Утро в Ивановке началось, как всегда, «весело»:
— А я вам говорю, что вы на мою территорию поставили эту часть забора! – раздалось неподалёку. — Кнопка, фу, говорю!
Тонкий и звонкий женский голос пытался перекричать оглушительный лай собаки.
— Отставить! Ваша яблоня мне все помидоры затеняет, а куры вытаптывают посадки! Это компенсация за неудобства! – отвечал не менее раздражённый низкий мужской голос с хрипотцой.
— Убирайте! Ничего не знаю, мои куры на месте!
— Стой, руки вверх! – ответил тот же голос. — Обратно шагом марш!
— Да что вы мне тут?! Солдафон!
— Молчать! Я на вас управу найду! – Бах! Грохнул выстрел.
Собака взвизгнула и… всё стихло.
Дома Лидии Семёновны и Ивана Петровича стояли рядом – живя бок о бок больше года, они никак не могли найти общий язык, и грызлись, как кошка с собакой. Но чтобы пустить в дело ружьё – такого ещё не было.
— Вы… Вы в своём уме?! – послышался испуганный женский голос, когда дым рассеялся.
Лидия поднялась с земли и, стряхивая землю с подола юбки, бросила сердито:
— Я на вас в полицию пожалуюсь! И в БТИ! И в суд! И…
— Отставить! Как говорил наш замполит: Если враг не сдаётся, обойди с тыла! Вы эти 10 см даже не заметите, а у меня помидора поспеет нормально. И угомоните, в конце концов, свой личный состав!
— Кого?! – растерялась Лидия.
— Свою недособаку и курей, иначе приму меры посерьёзнее ваших!
— Да вы!.. Да я!.. – растерялась женщина.
— Кругом марш! – рявкнул Иван Петрович, оставив ошалевшую женщину одну.
До следующего утра непримиримые соседи угомонились, пока на всё село не раздалась «сирена» голоса Лидии.
— Изверги! Убийцы! – верещала она и бегала по участку с круглыми от ужаса глазами, останавливаясь лишь для того, чтобы разрыдаться в платок.
На крики выглянул Иван Петрович и недовольно сморщился.
— Отставить шум! – сказал он громко, подойдя к забору. — Докладывайте!
— Курицу!.. Курицу… Ваш кот… – прерываясь всхлипываниями, бормотала Лидия.
— По уставу! Чётко! Что случилось?
— Курицу задушил кот ваш. – наконец, выдавила из себя Лидия Семёновна, вытирая слёзы.
Иван Петрович нахмурился и замер. Потом выпятил квадратную челюсть и почесал в бритом затылке:
— Тэкс… – он осмотрелся, но нигде кота не увидел. — А с чего вы взяли, что это Генерал сделал?
— А кто ещё? Кроме вашего кота «в законе», больше некому! Возместите!
— Чего?.. – протянул мужчина.
— Я говорю, верните стоимость курицы! Ваш кот, значит, вам и рассчитываться.
— Отставить! И не подумаю! – он развернулся и направился к дому.
— Ах, так?! Тогда… Пеняйте на себя! Я отраву рассыплю, и пусть только попробует сунуться!
— Отбой! – крикнул бывший военный и скрылся в дверях.
Около часа Лидия рассыпáла по земле какой-то порошок. Особенно густо покрыла траву у курятника, а кур заперла. Свою таксу посадила дома под замок, чтобы ненароком не наглоталась, и села у окна – наблюдать и предотвращать поползновения врагов. О том, что это обычный перец, решила никому не говорить.
Иван Петрович, на удивление, вёл себя тихо, да и по участку ни у Лидии, ни у него никто не ходил. Зевая, Лида покинула пост наблюдения и легла спать. Утром, как обычно, собралась на работу, вот только с замком совладать не смогла. Женщина раздражалась всё сильнее, и вдруг ключ обломился прямо в руках. Из-за забора послышалось удовлетворённое хмыканье, и она обернулась. Бритая макушка соседа скользнула вдоль забора и скрылась в зарослях черноплодки.
Она рванула к забору и крикнула:
— Ваших рук дело, да? Решили так мне отомстить, вместо того, чтобы извиниться и вернуть мне деньги?
Он выпрямился и, выпятив нижнюю челюсть, сказал:
— А вот когда Генерал вернётся, тогда и поговорим.
— А как мне до этого дом закрывать?
— Не мои проблемы. – буркнул сосед и развернулся.
Лидия безмолвно выругалась и швырнула в него остатком ключа. Иван даже не обернулся.
Пришлось вызывать мастера, который сменил замок полностью. Личинка была залита клеем и ремонту не подлежала. Лидия снова с ненавистью глянула в сторону противного соседа и побежала на работу, по пути сокрушаясь, за какие грехи ей такое «счастье» досталось – на старости лет делить соседство с этим хмырём.
Через неделю вечером, по дороге домой, Лида с удивлением увидела, как Иван Петрович клеит объявления на столбы, с любовью разглаживая фото кота. Увидев соседку, он смущённо провёл по глазам и резко нагнулся к ведёрку с клеем. Вдруг она услышала, как сосед крякнул и застыл в согнутом положении, а изо рта его вырвался громкий стон.
