Люба начала записывать в марте. Обычная тетрадь в клетку, сорок восемь листов. Купила в канцелярском рядом с работой, на перерыве. Ручка писала тонко, почти незаметно. Люба убирала тетрадь в коробку из-под обуви на антресоли, за чемодан, который они не доставали пять лет. Игорь на антресоль не лазил. Он был человек нижних полок.
Первая запись: 4 марта. Автомойка, 1200. Мойка полная, с полиролью. Машине три года, грязи по пороги не было. Утром Игорь сказал, что поедет к Серёге. А вернулся на чистой машине. Без Серёги.
Это ещё ничего не значило.
Люба работала диспетчером в управляющей компании. Принимала заявки жильцов, записывала номера квартир, передавала сантехникам. Журнал заявок лежал перед ней с восьми до пяти, и за двенадцать лет Люба научилась слышать людей. Когда человек звонит из-за протечки, голос быстрый. Когда врёт, что батарея не греет, а сам перекрыл вентиль, голос ровный и уверенный.
Игорь последние полгода говорил ровно и уверенно. Про зарплату. Про расходы. Про то, почему к двадцатому на карте ноль.
Она не подозревала измену. Измена выглядит иначе: запах, телефон экраном вниз, поздние возвращения. Этого не было. Было другое: деньги уходили, а понять куда, Люба не могла. В феврале попросила показать выписку. Игорь отмахнулся. Попросила второй раз. Повысил голос: что ты как следователь.
И Люба завела тетрадь.
***
Вторая запись: 11 марта. Перевод на чужую карту, 3500. Уведомление на экране его телефона, когда тот лежал на кухонном столе рядом с солонкой. Мигнуло: перевод 3500, получатель Андрей К. Кто такой Андрей К., Люба не знала. Среди друзей Игоря Андреев не было.
Третья: 18 марта. Бензин, 2800. Бак полный. Игорь работал в пятнадцати минутах от дома. По одометру за неделю прибавилось четыреста километров.
Четвёртая: 22 марта. Снятие наличных, 5000. Банкомат на Советской.
К концу марта одиннадцать записей. Больше двадцати тысяч.
***
В апреле Люба разделила страницу на четыре колонки: дата, сумма, куда, примечание. В примечании писала то, что видела. 'Сказал, что был у Серёги. Серёга позвонил вечером, спросил, куда Игорь пропал.' Или: 'Принёс пакет из спортивного, но ничего нового в шкафу.' Или: 'Снял 8000 перед выходными, к понедельнику в кошельке пусто, ничего не куплено.'
Не следила. Не проверяла карманы, не читала переписку. Записывала то, что было на виду. К концу апреля колонка 'примечание' стала длиннее остальных.
Люба перечитывала тетрадь по вечерам, когда Игорь уходил в гараж. Он проводил там два-три часа. Возвращался с запахом машинного масла на пальцах.
***
В мае коллега Надя спросила:
- Люб, ты чего бледная?
- Нормально.
- Нормально, как у моей сестры. Муж тратил, тратил, а потом выяснилось: тайный кредит. Банк позвонил жене. Просрочка. Представляешь? Она ни сном ни духом.
Люба вернулась к журналу. Квартира 38, протечка. Квартира 54, домофон. Записывала, а думала: кредит. Игорь мог взять и не сказать. Деньги в его понимании были территорией. Как гараж.
Вечером подсчитала. За два месяца около сорока пяти тысяч на вещи, которые объяснить нечем.
Двадцать третья запись: 28 мая. Снятие 12000. Самая большая сумма. Игорь уехал на рыбалку с Серёгой. Вернулся в воскресенье без рыбы. Сказал: не клевало. Ушёл в душ.
Люба открыла багажник. Удочки сухие. Чехол не расстёгнут. Термос чистый.
Записала: удочки сухие, термос чистый. Руки были шершавые от бумаги, и она провела большим пальцем по костяшке указательного. Привычка.
***
В июне попробовала поговорить. Не о тетради. О деньгах.
Сидели на кухне. Окно открыто, от липы тянуло сладким.
- Игорь. У нас хватает?
- На что?
- На жизнь.
Он положил вилку. При неудобном вопросе наклонял голову чуть влево.
- Хватает. А что?
- Я не вижу денег. Ты получаешь, я получаю, а к двадцатому ноль.
- Коммуналка. Бензин. Обычные расходы.
- Обычные расходы я считаю. Не покрывают.
Игорь накрутил макаронину.
- Люб, не считай. Живём.
- А куда уходит разница?
Встал. Отнёс тарелку. Сполоснул. Вода стекала по фаянсу.
- Ты как следователь.
Ушёл в комнату.
***
В июле дошла до сороковой записи. Тетрадь стала привычной, как журнал заявок. Факты без эмоций.
3 июля, перевод Андрей К., 5000. 8 июля, снятие 4000. 14 июля, бензин 3200, пробег 380 км. 19 июля, хозяйственный магазин 6700, ничего нового. 25 июля, снятие 3000.
Тридцатого подвела итог. Четыре месяца. Столбиком. Больше ста тысяч.
Они копили на ремонт ванной второй год. Плитка, трубы. Игорь говорил: подождём. И Люба ждала.
***
В августе Игорь нашёл тетрадь.
Позвонила свекровь: достань чемодан с антресоли. Игорь полез. Сдвинул чемодан. Коробка из-под обуви. Открыл.
Люба пришла с работы вечером. На кухне Игорь за столом. Тетрадь перед ним, открытая. Рядом кружка с чаем, нетронутая.
