Кинопортрет Росси начала 20-х впечатлил каннских экспертов и вызвал противоречивую реакцию на родине автора, даже несмотря на то, что его критики фильм не видели. Но осудили саму попытку поговорить о том, как война влияет на жизнь людей, меняет их, заставляя их каждый день делать (или не делать) моральный выбор.
Для рассказа о стране, меняющейся после 24 февраля 2022 года Звягинцев взял типичную историю благополучного российского предпринимателя средней руки, сдобрив её ремейком старинного триллера Клода Шаброля «Неверная жена» и древним мифом о Минотавре - мифологическом чудовище, в жертву которому афиняне каждые девять лет приносили по 14 человек (поровну юношей и девушек).
Неверную жену Галину (Ирис Лебедева) главный герой Глеб (Дмитрий Мазуров) находит в собственном доме. А «Минотавром», который в последнем фильме, как и в предыдущем «Левиафане», символизирует государственную машину, сталкивается «благодаря» начавшейся спецоперации. В фирму Глеба приходит разнарядка выделить 14 сотрудников для участия в СВО. И он становится перед непростым моральным выбором – кого из ценных сотрудников, людей, с которыми приходится работать каждый день, он готов послать на верную смерть.
В результате придумывается выход – компания за двойную плату набирает 14 новых сотрудников, которые не знают, что именно они и станут жертвами «Минотавра».
А потом Глеб, сделавший один моральный «выбор», совершает и второй, который оказывается уже настоящим преступлением – убивает любовника жены…
Всё действие фильма происходит в привычной сегодня для многих россиян тревожной атмосфере, мастерски воссозданной на экране режиссёром, использующим большое количество узнаваемых деталей. Анонимная российская провинция была снята в Латвии, но выглядит порой более достоверной, чем иная реальная глубинка из отечественного сериала.
В сущности, Звягинцев в своём новом фильме художественными средствами ведёт разговор о том же, о чём сегодня каждый день говорят российские социологи и политики. Например, на Всероссийском электоральном экспертном форуме, проходившем в Подмосковье 23 мая, - в день, когда в Каннах объявляли лауреатов кинофестиваля.
Под Москвой представители фонда «Общественное мнение» (ФОМ) говорили, что с середины апреля, на пятый год СВО, тревожность в настроениях россиян превалирует над спокойствием. Следствием многолетнего стресса стала усталость общества, которое перестало мечтать. А власть, по свидетельству одного из экспертов, требует «искать какие-то установки, которые смогут мобилизовать общество».
Об этой тотальной «усталости» не от последних четырёх лет даже, а от последних тридцати годов, Звягинцев, пожалуй, говорил во всех своих пяти главных фильмах, предшествовавших «Минотавру». Это был последовательный, неутешительный моральный диагноз состоянию общества, в том числе в его отношениях с властью. Диагноз неприятный, последовательно объявляемый «очернительством».
На самом деле, как представляется, российский режиссёр в своём творчестве всего лишь продолжил советскую художественную традицию, получившую название «кино морального беспокойства», возникшее во второй половине 1970-х годов. Фильмы этого направления отражали чувство разочарования в реальности и сомнения в правильности происходящего, несмотря на внешнее благополучие общества. Общими характеристиками фильмов этого течения стали сопротивление деградации личности и утрате ею свободы воли, обличение коммунистической индоктринации, осуждение лживости государственной пропаганды. Особое внимание кинематографисты уделяли невыносимым деталям повседневности, столкновениям желания жить по-человечески и нравственности, которые были неминуемы в условиях режима…
Сюжеты для этих фильмов черпались из повседневной жизни. Это направление сохранялось в различных формах до распада СССР.
«Романс о влюблённых», «Монолог», «Охота на лис» и другие картины, вошедшие в золотой советский кинофонд, соседствовали с бодрыми фильмами-агитками о счастливых тружениках СССР, многие из которых (и фильмы, и труженики) канули в небытие.
Пожалуй, в такой же оппозиции к кинематографическому внутрироссийскому мейнстриму находится и новое произведение каннского лауреата Звягинцева. Которому в Каннах десять минут аплодировал зал, а на родине в основном прозвучала либо сдержанная критика, либо обвинения, типа «ему спасли жизнь, а он снимает чернуху».
Критики отмечают, что сцена проводов новобранцев из «Минотавра» по своей художественной силе достойна того, чтобы войти в историю кино наряду с незабываемым финальным эпизодом возвращения фронтовиков и душевных мучений Вероники из ещё одного фильма-лауреата Каннского фестиваля – картины «Летят журавли».
Только увидят ли эту сцену и весь «Минотавр» целиком в России, не на пиратских сайтах с помощью VPN, а на широком кинэкране? У самого Звягинцева есть по этому поводу большие сомнения, хотя он уже и заявил о своём решении попытаться получить в Минкульте прокатное удостоверение для своего фильма…