Курьер в спортивном костюме, несколько листов с таким мелким шрифтом от одного взгляда на который начинала раскалываться голова — всё это было абсолютно точно по-настоящему. Реальнее некуда. А вот дальше… Дальше, возможно, уже нет, но этот момент был.
Глава 32 рассказа "Сладкая месть"
- Видимо, вам это приснилось, голубушка, - произнёс врач, и его губы растянулись в профессиональной, чуть снисходительной улыбке. Он бесцеремонно взял её за подбородок холодными пальцами, словно она была не человеком, а подопытным кроликом. Яркий луч фонарика безжалостно ударил сначала в один глаз, потом в другой. Сотрудник клиники придерживал её веко, лишая возможности даже моргнуть, и Настя поморщилась: свет резал, а прикосновения были неприятны. Было ощущение будто её рассматривали под лупой.
- Наш курьер сказал, что вы устроили целое представление. Со скандалом, - голос врача был ровным, но в нём проскальзывали нотки осуждения. - Порвали документы, которые он вручил вам для подписания. А потом вам стало плохо, и он вызвал скорую.
Настя выдохнула, чувствуя, как внутри всё сжимается от недоумения. Она точно знала, что было по-другому. Совсем по-другому. Курьер… он ведь зачем-то уничтожил подписанные документы… Может, не хотел, чтобы она осталась в этом маленьком городе без квалифицированной помощи? Хотя… какое ему дело до Насти? Неужели просто пожалел её?!
- После того, как вы оказались в местной больнице, он связался с главврачом нашей клиники, - продолжил врач, убирая фонарик и делая пометку в карте. Голос его звучал отстранённо, как у человека, который повторяет заученную инструкцию. - Так положено по инструкции. А ваш друг… - он сделал паузу, словно оценивая её реакцию. - Через три часа нашёл для вас вертолёт.
- Какой друг? - перебила его Настя. Она почему-то была уверена в том, что друзей у нее нет.
- Понятия не имею. Из полиции, кажется. Ещё через пять часов вы были уже в столице. Ещё есть вопросы?
Вопросов было много. Они роились в голове, как назойливые мухи. Почему он помог? Что происходит? Но сил задавать их не было. Настя лишь отрицательно мотнула головой.
Антон Сергеевич придвинул стул ближе к кровати и сел, наклонившись вперёд. Его взгляд стал серьёзным, почти тяжёлым.
- Давай начистоту?
- Я люблю начистоту, - кивнула Настя. Голос прозвучал хрипло.
- Ты же не одно обследование прошла и сама всё понимаешь?
Настя снова кивнула. Конечно, она понимала. Поэтому и пошла на этот эксперимент. В обычной больнице ей сказали… нет, не так. Ей не просто сказали, ей отказали. Отказали в лечении, в химиотерапии. Сказали, что лечить её не имеет смысла. Что лечение в её случае не предусмотрено. Предусмотрена поддерживающая терапия, регулярный сон и молитва. На последнее стоило надеятся больше всего. Один из врачей даже рекомендовал ей в церковь почаще ходить.
- Не уверен, что вам кто-то может помочь, - голос врача стал мягким и проникновенным, почти сочувствующим. - Но давайте попробуем понять, что с вами происходит.
Он начал задавать вопросы. В основном они касались приёма экспериментального препарата - того самого, на который она согласилась от отчаяния и безысходности. Настя отвечала честно, потому что понимала, что смысла врать нет. Препарат она принимала в последнее время не так чтобы регулярно и уж точно не в той дозировке, что была прописана. Нарушала как могла, так сказать.
- Ну вы отдыхайте и приходите в себя, - произнёс Антон Сергеевич, поднимаясь из кресла и поправляя халат. Его фигура на мгновение заслонила свет от окна палаты. - Завтра у вас полное обследование. УЗИ всего чего только можно и МРТ, КТ…
- Что? - переспросила девушка.
- Не переживайте, вам сделают всё прямо в палате на новейшем оборудовании. Отдыхайте.
Дверь за ним закрылась почти бесшумно.
Настя закрыла глаза практически сразу же после его ухода. Тишина палаты казалась оглушительной после этого разговора.
Значит, она в Москве. Значит, она жива. Значит, снова борьба?! Или принятие?! Скорее принятие. Она для себя давно решила будь что будет.
Весь следующий день Настя провела в постоянных исследованиях. С утра кровь, потом УЗИ, потом заходил главврач, дальше все как в тумане.
Когда все закончилось за окном палаты сгущались сумерки. Город за окном казался чужим и холодным как и весь этот странный длинный день.
В голове пронеслась мысль о том, что вообще даже странно, что она дожила до вечера. Слабость накатывала волнами и казалось, что её тело это хрупкая скорлупа готовая лопнуть в любой момент от любого неосторожного движения. Глаза закрылись, и Настя провалилась в вязкую тревожную дремоту.
Ей снился тот самый курьер. Он стоял на краю крыши дома и рвал документы на мелкие кусочки. Настя, стоя внизу, смотрела на все это затаив дыхание. Парень шагнул вперед, но не упал. Он будто бы растворился в воздухе, оставив после себя лишь бумажные обрывки на земле.