Два дня пролетели незаметно.
Серебряный дождь закончился на рассвете первого дня, оставив после себя влажный воздух, искрящуюся пыль на камнях и ощущение обновления. Команда использовала это время с толком.
Тарен возился со снаряжением — проверял диски-телепорты, настраивал анализатор, укреплял доспехи. Корвус, который всё это время держался в тени, помогал ему: старые контрабандистские связи позволили достать несколько полезных вещей — дополнительные фильтры для подземелий, навигационные браслеты,световые маячки, которые работали даже в полной темноте, и компактные рационы, рассчитанные на долгий переход через горы.
Орион не отходил от голограмм. Он расшифровывал последние руны, сверял координаты, составлял карту маршрута. Иногда он звал Тарена — что-то уточнить по приборам, — и они вдвоём склонялись над столом, обсуждая детали.
Ирис тренировалась с волной. Она двигалась чётко, без эмоций — просто оттачивала технику.
Джакс помогал по мере сил. Он носил ящики, проверял оружие, иногда сидел у окна и смотрел на горы. Яра пару раз ловила его взгляд — задумчивый, но уже не такой тяжёлый, как раньше.
Шнырь носился по дому, как заведённый, переливаясь всеми цветами радуги и раздавая комментарии по любому поводу.
— Тарен, ты зачем взял четвёртый диск? Мы же договорились — три! — Капитан, я просканировал перевал! Там туман, но не ядовитый! Можно идти! — Ирис, ты неправильно держишь волну! Нет, правильно, но я бы держал иначе! Если бы у меня были руки! — Джакс, ты выглядишь лучше! Я записал это в архив! С пометкой «Прогресс»!
— Шнырь, — периодически произносил Альтаир.
— Молчу! Но я же помогаю!
Яра и Альтаир стали вести себя немного свободнее друг с другом. Не было ни объятий, ни громких слов — только взгляды, которые задерживались чуть дольше, чем раньше. Только молчание, которое больше не было неловким. Только его рука, которая однажды легла на её плечо, когда она устала после тренировки, — легко, почти невесомо, — и осталась там на несколько секунд.
А однажды вечером, когда они вдвоём оказались в коридоре — она шла из зала после тренировки, он выходил из гостиной, — они остановились. Просто замерли в нескольких шагах друг от друга. Коридор был узким, свет — приглушённым. Он ничего не сказал. Она тоже. Но его взгляд скользнул по её лицу. Она почувствовала, как внутри что-то сжалось — лёгкая тревожность. Он шагнул ближе. Ещё немного — и Альтаир готов был коснулся её. Но в этот момент в другом конце коридора хлопнула дверь, и они оба отступили. Ничего не случилось. И случилось всё.
Орион заметил это. Вечером первого дня, когда Альтаир стоял у окна и смотрел на закат, старик подошёл к нему.
— Я рад, что ты решился на первый шаг, — тихо сказал он.
Альтаир не обернулся.
— Я не решался. Просто... так вышло.
— Орион, улыбнулся, главное — не останавливайся.
Уходя, легонько постучал его по плечу — я рад, что все так вышло.
А на следующее утро Шнырь подлетел к Яре, когда она проверяла волну перед тренировкой.
— Искра, — сказал он, переливаясь тёплым золотым, — я тут подумал. Когда мы прилетели на Зену, помнишь, капитан был... ну, ты знаешь. Мрачнее обычного. Даже для него. Я тогда не понимал, в чём дело. Думал — это из-за воспоминаний. Но теперь я понял! — Он закружил вокруг неё. — Это всё ты! Ты смогла растопить лед! Я думал, у капитана вместо сердца — камень. А ты взяла и... и сделала что-то! Я не знаю что, но его показатели говорят о том, что камень застучал чаще обычного! Я записал это в архив! С пометкой «Чудо»!
— Шнырь...
— Нет-нет, Искра, дай мне закончить! Я просто хотел сказать, что я рад! Очень рад! Потому что капитан больше всех заслуживает быть счастливым! Я уже придумал название для этого события! «Великое Растапливание Камня»! Или...
