Ох как сокрушался Артемка! Мол, кругом одни лентяи собрались. Лодыри, лоботрясы, тунеядцы. Зовёшь их на калым, а они отказываются. И что за мужик нынче пошёл? На работу ни пряником медовым, ни калачом сахарным не заманить их. Денежки живые вот они, считай, что сами в руки текут рекой, и никому они, денежки эти, не нужны. Потому как кругом одни лодыри да тунеядцы собрались. Там и работа- то, не бей лежачего, принеси – подай, уйди в сторону, не мешай. А вот поди ж ты! Нет желающих.
Конечно, про то, что работёнка не пыльная, Артемка ох как лукавил. Нормальная такая работёнка. Про такую говорят – бери больше, кидай дальше, отдыхай, пока летит.
Давненько уже помышлял Артемка разными калымами. Не брезговал сварными работами, да и от мелких строительных не отказывался. За всё хватался мужик, пока о стопку не споткнется.
Вообще- то по профессии Артемка – сварщик. И руки у него золотые, под что надо заточены, и голова соображает, что да как надо, как лучше будет. Только вот глотка у Артемки луженая, и язык длинный. Как зацепится Артемка с кем этим языком, так пиши – пропало. Считай, что половина дня в никуда улетела. А уж если в глотку что спиртное попадёт, так и вовсе, целые недели пролетают незаметно. Потому ни на одной работе долго не задерживался Артём. И то правда, кому такой работник нужен?
Пришлось перебиваться калымами. Благо, что немало их. Да в управляющей компании приработался на малую часть ставки, два дня в неделю там трудился.
Только вот ведь в чем вся проблема: бывают такие калымы, что в одно лицо да пару рук не справиться. И лиц надо парочку, и рук как минимум – четыре.
Стал Артемка к своим заказам друзей и товарищей привлекать. А что? И ему, Артемке, хорошо, и друзьям да товарищам всё копеечка. Она же, копеечка, в наши дни никому не лишняя.
Поначалу и друзья, и товарищи шли на калымы с удовольствием. Разве помешают кому-то пара-тройка тысяч? А иной раз и побольше выходило.
Вот то-то же.
Только как то быстро закончились желающие подкалымить. И дело даже не в том, что платил Артём плохо. Нормально платил, не жадничал.
И не в лени людской. Лентяи да лодыри конечно везде есть, но не так, чтобы поголовно.
Совсем другая причина была в том, что перевелись желающие работать с Артемкой.
Стал он думать да гадать, кого бы ещё привлечь в свою команду.
А тут, как на грех, в магазине случайно знакомого встретил. Учились вместе, на одном курсе. Только Артём на сварщика учился, а Саня на тракториста.
Поздоровались как положено, по ручке, все дела. Вопросы стандартные друг другу задали, про житье-бытье друг друга послушали, и Артемка пожаловался на то, что помощника себе найти не может. Дескать, лоботрясы, лодыри, тунеядцы кругом. Работы непочатый край, заказ за заказом идёт, а как в одного всё успеть? Никто не хочет работать, всем бы на диване лежать. Ты, мол, Саня, не хочешь подработать? Забор надо поставить, много забора, и платят хорошо. Там и делов всего – ямки под столбы железные пробурить, сами столбы поставить, а дальше как по маслу пойдёт. Попилим бабло по совести, мне 60%, тебе 40. Ну, сам понимаешь, сварка моя, геныч( генератор) и прочий институт тоже мой. От тебя только пара рук и желание работать. За пару-тройку дней управимся. И тебе, и мне хорошо.
Санёк как раз только с вахты приехал, и 2 недели свободного времени у него было. Конечно, не совсем свободного, потому что дела домашние никто не отменял. Но сумма выходила приличная, а потому свои дела Саня решил чуток отодвинуть. Денег лишних не бывает.
Договорились, что к 8 утра Артемка заедет за Саней, и поедут они трудиться. Артем ещё наказал Сане, дескать, возьми с собой перекусить, чтобы время не терять на обед. Быстрее сделаем, быстрее освободимся, и денежки получим.
С раннего утра жена Сани поставила тесто, и к 8 утра на тарелке уже высилась горка пирогов. Саня и сам перекусил, и с собой взял. В термос налил кофе, и сидит, поглядывает в окошко, ждёт Артемку.
Время половина девятого – нет Артёма. В девять тоже тишина. Уже и жена Санина в окошечко глядит, где же Артемка - то?
Усмехнулся Саня, и сказал:
– Нет, не меняются некоторые люди с годами. Он с юности пунктуальностью не страдал, видать, до сих пор с ней не подружился.
Надоело Сане выжидать Артёма. Взял он телефон, и позвонил своему «работодателю».
