Вопрос о «перегреве» российской экономики стал главным оправданием жёсткой денежно-кредитной политики. Аргумент ЦБ прост: ВВП растёт быстрее «потенциала» → нужно охлаждать → иначе неизбежен спад. Звучит научно. Но при ближайшем рассмотрении это не столько экономическая аксиома, сколько идеологическая установка, перекопированная из либеральных учебников 1990-х.
Начнём с того, что сама концепция «потолка роста» родом из эпохи, когда казалось, что западные рыночные модели достигли совершенства и могут лишь плавно колебаться вокруг средних значений. Это та же логика, что и у Фрэнсиса Фукуямы с его «концом истории». Мол, развитие достигло пика, дальше только стагнация и борьба с инфляцией. Но история, как мы знаем, не закончилась. И экономика — тоже.
Появляются новые технологии, новые отрасли, новые рынки. И они вновь ускоряют экономику, ломая старые представления о «потолке». В 1970-е годы в США старые индустриальные отрасли стагнировали, а новые — компьютеры, полупроводники, интернет — росли на 15–20% в год. Это был не перегрев, ведущий к краху, а новый цикл, создавший фундамент для бума 1990-х.
То же самое мы видим сегодня в Китае, который три десятилетия рос двузначными темпами, а теперь, замедлившись до 5%, продолжает обгонять Запад за счёт массового внедрения новых технологий: от роботов до искусственного интеллекта. Никакого автоматического спада после быстрого роста не случилось.
Спад происходит от пузырей, долгов или внешних шоков, а не от высоких темпов как таковых. Для России ничего из этого не характерно.
Логика «перегрева» ведёт к абсурдному выводу: любой рост выше выдуманного «потенциала», даже если он опирается на новые технологии и реальные инвестиции, объявляется угрозой.
Но кто установил этот «потолок»? Где написано, что экономика не может расти на 5–6% в год, если появляются новые производства?
Поэтому «перегрев» — удобный ярлык для тех, кто боится роста, потому что не знает, как им управлять. Но в мире, где появляются новые технологии и отрасли, где Китай переходит от подражания к инновациям, где США заново возрождают реальный сектор, бояться роста — значит обрекать себя на отставание.
Охлаждать экономику ради мифической «стабильности» — дорога в пропасть.