— Шнырь!
— Молчу! Но я записал! И я рад! Правда!
Яра не нашла, что ответить. Она просто улыбнулась и коснулась тёплого корпуса сферы.
— Спасибо, Шнырь.
— Всегда пожалуйста! Это одна из из моих работ, следить за капитаном, а теперь и за тобой!
К вечеру второго дня всё было готово. Снаряжение проверено, карты изучены, маршрут проложен. Оставалось только дождаться Илэйн.
Она обещала вернуться к этому времени. Но её не было.
— Она сказала — два дня, — сказал Тарен, глядя на дверь. — Уже вечер. Где она?
— Может, задержалась, — предположила Ирис. — Маршрут неблизкий.
— Или Лэндор что-то заподозрил, — мрачно сказал Джакс.
Все замолчали. Альтаир стоял у камина, скрестив руки. Он ничего не говорил, но Яра видела, как напряжены его плечи.
— Она справится, — сказала она.
— Надеюсь.
И тут случилось непредвиденное, Джакс упал.
Он стоял у стены, держа в руках сумку с припасами, которую собирался отнести к выходу, — и вдруг пошатнулся. Сумка выпала из его рук. Он схватился за горло, захрипел, и Яра увидела, как его вены начали темнеть — прямо на глазах. Чёрные линии поползли от запястий к локтям, и в глубине его зрачков вспыхнул знакомый синий свет.
— Джакс! — Яра бросилась к нему.
Он упал на колени, схватившись за голову. Его тело сотрясала дрожь, вены пульсировали, на висках выступил пот.
— Он... он пытается... — прохрипел Джакс. — Лэндор... он в моей голове... он хочет...
Яра опустилась рядом с ним. Она знала, что делать. Она уже делала это раньше. Она положила ладонь на его щёку.
Она больше не была в гостиной. Вокруг была пустота, вязкая темнота, как густой туман. Джакс был где-то рядом, она чувствовала его — он сопротивлялся, он боролся. Но не с ней. С ним. С тем, кто вторгся в его разум.
И она увидела Лэндора.
Вернее, то, чем он был на самом деле.
Это не было человеческое тело. Это была огромная тень — высокая, плотная. Очертания, напоминающие человеческую фигуру. И лицо. Лицо Лэндора — искажённое, плывущее, как отражение в мутной воде. И глаза — горящие синим, тем самым, что Яра видела у Джакса, но в тысячу раз ярче. Древние. Холодные. Нечеловеческие.
Стоя между ним и Джаксом. Она не думала — просто встала, заслоняя друга собой.
— Как ты посмела встать между мной и потомком? — голос Лэндора был низким, вибрирующим, как гул подземных пещер. Он не звучал в ушах — звучал прямо в голове. — Ты — букашка. Ты — потомок Первых. Я их всех истребил. Почти всех. А теперь ты. Скоро ты узнаешь всю мощь Золов.
Он шагнул к ней — его тень надвинулась, как волна, — и схватил её за горло. Яра почувствовала ледяные пальцы на своей шее — не физически, но она чувствовала. Дыхание перехватило. Его синие глаза смотрели ей прямо в душу.
— Ты думала, только ты умеешь читать людишек? — прошептал он. — Ты — ничто. Твой дар — жалкая искра по сравнению с моим. Я проникал в сознания, когда твои предки ещё не знали, что такое речь. И сейчас я проникну в твоё.
Он попытался. Яра почувствовала, как тьма хлынула на неё, пытаясь пробиться в сознание. Его воля была огромной — древней, тяжёлой, как каменная плита. Но что-то мешало ему. Что-то внутри неё сопротивлялось — не просто её воля, а что-то ещё. Что-то, чего Лэндор не ожидал. Он не понимал. Его глаза сузились, и в них мелькнуло — на долю секунды — замешательство.
И тогда Яра сделала отчаянный шаг. Она не стала защищаться. Она сама схватила его — за голову, за эту колышущуюся тень, — и ворвалась в его сознание.
Она увидела всё.
