги, связанные с торговлей нефтью4
Но гибель Глобуса не положила конец противостоянию. Его преемник Владислав Ваннер (Бобон) был ликвидирован тем же Солоником через полгода. Лишь после этого Бауманская группировка сдала свои позиции.
Противостояние Глобуса и Сильвестра стало хрестоматийным примером того, как в криминальной Москве начала 90-х личные амбиции и статусные игры перерастали в беспощадные противостояния, в которых не было места компромиссам. Один не смог переступить через свою гордость, второй – через свою репутацию. В результате один погиб от пули снайпера, а второй через полтора года взлетел на воздух в собственном «Мерседесе», возможно, став жертвой мести за то самое противостояние, которое сам же и развязал.