.
.
.
Почему я люблю марксистскую теорию эстетики , культуры, и искусства? Может быть потому, что деление искусства на классы , открывает новые , доселе неизученные возможности и некоторые условные, но работающие, хотя и сложные деления, в связи с чем, хотелось бы сразу же предупредить, что все мною написанное ниже будет предоставлять лишь беглый набросок, в виду некоторой трудности систематизации мыслей, изложенных ниже. А начну я с того, что если всю историю человечества можно разделить на борьбу , или соперничество класса бедных, и класса богатых, значит, и все искусство , условно говоря, можно разделить на соперничество искусства богатых и искусства бедных. Можно так же сказать, что тот или иной жанр становился скучным, или исчерпывал себя, когда из "жанра для бедных" он становился "жанром для богатых", или если сказать иначе и лаконичнее "гламуризировался", в этом же и исчерпывая себя. В качестве наиболее простого и очевидного примера, (потому, именно с него я и начну) если шагнуть в область массовой культуры 20 столетья , можно вспомнить такие жанры музыки как джаз, блюз, или диско , которые начинались поначалу, как жанры для бедных, отверженных обществом людей, но по мере того, как эти жанры становились модными, и из музыки бедных становились музыкой богатых, переставали быть, столь же, как ранее , интересными и волнующими, и исчерпывали себя. В джазе, это конечно будет знаменитая Билли Холидей, или Элла Фицджеральд, (выражающие музыку трущоб или бедных негритянских кварталов), в блюзе, Этта Джеймс , или Оттис Рединг выросшие в бедных семьях, как и многие другие ранние, классические исполнители джаза и блюза. В качестве же другого, противоположного примера, такая исполнительница как Диана Кролл, воспроизводила джаз для богатых. Про Диану Кролл можно сказать, что это сфера поздней гламуризации джаза в конце девяностых.
В качестве еще одного примера, все мы помним борьбу рок музыкантов с исполнителями поп музыки , (в России, это был знаменитый скандал, связанный с Юрием Шевчуком, и его наездом на Филиппа Киркорова, как поп исполнителя.) А на самом деле, эта борьба началась несколько раньше, в эпоху гонения на жанр диско, в конце 70х, и именно со стороны рок музыкантов, как борьба бедных и богатых людей с людьми черными и бедными, несущими обществу одну "заразу". Нужно признать, что в те времена рок музыку в основном слушали состоятельные люди , а диско - бедные. Если окунуться в жанр диско, диско родился как жанр бедных людей, у которых не было даже денег на то, что бы нанимать оркестры и музыкантов , а им, как и другим людям хотелось танцевать и отдыхать в своем кругу. И потому, жанр диско, (как и позднее жанр хауса, возникший из диско) возник из пластинок, из искусства винилового "диджеинга". Если же окунуться в историю рок музыки, в рок музыке, такие жанры и направления как панк -рок , или гранж, стремились вернуть рок музыку из жанра для богатых - к жанру бедных и угнетенных . Последним таким ярким музыкантом был Курт Кобейн , играющий именно музыку для бедных на дешевых, грязно звучащих гитарах, в его рок- группе под названием Нирвана.
Эти примеры были взяты из области массовой культуры, как примеры самые очевидные.
Однако, если из двадцатого столетья окунуться в глубь истории культуры, можно найти, что на самом деле нечто такое же, или похожее происходило в поэзии ,философии, и литературе. Самым первым чистым лириком была греческая поэтесса Сапфо, которая творила свою непревзойденную и нежную лирику из народных песен. В качестве примера, можно вспомнить ее стихи про бедную девушку -ткачиху. «Мать милая! Станок Стал мне постыл, И ткать нет силы. Мне сердце страсть крушит; Чары томят Киприды нежной». (Сапфо, перевод Вяч. Иванова .) Можно сказать, что и лирика Сапфо начиналась как поэзия бедных и угнетенных в противовес эпичной "поэзии господ"., если правда добавить, что и гомеровский эпос возник из народных, устных и фольклорных преданий, которые Гомер лишь записал в поэтической, величественной , и эпической форме. В качестве еще одного примера можно вспомнить и близкую Сапфо японскую поэзию, (в жанрах танку и хокку) , с ее тяготением к бедности и лаконичности в лице таких непревзойденных поэтов как Исса или Басе. Даже краткость, лаконизм и скудность средств японской поэзии передавали ту самую бедность, как один из буддистских идеалов. Отсюда и некоторый словесный минимализм этих знаменитых поэтов, сочетающийся с медитативностью и мыслью.
Да и Шекспир в сущности принадлежал ко классу бедных .
Если же коснуться русской лирики, начав с двадцатого века, можно найти, что Иосиф Бродский все таки был ближе к поэзии богатых, (с его тягой к предметности, и высокой, классической культуре) , а например Леонид Аронзон, Елена Шварц, или Николай Рубцов к поэзии бедных, не смотря на всю их очевидную разность. Ближе к поэзии бедных был и Блок и Есенин, когда как Мандельштам , Кузьмин, или Гумилев были ближе к поэзии богатых, (хотя поздний Мандельштам был все -таки ближе к поэзии бедных.) Да и ранний и лучший Кушнер, (с его культом природы, а не вещей) был ближе к поэзии бедных. Природой будет наслаждаться бедный . Близкой к поэзии бедных была и Марина Цветаева.. Хотя, и это деление отчасти условно.