Илэйн. Связанная. В подвале их дома. Она знает, что он всё понял. Что она помогала команде. Что она украла кристаллы. Что она отправила дочь на Марс. Он в ярости. «Ты предала меня. Но я найду их. Я уже знаю, где они. Твой старый друг Альтаир. Его маленькая девчонка. Я иду за ними. А потом я найду нашу дочь. И она станет истинным потомком Золов. Я сделаю это — и ты будешь смотреть, как она становится одной из нас».
Илэйн молчит. Она не выдаёт их. Но Лэндор уже знает. Он чувствует их. Он идёт.
А потом Яра увидела, как Лэндор выходит из дома. Один. Без стражи. Он идёт через перевал — быстрее, чем обычный человек. Он знает дорогу. Он знает, где находится убежище Илэйн. И он уже близко. Очень близко.
Яра попыталась отпустить его. Разорвать связь. Но он держал — его тьма цеплялась за неё, не давая уйти. И вдруг — синева в его глазах погасла. На мгновение он стал почти человеком — тень рассеялась, и перед ней оказалось лицо Лэндора. Обычное. Человеческое. Но в его глазах стояло недоумение.
Он смотрел на Яру, и его губы шевельнулись.
— Лира?..
Это было едва слышно — выдох, шёпот, вопрос. Имя, которое он не произносил тысячи циклов. Он узнал что-то в ней. Что-то, чего сам не ожидал.
Связь оборвалась.
Яра отдёрнула руку.
Она вернулась в реальность. Гостиная. Камин. Команда вокруг. Джакс без сознания на полу. Альтаир держит её за плечи.
— Яра! Яра, ты слышишь меня?!
— Да. — Её голос был хриплым. — Я слышу.
— Что ты видела?
Она обвела взглядом комнату. Все смотрели на неё.
— Он идёт сюда. Сейчас. Он знает, где мы. Он пытал Илэйн — она жива, но он держит её. Он хочет превратить их дочь в Зола. И он... — она запнулась. — Я видела его. Настоящего. Он — тень. Огромная тень с синими глазами. Он схватил меня за горло. Он пытался проникнуть в мой разум, но у него не получилось. И тогда я... я схватила его. Я увидела всё, что он делал. А потом он посмотрел на меня и сказал...
— Что? — спросил Альтаир.
— Он сказал: «Лира». Как будто узнал меня. Или кого-то во мне. А потом связь оборвалась. Он здесь. Он идёт.
Альтаир встал. Его лицо превратилось в маску ярости — холодной, смертельной.
— Я убью его.
— Мы не знаем как, — резко сказал Орион. — Он древний Зол. Обычное оружие может не подействовать.
— Тогда я выясню это опытным путём.
— Альтаир! — Ирис шагнула к нему. — Если ты сейчас вступишь с ним в бой, мы потеряем всё. Мы не готовы. Мы не знаем его слабостей.
— Мы знаем одно, — тихо сказал Орион. — Он не смог проникнуть в сознание Яры. И он узнал в ней Лиру. Это значит, что у неё есть сила, которую он не понимает. И это наше преимущество.
— Но не сейчас. — Тарен указал на Джакса. — Он без сознания. Илэйн в плену. Мы не можем принять бой в таких условиях.
Альтаир посмотрел на Яру. Она видела, как в нём борются ярость и разум. Наконец он кивнул.
— Уходим. Все. Сейчас. Берём только необходимое. Через перевал — к туннелям. Если Лэндор идёт сюда, он не должен нас застать.
— А Илэйн? — спросила Яра.
— Мы вернёмся за ней.
Команда начала собираться. Тарен подхватил сумки, Ирис взяла оружие. Яра помогла поднять Джакса — он всё ещё был без сознания, но дышал ровно. Шнырь, непривычно тихий, переливался тревожным фиолетовым и сканировал периметр.
Они почти успели.
Альтаир уже открыл дверь, когда снаружи раздался звук — тяжёлые шаги по камню. Близко. Слишком близко.
— Он здесь, — прошептал Шнырь. — Прямо за дверью.
Альтаир отступил в тень.