— Довыделывался? Так тебе и надо! – бросила она и пошла дальше. — Чтоб тебе век не разогнуться за твою вредность, изверг! – плюнув в его сторону, Лида вошла в дом.
Однако, чувство тревоги заставило её выглянуть за дверь: Иван Петрович так и стоял в позе садового гномика, а из глаз его капали крупные слёзы.
— Чего это он? Правда, что ли, плохо? – сказала она себе под нос и нашла в аптечке мазь от радикулита.
Уже подходя к столбу, увидела, как сосед медленно, со стоном, стал заваливаться на бок и, рухнув на землю, громко взвыл. Багровое лицо его было мокрым, губы дрожали, и Лида поняла – Ивану очень больно. Она глубоко вздохнула, и сдвинув брови, сказала тихо:
— Дайте руку. – Он сжал губы, недоверчиво глядя на соседку. — Я не кусаюсь. Хочу помочь.
Иван протянул ладонь, и Лидия Семёновна, забросив тяжёлую мускулистую руку себе за шею, медленно подняла мужчину с земли и тяжело пошла с ним до дома.
Уже в доме, когда сосед с криком приземлился на диван, она спросила:
— Где ваш телефон?
Он показал на стол, и Лида быстро набрала номер скорой, а потом скомандовала:
— Рубашку поднимите!
— Зачем это? – испуганно спросил Иван Петрович.
— Укол сделаю! – соврала Лида и усмехнулась, держа руку в кармане.
Лицо мужчины из багрового мгновенно превратилось в жёлтое, а потом в белое. Сухими губами он спросил:
— Укол?! Какой укол?! Н-не надо…
Лидия захохотала:
— Вот так вояка! Грозный и страшный, а уколов боится!
— Так я не уколов, а вас боюсь! Вам ведь ничего не стоит меня отравить! Если уж вам кота не жалко…
— Не трогала я вашего кота. – ответила Лида и достала баночку с мазью. Когда крышечка открылась, в нос ударила жуткая смесь запаха скипидара и лаванды. Иван простонал:
— Вы точно меня прикончить хотите! Лучше пристрелите сразу, как честного гусара! – он спрятал нос в подушке.
— Молчите. Скажите спасибо, что не бросила вас, хотя стоило бы за вашу вредность.
— Это я вредный?! – он дёрнулся, но, заскулив от боли, рухнул обратно. — Кто бы говорил!
— Отставить разговоры! – ответила Лида и накрыла мужчину пледом. — Лежите, я скорую встречу.
Когда Лида вернулась, то испуганно замерла на пороге: лицо соседа разнесло так, что половина превратилась в бесформенную массу, глаз заплыл, а из горла вырывался хрип.
— Что это?!.. – только и смогла выпалить Лида.
В этот миг в комнату зашли врачи.
— Что вы дали ему?!.. — возмущённо выкрикнула врач.
— Н-ничего… В-вот… – заикаясь, ответила Лида и показала банку с мазью.
— Вы с ума сошли! Это аллергия! – они быстро сделали несколько уколов, потом выписали рецепт и уехали, оставив указания по лечению.
Лидия сжала ладони и замерла. В полной тишине желудок Ивана заурчал от голода. Он смущённо зажмурился одним глазом.
— Вы ели сегодня что-нибудь? – спросила Лидия Семёновна.
— Не до этого было… Я кота искал… – смущённо ответил мужчина.
— Никуда не уходите, – попыталась пошутить она и убежала к себе.
Пришлось кормить Ивана с ложечки. Глядя, как умело женщина орудует столовым прибором, он выдал:
— Наслаждаетесь своей властью надо мной, да?
— Когда я ем, я глух и нем. Вас этому не учили в детстве?
Иван Петрович сдвинул брови:
— Суп не отравлен?
— Ещё одна провокация, и я всё брошу. Потом придётся катафалк вызывать.
— Зачем?
— Для вас! Окочуритесь тут без еды! – она фыркнула.
— И вы позволите? И не ёкнет ничего? – прищурив не заплывший глаз, спросил Иван.
— С чего бы? Вы-то наверняка меня бы бросили.
— Не говорите за других. – ответил Иван Петрович, и будто невзначай, коснулся пальцами её руки. Потом взглянул ей в лицо и прошептал: — Спасибо…
Через две недели, когда Иван почти поправился, они сидели на веранде и пили чай. Генерал вернулся через неделю, худой, но гордый. Кнопка сначала боязливо косилась на него, а потом так привыкла, что позволяла коту спать на своей подстилке.
Через месяц Иван преподнёс Лидии кольцо. Она долго его рассматривала и спросила:
— Не пойму, из чего оно?
— Помнишь ключи, которые ты бросила в меня?
— Да.
— Это они. – Иван взял женщину за руку и внимательно посмотрел в глаза. — Выходи за меня, Лида.