Артемка ответил заспанным голосом. Долго извинялся, мол, прости, друган, проспал я. Сейчас, кофейку хлебну, и как штык у тебя.
Явился Артемка к 11 утра. Пока то, пока се, к 12 приехали на объект. Круть, верть, время обедать, а обедать Артему и нечего. Ничего ему жена не приготовила, вместе с ней проспали.
Ты, мол, Саня, посиди под кустиком, поешь, я до магазина метнусь, куплю чего пожрать.
Саня ему пакет с пирогами протягивает, говорит, ешь со мной, тут на двоих за глаза хватит. А Артемка ни в какую. Неудобно, мол. Чего это я чужой хлеб есть буду?
Уехал, и как в воду канул. Половина часа прошла – нет его. Час прошёл – опять нету. К трём часам дня явился, не запылился.
Дескать, извиняй, Санёк. Я в магазин не успел зайти, моя звонит, домой зовёт. Борща наварила, с пылу, с жару. А у меня, не поверишь, с утра маковой росинки во рту не было. Стакан голого кофе выдул, и за тобой рванул. Кишка кишке бьёт по башке. Ну как тут отказать? Старалась девчонка, готовила. Ну а там – пока туда-сюда, че– каво. Дело – то молодое, сам понимаешь. Вот и подзадержался.
Про своё молодое дело Артем Саньке все уши прожужжал. Женился в третий раз недавно, молоденькая жена, расставаться неохота. Так бы и нежились с ней, миловались, но деньги страсть как нужны.
Жена бывшая, самая первая, стервь такая, даже после развода покоя не даёт. Ишь что удумала! На алименты подала, подлая баба. А детей двое, пацан и девчонка. Сумму насчитали – Мама дорогая!
И вторая бывшая жена тоже грозится на алименты подать. Там хоть и 1 ребёнок, но если подаст, то мало ему, Артемке, не покажется.
Мы, мол, с Настей решили ребёнка родить, и она тоже на алименты сразу подаст, чтобы бывшая умылась. Там же на всех детей сумму- то делить будут, значит, ей меньше достанется. А то шибко жирно ей на двоих детей алименты получать.
Саня слушал, слушал, а потом не выдержал, и спросил:
– Так ты разве жене своей алименты платишь? Дети твои, Темыч, значит и платить обязан. Ты хоть знаешь, сколько всего этим детям надо? Без штанов останешься. Почему жена твоя первая одна должна твоих детей содержать? Да и второй тоже несладко приходится.
Как-то быстренько Артемка с темы съехал. Он - то, наивный, думал, что Санёк его поддержит. Мужская солидарность, и всё такое, а Саня вон как запел.
Дальше работали молча, лишь изредка перекидываясь парой фраз.
К 5 часам Артём начал поглядывать на часы, бесконечно залипал в телефон, а ровнехонько в 5 вечера сказал Сане:
– Ну всё, Санёк, сворачиваемся. Хорош на сегодня.
– Как сворачиваемся? Мы и не работали толком. Давай ещё пару часиков поработаем, время– то детское ещё.
– Да дела у меня, Сань. Я бы поработал, но сам понимаешь, жена молодая, то да се. Ждёт меня, волнуется.
Саня только плечами пожал. Хозяин - барин, как говорится. Ну, или баран. Тут как посмотреть.
– Ну смотри, Темыч. Как скажешь. Завтра к 8? Ты только не проспи, как сегодня.
– Не, Сань. На завтра отбой. Я до обеда завтра в управляйке, там заявок много накопилось, бабки ворчат уже. А с обеда гости у нас, друганы с севера приедут, встретить надо, шашлыки, все дела. Ты со своей тоже подтягивайся вечером, посидим, шашлычок, коньячок, все дела.
Саня отрицательно покачал головой.
– Нет, Темыч, не могу. Раз завтра день свободен, свои дела делать буду. А моя на работе допоздна.
– Ну как хочешь. Моё дело предложить, ваше дело отказаться, как говорится. Давай, друган, на созвоне.
Вечером Саня думал о том, что зря он согласился на этот калым. Вот прям пятой точкой чувствовал он, что весь этот забор растянется не на один день, не на два, и даже не на три.
На следующий день Саня взялся за дрова. Дрова привезли долготьем, а потому работал Саня не спеша. Распилить один хлыст, потихоньку тюкает чурочки, и в кучку складывает. За день больше половины сделал. Эх, если бы завтра не на калым, закончил бы с дровишками. Ну да ладно, что уж теперь. Сам подвизался.
Вечером, не дождавшись звонка от Темы, позвонил ему сам.
Артемка был навеселе, но заверил Саню, что на завтра всё в силе, и в 8 утра он будет, как штык.
Утром какое-то дежавю накрыло Саню. Пирожки с утра пораньше. Время половина девятого. Время девять. Тишина. Телефон недоступен. Абонент не абонент.