— Прячемся. Быстро. Ни звука.
Они рассредоточились по дому. Яра прижалась к стене в коридоре, чувствуя, как колотится сердце. Альтаир стоял рядом — его рука лежала на рукояти Клинка Зари. Он не двигался. Он ждал.
Снаружи раздался голос Лэндора — низкий, холодный, полный ярости:
— Я знаю, что вы здесь. Выходите. Или я заставлю вас!
Дверь распахнулась, и на пороге возникла его фигура — высокая, облачённая в тёмный плащ, с холодными глазами, в глубине которых уже разгорался синий огонь. Он не оглядывался по сторонам.
— Глупцы, — произнёс он негромко, почти лениво. — Вы думали, я не смогу почувствовать своего?
Он прошёл через гостиную, не глядя на разбросанные карты и голограммы, мимо камина, в котором ещё тлели угли, и остановился у стены, за которой, в коридоре, замерла команда. Но он не повернул туда. Он повернул в другую сторону — туда, где на полу, прикрытый одеялом, лежал без сознания Джакс.
— Вот ты где.
Джакс открыл глаза. Резко, как от удара. Его тело выгнулось дугой, вены вспыхнули чёрным, и он закричал — коротко, сдавленно, прежде чем Лэндор схватил его за горло и поднял на ноги.
— Обратись, — приказал он. Голос его был низким, вибрирующим, как гул подземных пещер. — Прими свою природу. Стань тем, кем ты должен быть.
— Нет! — Джакс сопротивлялся. Его руки дрожали, вены пульсировали, но он держался. Он цеплялся за что-то — за воспоминание о Яре, о её прикосновении на Марсе, о том, как она вытащила его из тьмы. — Я не ты. Я не стану тобой.
Лэндор смотрел на него. Синие глаза сузились, и в них мелькнуло что-то похожее на уважение.
— А ты сильнее, чем я думал. Ты никакой не потомок, раз выбрал другую сторону. — Он помолчал. — Жаль. Из тебя вышел бы хороший Зол.
И без раздумий всадил нож ему в спину.
Джакс захрипел и начал оседать на пол. Его глаза на мгновение встретились с глазами Яры — она видела их из коридора, — и он одними губами произнёс: «Прости». А потом рухнул. Лэндор выпустил его, даже не глядя, как тот падает. Он уже развернулся — потому что из коридора, с Клинком Зари в руке, вылетел Альтаир.
— А вот и главный, — произнёс Лэндор, и его губы растянулись в улыбке. — Наконец-то. Я столько слышал о тебе. Охотник за реликвиями. Последний из рода.
— Ты заплатишь за всё, — голос Альтаира был низким, в нём звенела сталь. — За Илэйн. За Джакса.
— О, ты даже не представляешь, за что я должен заплатить, — усмехнулся Лэндор. — Но ты всё равно не сможешь меня остановить.
И они сошлись.
Первый удар Альтаира был таким быстрым, что Лэндор едва успел отступить. Клинок Зари рассёк воздух, оставляя золотой след. Второй — с разворота — заставил Лэндора отшатнуться к стене. Третий — прямой, в грудь — был заблокирован и по комнате разнёсся гул оружия.
Яра, прижавшаяся к стене в коридоре, видела всё. Ирис, Тарен и Орион выскочили следом и бросились к Джаксу. Он был ещё жив — кровь текла по его спине, но он дышал, хрипло, прерывисто. Орион уже доставал регенератор, Ирис прижимала ткань к ране. Тарен стоял над ними, сжимая импульсник, готовый защищать.
— Уходите! — крикнул Альтаир, не оборачиваясь. — Сейчас же!
— Альтаир... — начала Ирис.
— ЭТО ПРИКАЗ!
Они колебались лишь мгновение. Ирис и Орион подхватили Джакса — он был тяжёлым, обмякшим, но они потащили его к выходу. Тарен прикрывал их сзади.
Лэндор проводил их взглядом.
— Далеко они не уйдут, — сказал он, отражая очередной удар Альтаира. — Но сперва — ты. А затем — девчонка. Кассиан был прав про неё. Она — один из ключей в нашей залаче. И я получу её.
