Если вы когда-нибудь слышали имя «Спартак», то в голове скорее всего возник образ мускулистого парня в шлеме с фильма Кубрика или какой-нибудь клип с балетом Хачатуряна. Но за всей этой красивой картинкой стоит реальная история, от которой у римских сенаторов седели волосы.
Представьте себе: небольшой отряд вооружённых рабов раз за разом громит войска самой могущественной державы Средиземноморья, проходит всю Италию вдоль и поперёк и держит Рим в страхе целых три года. И всё это — без поддержки извне, без нормального оружия и без единого шанса на победу. Атмосферно, правда?
Давайте разберёмся, что там на самом деле произошло.
Кто он вообще такой, этот Спартак?
Начнём с биографии. Тут историки не бьются в истерике от неизвестности, но точных данных не так много. Родился он где-то около 110 года до нашей эры в землях Фракии — примерно на территории современной Болгарии. Был он из племени медов, что звучит как название музыкальной группы, но на деле воинственный горный народ.
Дальше пути-дорожки разводят учёных в разные стороны. Согласно одной версии, Спартак служил наёмником в римской армии, потом дезертировал, влип в разбойную историю и был продан в рабство. По другой — он попал в плен к римлянам во время войны и уже так оказался на невольничьем рынке. В любом случае, финал у всех один: мужика с боевым опытом отправляют в школу гладиаторов в Капуе, где учат убивать за деньги и аплодисменты.
Тут важно сказать пару слов о том, что такое вообще гладиаторы. Это не бравые ребята в красивых доспехах, которые сражаются за честь и славу. Это рабы, которых тренируют убивать друг друга на потеху толпе. Жестоко, грязно, и шансы выжить — небольшие. В общем, место, откуда хочется бежать, даже если на улице тебя будут ловить, чтобы казнить.
Именно это Спартак и сделал.
Побег и первый успех
В 73 году до нашей эры группа из примерно 70–80 гладиаторов, узнав, что их собираются казнить, устроила бунт. С кухонными ножами и вертелами они выломали ворота школы и вырвались на свободу. Отряд возглавили три человека: сам Спартак и его соратники Крикс с Эномаем. Возможно, были ещё двое — про них историки спорят.
Беглецы захватили военный обоз с настоящим оружием, нашли удобное место и засели на горе Везувий — тогда ещё обычной горе, а не том самом вулкане, который взорвётся через сто с лишним лет.
Римляне поначалу не напряглись. Ну, рабы убежали — что с них взять? Отправили небольшой отряд ополченцев под командованием претора Гая Клодия. Клодий перекрыл спуск с горы в уверенности, что голод выкурит беглецов.
И тут начался цирк.
Спартак и его люди сплели из дикой виноградной лозы лестницы (по другим данным — верёвки из кустарника), спустились по отвесной стене в тыл римского лагеря и просто вырезали спящий обслугу. Это была первая серьёзная победа.
Римляне офигели. Слава о «неуловимом Спартаке» прокатилась по Италии, и к нему потянулись сотни, тысячи беглых рабов.
Армия без государства
Спартак быстро понял главное: толпа вооружённых людей — это ещё не армия. Он ввёл железную дисциплину, разделил своё воинство на легионы по римскому образцу и даже наладил производство оружия в походных условиях. Получилась реальная боевая единица численностью, по разным оценкам, от 70 до 120 тысяч человек.
Но и здесь начались проблемы. Внутри армии рабов не было единства. Галлы и германцы воевали как умели — в лоб, по интуиции. Спартак же, фракиец, был воспитан на римской тактике и умел в маневры, засады, отступления с перегруппировкой. Это их и спасало, и подводило: часть войска не понимала, почему отступать — это иногда умно.
В 72 году Крикс, один из командиров, отделился со своим отрядом и пошёл громить римлян по-своему. Спартак, видимо, понимал, что это самоубийство. Так и вышло — отряд Крикса разбили, а самого его убили. Спартак в отместку устроил римлянам показательную «казнь»: захватил 300 пленных и заставил их биться друг с другом насмерть — в честь погибшего товарища. Жестоко, да. Но это была война на уничтожение.