Подождав ещё немного, Саня плюнул, и пошёл пилить дрова. Так и всё выходные просидеть можно.
После обеда объявился Артём. Опять с извинениями, мол, засиделись вчера, перебрал, телефон разрядился, проспал. Давай уже теперь завтра, сегодня смысл? Пока то, пока се, и время вечер.
Вздохнул Саня, и пошёл свои дровишки тюкать. Ладно, не зря день прошёл, и то хорошо. Зато с дровами сегодня закончит.
Следующие два дня работали исправно. Правда, не с 8 утра, как договаривались, а с 9-ти, но и на этом слава Богу. Но в 5 вечера Артём сворачивал всю работу, и спешил к молодой жене. Мол, дело молодое , че- каво, все дела.
Потом опять был перерыв в работе. В управляйке работа накопилась, да и выходные же, чего пупок рвать? Работа работой, а отдыхать когда?
Саня хмуро сказал, что ему уже скоро на вахту ехать, и хотелось бы закончить поскорее.
– Темыч, там делов – начать и закончить. Если по нормальному взяться, то за два неполных дня мы всё сделаем. Вот чего ты тянешь? Закончим работу – и выходной у тебя будет, и че- каво с женой молодой.
Да куда там! У Артема на выходные были свои планы, в которые работа никак не вписывалась. Как в народе говорят? Если работа мешает пьянке, то брось её нафиг, эту работу. Работу Артем не бросил, а отложил на неопределённый срок, потому что выходные у него затянулись, и он их себе продлял потихоньку.
В общем, к концу Санькиных выходных едва закончили они этот забор. Там уже и заказчик матершинными слюнями плевался, и жена Санькина возмущалась, мол, бросай ты такую подработку, Саша. И дома толком ни дел, ни работы, и с ним толку ноль. Сидишь в ожидании, то ли работать будете, то ли нет.
Саня бы и рад бросить, да послать Артемку куда подальше, да только жаль своего потраченного времени. Ведь много уже сделали. Тут хочешь, не хочешь, а заканчивай, чтобы денежки получить.
С горем пополам закончили, деньги поделили, и разошлись, каждый в свою сторону. Саня сам себе пообещал, что с Артемом больше никаких дел иметь не будет.
И ведь ничему жизнь Санька не учит. Через какое-то время опять его Артемка упросил, дескать, помоги, Саня! Срочняк надо, позарез! Там делов - на два дня, ей-Богу. Бабке одной две стены снаружи железом обшить.
Договорились опять на 8 утра, но опять что-то не срослось у Артемки. Какие-то дела важные, неотложные. Мол, подожди пару часиков, к обеду приеду за тобой.
Вот Саня ждать – рождать эти пару часиков! Ни к обеду, ни к вечеру Артём не то, что не заехал, даже не позвонил.
Плюнул Сан, и своими делами занялся.
Только через неделю заехал к нему Артём, мол, извини, друган. Гости приезжали, и я тут гульнул малеха, увлёкся. Завтра выходим на объект, а то бабка нервничает уже.
Усмехнулся Саня, и сказал, что завтра вечером ему уже на работу выезжать.
Извиняй, мол, Тема, я тебе уже не помощник. Своя работа ждать не может. Теперь уж как-то сам, без меня.
Ох и расстроился Артемка! Даже предложил Сане, чтобы тот липовый больничный оформил. Дескать, у меня лазейка есть в больничке, подсоблю, замолвлю за тебя словечко. Тыщ 5 денег отслюнишь тетеньке, и всё будет шито-крыто.
А Сане оно надо? Сам Артём пробегал не пойми где, гульнул вволю, а ему, Саньке, больничный теперь брать? Ну уж дудки. Да и жена недовольная, сердится, ругается. Говорит, не связывайся ты, Саня, с Артемкой этим. Ну его, пустобрёха и пьяницу! Неконкретный он человек, необязательный.
Так и кончилась их совместная работа, едва начавшись.
Было дело, звонил Артемка ещё пару раз Сане, звал на калымы, но Саня уже учёный. Ну её, такую работу. То, что можно за два дня сделать, на 2 недели растягивается. У этого Артема не понос, так золотуха. Как говорится, всё не слава Богу.
Потом уж до Сани слухи дошли, что уехал Артемка на север работать. Мол, с нашими мужиками местными каши не сварить. Не хотят работать, и всё тут. Деньги сами им в руки текут, щедрый Артём, по оплате сроду никого не обидел, а вот поди ж ты! Лодыри, лоботрясы, тунеядцы. Что с них взять?
Конечно, лоботрясы и тунеядцы. Зато Артемка – золото, а не мужик. Только язык у него длинный, да глотка луженая.
Спасибо за внимание. С вами как всегда, Язва Алтайская.