— Только через мой труп, — прорычал Альтаир.
— Как скажешь.
Шнырь висел в воздухе, переливаясь тревожным красным. Он не знал, что делать. Он видел, как Яра стоит у стены — и не уходит.
— Искра, уходим! — крикнул он. — Ты слышала капитана!
— Шнырь, послушай — Её голос был спокойным, почти неестественно спокойным. — Соединись с моим навигационным браслетом. Настрой его на мой сигнал. Вы должны бежать. Как можно дальше.
— Я не оставлю тебя! — сфера стала ярко-красной. — Капитан мне этого никогда не простит! И я себе не прощу! Ты — Искра! Ты — часть команды! Я не могу!
— Ты должен. — Она повернулась к нему. — Верь мне, Шнырь. Я вернусь. Я обещаю. Но сейчас — лети. Я кое что придумала.
Шнырь задрожал, переливаясь из красного в фиолетовый, потом в синий. Он не мог плакать. Но если бы мог — он бы заплакал.
— Я записал, — прошептал он. — «Искра обещала вернуться». С пометкой «Важно». Три восклицательных знака.
— Я знаю.
Он соединился с её браслетом, и навигационный сигнал запульсировал в такт его собственному. Потом он рванулся к двери, догоняя Ирис и Ориона. Яра осталась одна в коридоре.
Она увидела бой.
Альтаир двигался, как танцор. Как хищник. Клинок Зари пел в его руках, оставляя в воздухе золотые дуги. Он был точен — каждое движение выверено, каждый удар смертелен. Его ярость была холодной, контролируемой, и на мгновение Яра залюбовалась им. Как тогда, на Марсе, когда она смотрела на его тренировку через дверь. Только теперь это был не тренировочный зал. Это был настоящий бой. И он был прекрасен.
Лэндор отступал. Альтаир теснил его — удар за ударом, шаг за шагом. Клинок Зари рассёк его плечо, и Лэндор вскрикнул — не от боли, от неожиданности. Его кровь была чёрной. Она зашипела на полу.
— Ты неплох, охотник, — прошептал он. — Но ты не знаешь, с кем связался.
Следующий миг, его человеческая оболочка пошла рябью, как вода, в которую бросили камень. И из неё вырвалась тьма. Огромная, колышущаяся, как столб чёрного дыма. Тень, и глаза — синие, горящие. Альтаир ударил — и Клинок Зари прошёл сквозь пустоту. Тень колыхнулась, но не рассеялась. Лэндор засмеялся — низким, вибрирующим смехом, от которого завибрировали стены.
Альтаир ударил снова. И снова промахнулся.
— Не ожидал? — голос Лэндора звучал отовсюду и ниоткуда. — Я говорил тебе. Ты не знаешь, с кем связался.
Тень замахнулась. Альтаир отступил, готовясь к удару. И в этот момент Яра прыгнула.
Она не думала — просто бросилась вперёд, используя стол как трамплин. Оттолкнулась, пролетела над полом, коснулась плеча Альтаира — и активировала диск. Вспышка. Лэндор обрушил удар на пустое место — каменный пол треснул там, где они только что стояли.
Их выбросило в темноте.
Туннели, в которых они оказались, были вырубленными в скале много циклов назад. Стены покрывал светящийся мох — тот самый, что Яра видела на перевале. Он мерцал мягким голубоватым светом, разгоняя тьму ровно настолько, чтобы видеть на много шагов вперёд. Где-то глубоко под ними шумела подземная река, и её гул отдавался в камне низкой, непрерывной вибрацией. Каменный пол был влажным, воздух — прохладным и пахнущим минералами. С потолка свисали сталактиты, и светящийся мох оплетал их, создавая причудливые узоры, похожие на звёздное небо.
Яра больно ударилась плечом, но не выпустила Альтаира. Он лежал рядом, оглушённый, тяжело дыша.
— Живой? — прошептала она.
Он открыл глаза. В голубоватом свете мха его лицо казалось бледным, но взгляд был ясным.