- Нашёл, - произнесла она.
Не ответил. Смотрел на страницу. Июль. 'Удочки сухие, термос чистый.' 'Сказал, что у Серёги. Серёга не в курсе.'
Люба села напротив. Стул скрипнул.
- Шесть месяцев. Пятьдесят три записи.
Игорь перевернул на март. Первая запись. Автомойка, 1200.
- Ты следила за мной.
- Записывала. Не проверяла телефон. Не ходила за тобой. Записывала то, что видела.
Закрыл тетрадь. Положил ладонь сверху. Мозоль на указательном от гаечного ключа.
- Зачем?
- Потому что ты не говоришь. Спрашиваю, отмахиваешься. Спрашиваю снова, повышаешь голос. Перестала спрашивать. Начала считать.
***
За окном проехала машина, свет фар по потолку.
- Кто такой Андрей К.?
Встал. К окну.
- Андрюха. Командир роты. Из армии. Долги. Попросил.
- Больше двадцати тысяч.
- Не двадцать. Шестнадцать.
Люба открыла тетрадь. Нашла. Четыре перевода: 3500, 7000, 5000, 5000.
- Двадцать тысяч пятьсот.
Щетина шуршала под пальцами.
- Ладно. А остальные?
- Какие?
- Бензин на четыреста километров. Покупки без покупок. Рыбалка с сухими удочками.
Сел обратно.
- Гараж.
- Что гараж?
- Второй. Купил у Толика в ноябре. Мастерскую делаю. Станок, верстак, вытяжку. Заказы беру. Ковка, сварка. Ворота, решётки.
- А деньги от заказов?
- В гараж. На оборудование. Ни копейки домой.
Люба встала. К раковине. Открыла кран. Подставила запястье. Холод прошёл до локтя, как укол.
- Ты полгода тратил семейные деньги на свой проект и не сказал мне.
- Хотел сначала запустить.
- А я полгода считала и думала, что ты прячешь кредит. Или хуже.
Закрыла кран. Полотенце влажное. Повесила, сложив вдвое.
***
Не извинился. Не в тот вечер. Сидел и молчал. Тетрадь между ними.
Люба ушла в комнату. Легла. Слышала: встал, коридор, дверь. Ушёл в гараж.
Лежала и думала: злиться или нет. Деньги не ушли в никуда. В станок, верстак, мастерскую. Не пил, не играл. Строил дело. Из семейных денег, не спрашивая. Два молчания. Его и её.
***
Четыре дня. Говорил 'доброе утро', 'ужин готов?'. О тетради ни слова.
На пятый пришёл раньше. Положил на стол лист А4, сложенный пополам.
Люба развернула. Колонки. Другие.
'Гараж.' Покупка 40000. Ремонт 8000. Электричество 5000. Сварочный 18000. Болгарка 7000. Расходники 12000. Итого: 90000.
'Заказы.' Ворота 15000. Решётка 8000. Оградка 12000. Ворота 20000. Итого: 55000.
'Андрей К.' Четыре суммы. 20500.
Внизу от руки: 'Минус 55500 из семейных. Верну к декабрю.'
- Ты посчитал.
- Ты научила.
Стоял у двери, руки в карманах.
- Люб, я не хотел прятать. Хотел показать готовое. Мастерская, заказы, деньги.
- А тетрадь понадобилась не потому, что ты прятал деньги. Потому что прятал от меня.
Снял ботинки. Ровно, у стены.
- Не знал, как сказать.
- Как сказать: хочу мастерскую?
- Ты бы спросила: а ремонт ванной?
- Я бы сказала: давай посчитаем.
- Вот этого я боялся.
***
Ели суп. Грибной, из сушёных. Грибы плотные, с острым привкусом, который держался долго.
После ужина Игорь остался за столом.
- Люб. Хочешь посмотреть мастерскую?
Она обернулась. Он смотрел прямо.
- Хочу.
***
Пошли пешком. Гараж через два двора, у забора бывшего завода. Зелёная краска, номер 47 мелом. Замок, створка.
Внутри чисто. Пол подметён. Верстак из толстых досок, тиски, свёрла. В углу сварочный, синий. На стене болгарка, диски, респиратор.
У дальней стены оградка. Кованая, с завитками. Люба подошла, тронула. Металл холодный, гладкий, с зернистостью покрытия. Линия шла ровно, без наплывов.
- Ты это сделал?
- Да.
- Красиво.
Она повернулась. Верстак, инструмент, заготовки. Не хобби. Рабочее место.
- Пятьдесят пять тысяч заказами ты заработал. Разница тридцать пять. Плюс двадцать Андрею.
- Да.
- Не вернуть. Покажи. Каждый месяц.
Он взял карандаш из-за тисков. Строительный, толстый.
- Можно в тетрадку?
Почти улыбка. Не совсем.
- Заведи свою.
***
Тетрадь Любы осталась на антресоли. Не выбросила. Убрала обратно, за чемодан.
Игорь купил зелёную, в линейку. Первая запись: сентябрь. Заказ: ворота, 25000. Расходники: 4000. Чистыми: 21000.
В октябре начали ремонт ванной. Плитку выбирала Люба. Игорь клал сам, по уровню. Швы один к одному. Люба трогала плитку после укладки: тёплая от клея, с рельефом под пальцами.
Тетрадь Игоря лежала на кухонном столе. Рядом с солонкой. Открытая. Люба читала каждый вечер. Не чтобы проверить. Чтобы знать.
Шесть месяцев она проверяла. Теперь знала.