"... Когда Игорь пришёл домой, чтобы поговорить с женой, её дома не оказалось. Он пошёл к соседке, и та, заикаясь произнесла:
- Ты только, Игорек, не волнуйся и не переживай. Я видела, как Олимпиада выходила из подъезда с каким-то высоким чернявым мужчиной. Я его раньше никогда не видела. Может, это родственник какой-нибудь... Не знаю ..."
Читайте: Благословенная
Хоть и обещал Игорь приехать летом в родную деревню, ничего у него не вышло. И дело было не в нём. Новый год принес "сюрпризы". Начались они уже в конце января с пресловутой "Павловской" реформой, когда миллионы людей лишились своих накоплений. Сбережения, копившиеся годами, обесценились, попросту сказать - превратились в пыль. Затем началась небывалая инфляция. Такая, какой до этого ещё не видели. Цены росли со скоростью света, причём менялись каждый день. С прилавков Воропаевского сельпо исчезли все продукты, включая спички и мыло. Мало того, ввели талоны на продукты, и теперь в деревне выстраивалась длинная очередь.
Закончился год декабрьским соглашением в Беловежской пуще, что находилась в пятистах километрах от Воропаевки. Согласно соглашению большая страна под названием союз Советских Социалистических Республик перестала существовать. Вместо этого возникло Содружество Независимых Государств. Но все люди понимали: того, что было, больше не будет...
*****
Хоть Игорь и жил на Севере, считавшимся "лакомым" куском из-за нефтяной отрасли, проблемы были и там. Поэтому Игорь не смог приехать. Он только писал письма матери и друзьям, обещая, что, когда что-то прояснится, когда станет полегче, он обязательно приедет.
На самом деле Игорь навестить мать и друзей собирался, но Олимпиада категорически была против.
- Мы только зимой были в твоей Богом забытой деревне. А сейчас снова на билеты тратиться придётся? - уставилась она на мужа. Но зная, что на того её слёзы действуют более убедительно, чем угрозы и упреки, всхлипнула: - Я и так не знаю, как мы дальше будем жить, а ты рвёшься в свою Воропаевку...
- Но я обещал маме помочь сено заготовить, - неуверенно ответил Игорь. - Ты ведь знаешь, что отчима зимой не стало, она совсем одна осталась...
- В следующем году поедем, может, станет полегче, чем сейчас. А мама твоя, между прочим, не одна в деревне живёт, а с соседями. Вот пусть они ей и помогают. К тому же у тебя друзья в деревне. Ты ведь сам говорил, что здесь, на Севере, у тебя только приятели, а настоящие друзья в деревне. Пусть и помогут твоей маме. Ты намекни им в письме, а они дальше сами догадаются, что твоей матери помощь требуется.
И Игорек послушал жену, написав друзьям, что в связи с непонятной обстановкой его визит откладывается на неопределенное время. То же самое он сообщил и матери. Валентина, получив от сына известие, слез сдержать не могла. И Ване, и Сане, помогавшим ей косить сено, жаловалась:
- И за что это моему сыну такая жена досталась, хлопчики? За какие такие грехи ему уготовано было с этой Олимпиадой связаться? Он ведь у меня и хваткий, и работящий, и добрый, а вот как угораздило его вляпаться.
Валентина продолжала причитать, а Саня и Ваня только переглядывались. Когда остались одни, Ваня себе под нос пробубнил:
- Наверное, Игорьку нашему суждено пройти такой же путь, как и его матери. Только она терпела до тех пор, пока Павел Богу душу не отдал. Хватит ли у Игоря столько терпения? Это вопрос.
- Будем надеяться, что он прозреет раньше, - ответил Саня. - Думаю, что после того, когда все прихоти своей разлюбезной Олимпиады выполнить не сможет. Тогда она бросит его, и ему просто придется "прозреть". Правда, больно всё это будет... Тяжело, очень тяжело пережить предательство близкого человека.
*****
Всё вышло так, как предсказывали друзья. Игорь старался сделать так, чтобы его любимая Олимпиада ни в чём не нуждалась. Но деньги начали задерживать, а потребности молодой жены росли. Игорь ходил в одних брюках и в поношенном свитере, чтобы его жена могла себе купить новую кофточку, юбку или брюки. Но Олимпиада всё равно была недовольна.
- Игорь, сколько мы ещё будем так жить? - всё чаще спрашивала она. - Тебе отдают деньги тогда, когда они уже обесценились. На них только еду и можно купить, да и то хватает на самое необходимое. Ты видишь, что некоторые своё дело открывают, давай и ты шевелись.
Но Игорь не послушал жену. Он считал, что все трудности временны, что скоро всё станет на свои места.
- Потерпи ещё немного, - говорил он. - Не одним нам с тобой сейчас трудно, а всем людям. Но всё должно наладиться. Вот увидишь, Олимпиада, ещё год или два - и всё будет так, как раньше.