— Живой.
— Мы выиграли время.
— Где мы?
— Судя по координатам на браслете — в туннелях. Недалеко от того места, где должны были встретиться с торговцами.
Альтаир сел, поморщился. Доспех на плече был разорван — Лэндор всё-таки задел его.
— Ты спасла мне жизнь.
— Ты тоже меня спасал. Много раз. — Она чуть улыбнулась. — Будем считать, что мы в расчёте.
Он ничего не ответил. Но его рука нашла её руку в темноте — и сжала. Коротко. Молча. И этого было достаточно.
Яра активировала браслет. Навигационный сигнал запульсировал, и через несколько секунд в эфире раздался голос Шныря — взволнованный, срывающийся:
— Искра! Искра, ты жива! Я знал! Я верил! Капитан с тобой?! Вы целы?!
— Мы целы, Шнырь. Оба. Где вы?
— Мы в туннелях, идём по твоему сигналу! Но мы идём медленно! Джакс... ему плохо! Очень плохо! Орион говорит, что регенератор не справляется! Нужно время! Ирис и Тарен тащат его! Мы идём к вам, но мы не успеваем! Диск на перезарядке.
— Успеете. Веди всех по навигации. Мы идём к вам навстречу.Сказал Альтаир
— Понял! Я веду! Я всегда веду! Искра, капитан, ждите нас!
Яра отключила связь и повернулась к Альтаиру.
— Нам нужно идти. Они близко, но Джакс плох. Если мы встретим их — поможем донести его.
— Тогда вперёд.
Они двинулись через туннели. Светящийся мох освещал путь и в этом свете всё казалось призрачным. Альтаир, превозмогая боль в плече, шёл вперёд. Яра освещала путь волной — её золотой свет смешивался с голубым.
Они шли быстро, почти бежали, и вскоре вдалеке показались огни — световые маячки команды.
— Вот они! — Яра ускорилась.
Она уже видела их в голубоватом полумраке: Ирис и Тарен тащили Джакса, Орион прикрывал их сзади, Шнырь летел впереди, освещая путь своим собственным светом. Они были измотаны, но шли. Джакс висел на плечах товарищей.
Лэндор. Он появился из бокового туннеля — тёмная фигура, колышущаяся, как сгусток тьмы, на фоне голубого свечения мха. Он двигался быстро и направлялся прямо к команде.
— Они не успеют, — прошептала Яра.
Альтаир шагнул вперёд, но она остановила его.
— Ты ранен.
— Я дойду.
— Нет. — Она посмотрела ему в глаза. — Я должна.
И в этот момент она услышала голос. Тихий, далёкий, но отчётливый. Женский. Знакомый.
«Трава помнит. И ты помни».
Диск в её руке закрутился сам. Не первый круг, который они использовали раньше, — второй. Тот, что перемещает на дальние расстояния, но Орион не смог расшифровать, никто не знал, как активировать. Он светился золотым, и шестерёнки внутри него вращались с тихим, мелодичным звоном.
Альтаир посмотрел на Яру. На её глазах снова появилась та самая пелена — серебряная, дрожащая, как во время серебряного дождя.
— Трава помнит, — тихо сказала она. — И ты помни.
— Нет, — Альтаир шагнул к ней. — Яра, нет!
Он потянулся, пытаясь схватить за руку, но она уже активировала диск. Вспышка золотого света озарила туннель. Яра переместилась — прямо перед Лэндором, заслоняя команду собой. Её силуэт возник из золотой вспышки.
— ЯРА! — крик Альтаира разнёсся по туннелям, отдаваясь эхом от каменных стен.
Тень Лэндора замерла. Синие глаза обратились к ней — две горящие точки в голубом полумраке. И в наступившей тишине, нарушаемой только гулом подземной реки, раздался его голос — низкий, вибрирующий, полный холодного интереса:
— А вот и ты. Та, кого я ждал тысячи циклов.
Яра стояла перед ним, сжимая в одной руке волну, в другой — диск. Её сердце колотилось, но она не отступила.