Это же условное деление можно отнести и к философии.
Сократ , как известно, был философом бедных, когда как Платона, с его тягой к аристократизму, "философом бедных" уже не назовешь. Возможно, даже именно с Платона и начиналась философия богатых, когда как более поздний , продолжатель Платона, Плотин уже опять же был философом бедных, как и отшельник Эпикур , исходящий из минимализма для достижения счастья и гармонии, за что его и ценил Маркс, как лучший и самый яркий из философов бедных .В лице этих двух философов, мысль будто бы вновь вернулась к своей божественной бедности. Конечно же и богатым людям не хватает счастья, но только бедный человек будет стремиться к счастью, или предмет счастья сделает основным для своей философии.
Тем более, что с точки зрения Эпикура богатство противиться счастью.
Если же описать современную русскую философию, ближе к философии богатых будет и философ Александр Дугин, (с его философией обращенной к состоятельным людям, способным провести в мир консервативную революцию) , когда как Федор Гиренок, Арсений Чанышев, и Гейдар Джемаль - наверное ближе к философии бедных . Как наверное и Павел Флоренский и Лев Шестов, ближе к философии бедных если вспомнить Серебряный век.
Однако, и эти деления несколько условны
Лично я бы затруднился ответить на вопрос к какой философии ближе Владимир Соловьев, в котором есть и то и другое, (что -то от философии богатых, а что то от философии бедных.) Наверное, в связи с этим, справедливее было бы сказать, что Соловьев ближе к священникам, (как особому классу) а Павел Флоренский к монахам.
В этом и пролегает разница меж ними.
Еще раз повторюсь, что деление это условно, ибо в чистой культуре, как и в области философской мысли провести это деление крайне сложно, тем более в двадцатом, а тем более в двадцать первом веке. И чем сложнее , или позднее культура, тем сложнее будет это деление провести. Но все таки, в ряде случаев можно провести и такое деление, если эти случаи сколь -нибудь очевидны, или задуматься над случаями не столь очевидными. По крайней мере сам вопрос, к каким людям близок тот или иной автор, к богатым или бедным, не будет праздным. Особенно, если это будет сложный и не очевидный пример.
Что еще можно напоследок заметить?
Из этого деления, разумеется ни в коем случае не следует, то, что искусство, или философия бедных лучше философии богатых. В разные эпохи было по разному. Если окунуться в английскую поэзию., Байрон был богатым, а Джон Китс, происходивший из крестьян, бедным. Тем не менее оба они были романтиками. Как не следует забывать и того, что именно богатые нередко развивали жанры бедных , доводя их до классики и канонов.
В качестве еще одного примера можно вспомнить Пушкина.
К кому был ближе Пушкин к бедным или богатым? Опять же трудный вопрос. Но может быть величие Пушкина в том и состоит, что будучи поэтом народным, он был и поэтом аристократичным в своей народности, как и народным в своей аристократичности. В Пушкине будто бы разрешилось это противоречие на уровне его поэтического языка.
В то же время, не во всех обществах было контрастное разделение на богатых и бедных.
Например, на Кавказе не было сильного расслоения между феодалами и крестьянами при одновременно большом количества феодалов. Похожая ситуация была и в Горной Шотландии.
Наконец, в разные времена были свои заказчики культуры из элит. Можно сказать, что чем более было эгалитарным общество, тем больше в культуре было от бедных, а чем элитарнее, тем больше было культуры от богатых .
Но в то же время, нельзя забывать о том, что культура движется противоречиями, чем больше в жизни и в мире противоречий и неравенства, тем соответственно богаче и сложнее культура. Это понимал и Маркс, и например Ницше, хотя и несколько по разному.
Может быть не следует забывать еще одну вещь, говоря о массовости и избирательности.
Любая культура движется от народной массовости в сторону аристократической избирательности, если говорить о лирике, вышедшей из народной песни, но позднее становящейся жанром аристократическим, или если говорить о жанрах эпических, возникающих из народных мифов и легенд, откуда культура вновь возвращается к некоторой народной массовости. В качестве примера можно вспомнить оперы Вагнера, или, например поэзию Есенина. При этом, не всегда возврат к массовости проходит без потери качества.
Особенно говоря о двадцатом, или двадцать первом веке.
Но в то же время, этом же движении безусловен и еще один момент. Когда искусство из жанра бедных становится полностью жанром для богатых, (что происходит практически всегда) искусство заметно скучнеет, и теряет свою ауру, которая возвращается лишь тогда, когда искусство вновь из жанра богатых возвращается к жанру бедных .
Поскольку, другого пути у искусства нет.
Именно по этому пути , пути развития или роста от бедности к богатству, а по достижению этого пика, возращению к бедности - и движется культура. И может быть, именно этим движением, культура жива и интересна, в той мере, в какой в культуре совершается подобный обмен.
Быть может, лишь в культуре жизнь бедна богатством, но богата бедностью.