Но Игорь ошибся. Время шло, а ничего не менялось, точнее, становилось только хуже. В июле 1993 года была принята федеральная программа закрытия "неперспективных шахт". Люди начали уезжать с Севера. Когда Игорь пришёл домой, чтобы поговорить с женой и чтобы сообщить ей новость, Олимпиады дома не оказалось. Он пошёл к соседке, и та, заикаясь произнесла:
- Ты только, Игорек, не волнуйся и не переживай. Я видела, как Олимпиада выходила из подъезда с каким-то высоким чернявым мужчиной. Я его раньше никогда не видела. Может, это родственник какой-нибудь... Не знаю...
... С женой Игорь встретился ещё раз в суде, когда состоялось расторжение их брака. Была она одна, и он тихо спросил:
- Почему же ты сбежала? Почему не поговорила и ничего не сказала?
- А зачем? Я ведь знаю, что ты начал бы уговаривать меня подождать ещё немного, начал бы упрашивать остаться, - преспокойно ответила Олимпиада, окинув Игоря холодным взглядом. Она была уверена в своей неотразимости и в том, что человек, с которым она собирается развестись, в ней души не чает.
... После развода Игорь купил спиртное и вместе с приятелем Митей "заливал" своё горе. Когда тот поинтересовался, куда Игорь отправится, ведь шахту скоро закроют, Игорек ответил:
- Куда глаза глядят. У меня в деревне мама живёт и друзья, но туда я точно не поеду. Стыдно будет, ведь я говорил, что разбогатею, вернусь с деньгами. А получилось, что и жену потерял, и работу. Подамся куда-нибудь. Белый свет большой. Деньги нам выплатят, открою что-нибудь своё. Если не получится, так хоть попробую. Всё равно терять мне нечего.
*****
Билет у Игорька был до Смоленска. И хоть оттуда до границы с Беларусью рукой подать, решил остановиться Игорь в городе-герое Смоленске. Поначалу хотел хотя бы на один день заскочить домой, чтобы увидеть мать и друзей, но потом решил, что появится дома позже, когда снова будет твердо стоять на ногах. Считал он, что приехать домой вот так, оставшись без работы и жены, стыдно.
На те деньги, что он с собой привез, снял комнату и устроился на рынок, где начал торговать всякой мелочевкой. И за год смог увеличить товарооборот в два раза. Прибыль не тратил, а покупал больше товара. Часть денег по-прежнему отправлял матери, и Валентина всем в деревне говорила, что её сын добывал нефть, а теперь "заделался" бизнесменом и скоро приедет в родную Воропаевку.
Игорь приехал, но не так, как ожидала Валентина. На его торговую точку на продовольственном рынке, как и на торговые места других людей был совершен самый настоящий налет. Молодые ребята в масках появились неожиданно и начали всё крушить, заявив, что покажут всем "торгашам", где раки зимуют. А чтобы подобное не повторилось, им должны платить, и не просто отдавать мизерную часть прибыли... Это должен быть процент, причём далеко не маленький.
Игорь начал сопротивляться, не дав одному здоровяку перевернуть своё торговое место, но на помощь к "товарищу" подоспели приятели. Последнее, что помнил Игорь, голоса и крики вокруг, а потом у него перед глазами всё смешалось...
Когда он открыл глаза, то был удивлен: возле него сидела мама.
- Мама, как ты здесь оказалась? - удивился он. - Кто тебе рассказал, где я?
- Ты пока ничего не говори, - попросила Валентина. - Это не так важно. Главное, сынок, что тебе лучше. Поправляйся - и поедем домой. Что хочешь делай, но здесь я тебя не оставлю.
- Как ты смогла сюда приехать? Где остановилась?
- Не волнуйся же, говорю, - ответила Валентина, вытирая слёзы. - Друзья твои помогли - Ваня и Саня. Денег мне дали, чтобы я отправиться в Смоленск смогла. А то, что у тебя мать в Воропаевке живет, ты сам в больнице сказал, когда на какое-то время в сознание пришёл. Просто, наверное, не помнишь. Ох, сынок, ты мой, сынок...
... Сначала Игорь сопротивлялся и ехать никуда не хотел.
- Я здесь обосновался, а в деревню ехать стыдно. Да и чем мне там заниматься? - спросил он у матери.
- Тем же, чем и здесь, - ответила она. - Хочешь торговать, торгуй себе на здоровье. У нас спокойно, никто ни на кого, к счастью, не нападает.
Пока Игорь раздумывал, к нему в больницу приехали Ваня и Снежана. У них был очередной отпуск.
- Без тебя я в Воропаевку не вернусь, - заявил Ваня. - Иначе мне Саня голову открутит. Так и сказал. Сам он приехать не смог, потому как в деревне лето - самая горячая пора, но ты и сам это знаешь. Так что, если не хочешь потерять друга, поедешь с нами. Отказ не принимается!
И Игорь вместе с мамой, Снежаной и Ваней вернулись в Воропаевку. Шёл 1995 год, и Игорю предстояло начать всё с самого начала.