«Давайте вернёмся домой!» и другие неудачные планы
После череды побед Спартак решил двигать на Альпы. Идея здравая: уйти за пределы Италии, дать людям свободу. Но его армия, нажравшаяся побед, решила, что «домой» — это Рим. По сути, армия мятежников продиктовала своему командиру политическое решение: «А давай-ка мы эту змеиную голову отрубим и там посмотрим». Спартак был лидером, но не диктатором. Пришлось разворачиваться и идти на юг, к Риму.
Однако идти на самый укреплённый город мира с рабской армией, даже многочисленной, — безумие. Спартак, в отличие от некоторых, это понимал. Рим он не взял, а вместо этого ушёл в самый южный сапог Италии, пытаясь договориться с пиратами о переправе на Сицилию, чтобы поднять там новое восстание.
Пираты денежки взяли, а корабли не дали.
Армия Спартака оказалась зажатой на узком перешейке. Римский сенат к тому времени перестал нанимать случайных командиров и поручил добить восстание Марку Лицинию Крассу — богатейшему человеку Рима и талантливому военачальнику. Красс перекрыл перешеек стеной и рвом, загоняя восставших в угол без еды и воды.
Спартак попытался вырваться. Ему почти удалось, но отчаянный бросок на север не принёс успеха, а внутри армии снова начался раздрай. Часть войска снова отделилась и была перебита.
Последний бой и очень страшная казнь
В 71 году до нашей эры состоялось решающее сражение. Обе стороны понимали: либо сейчас, либо никогда. По легенде, перед боем Спартак заколол своего коня и сказал: «Если победим, коней у нас будет много. Если проиграем — не нужен и один». Он не собирался отступать.
Битва была кровавой. Спартак, видя, что его ряды сыплются, рванул вперёд, пытаясь прорваться к самому Крассу и убить его. Он прорубал себе дорогу сквозь легионеров, уничтожил двух центурионов, но был окружён и зарублен. Тело его так и не нашли.
Восстание было подавлено. Но финал оказался ещё мрачнее боя: Красс приказал распять вдоль Аппиевой дороги от Рима до Капуи 6 тысяч пленных рабов. Тела висели на крестах несколько месяцев, предупреждая всех: «Вот что ждёт тех, кто посмеет поднять руку на Рим».
Так чего же он добился?
Честно говоря — ничего.
В чисто военном смысле восстание было разгромлено. Рабство в Риме не рухнуло и даже не ослабло. Политически пострадали все: Красс и его коллега Помпей после этого поделят власть в союзе с Юлием Цезарем, и республика поползёт в гражданскую войну. Но это уже совсем другая история.
Но есть и обратная сторона. Восстание Спартака стало символом. В нём не было этнического или религиозного подтекста — просто рабы, которые сказали: «С меня хватит». Испуганные рабовладельцы стали чуть лучше кормить рабов и покупать их меньше. Но главное — эта история вышла за пределы древности.
В XIX веке Спартак стал любимым героем революционеров и аболиционистов. В 1919 году в Германии коммунисты назвали своё восстание его именем — «Союз Спартака». В СССР его растиражировали до состояния иконы классовой борьбы.
Культовый герой: от Кирка Дугласа до балета на «Ютубе»
Художеств о Спартаке тоже немерено. Самый знаменитый фильм — «Спартак» Стэнли Кубрика 1960 года с Кирком Дугласом в главной роли. Причём роман, по которому снимали, написал американский коммунист Говард Фаст — сидя в тюрьме за свои убеждения. Потом роман получил Сталинскую премию, и в СССР картина стала культовой, хотя её там почти не показывали до перестройки.
В Советском Союзе поставили свой балет на музыку Арама Хачатуряна — с могучей мужской силой и идеей освобождения угнетённых. В начале 2010-х американцы выпустили сериал «Спартак: Кровь и песок» (очень кровожадный, красиво снятый, но исторически почти полностью выдуманный). А ещё есть опера 1726 года, где Спартака выставили настоящим злодеем-варваром, но это уже редкость.
Человек, который стал больше себя
Спартак проиграл все битвы, потерял своих соратников и закончил жизнь, изрубленный на поле. Но он оставил после себя не могилу, а голос, который донёсся до нас через две тысячи лет.
Знаете, есть такие личности, которых история превращает в символ. Спартак — один из них. Уже неважно, был ли он фракийцем или нет, сколько именно у него было воинов и куда он точно ходил. Важно другое: он показал, что даже безоружный раб, если у него есть воля, характер и пара десятков верных товарищей, способен пошатнуть основы целой империи.