Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
В эфире СССР

Какие чай и кофе чаще всего были дома в СССР

Если открыть кухонный шкаф советской семьи, там почти всегда был чай. А вот банка кофе уже считалась вещью не совсем будничной: для гостей, для настроения или просто на удачу, когда удавалось купить. Чай в советском доме был не "особым случаем", а частью дня. Его пили утром - до работы, после работы - на кухне, вечером - когда появлялась пауза, за едой и просто так, без повода. При этом не было обязательного правила "только какой-то один сорт". Чаще брали то, что было в продаже, что нравилось семье и что удавалось найти. Поэтому в памяти многих остаются не точные названия, а пачка - бумага, рисунок, надписи; запах заварки; ощущение, как чайный пакетик или заварка занимают своё место в чугунке или заварнике. И, конечно, сцена: кухня, свет из окна, кружки и разговоры. Многие до сих пор с теплом вспоминают индийский чай. Его узнавали по упаковке и по тому самому уверенном ощущению: "хороший, можно". Грузинский чай часто вспоминали иначе - он казался более повседневным. Без торжественности
Знакомые пачки и банки из советского прошлого
Знакомые пачки и банки из советского прошлого
Если открыть кухонный шкаф советской семьи, там почти всегда был чай. А вот банка кофе уже считалась вещью не совсем будничной: для гостей, для настроения или просто на удачу, когда удавалось купить.

Чай в советском доме был не "особым случаем", а частью дня. Его пили утром - до работы, после работы - на кухне, вечером - когда появлялась пауза, за едой и просто так, без повода. При этом не было обязательного правила "только какой-то один сорт". Чаще брали то, что было в продаже, что нравилось семье и что удавалось найти. Поэтому в памяти многих остаются не точные названия, а пачка - бумага, рисунок, надписи; запах заварки; ощущение, как чайный пакетик или заварка занимают своё место в чугунке или заварнике. И, конечно, сцена: кухня, свет из окна, кружки и разговоры.

Многие до сих пор с теплом вспоминают индийский чай. Его узнавали по упаковке и по тому самому уверенном ощущению: "хороший, можно". Грузинский чай часто вспоминали иначе - он казался более повседневным. Без торжественности. Чай, который стоял дома и работал "по расписанию", как и всё остальное: сначала заботы, потом чаепитие.

Но самое важное даже не в сорте. Самое важное - в том, как чай жил в семье. Он сопровождал работу и ожидание. Помню, как бабушка наливала дедушке чай в стеклянную бутылку с собой на смену. Он работал трактористом. Вечером приезжал домой, и чай в бутылке оставался целым - как будто дорога не могла его "съесть". Потом он отдавал этот чай мне и моей сестре и говорил: "Это лисичка вам передала". Мы радовались так, будто получили настоящее сокровище. Обычный чай мгновенно становился подарком - не из-за вкуса, а из-за смысла, который в него вложили.

Есть и другое воспоминание. Утром перед работой отец пил чай из большой пивной кружки - почти пол-литра. И всегда немного не допивал. Мы с сестрой потом чуть ли не наперегонки бежали за стол, чтобы "докончить". Сейчас понимаю: это была самая точная метка советского чая. Его не смаковали, не обсуждали по нотам, не создавали ритуал из каждой минуты. Он был частью жизни: большая кружка, спешка, сборы, утро в доме, где всё держится на привычке.

Во многих семьях чай был ежедневным напитком. А кофе - занимал другое место. Его могли любить и пить изо дня в день, но для большого числа людей он оставался чем-то более редким и заметным. Его берегли: доставали для гостей, ставили на стол в "праздничный" момент или просто воспринимали как маленькую приятную награду. В этом было ощущение дефицита и одновременно - удовольствия: не каждый день, но зато "по-настоящему".

Рядом с настоящим кофе в памяти часто живут цикорий и разные кофейные напитки. Это тоже важная часть той кухни. Не всё сводилось к банке хорошего растворимого кофе. Скорее дом строился на том, что доступно, и на том, что уже стало привычным. У кого-то были "свои" марки, у кого-то - просто тот вкус, который находили чаще всего.

Я хорошо помню растворимый кофе с названием Pele. Такие вещи врезаются в память не только из-за вкуса - который, честно говоря, мог быть разным, - а из-за самой банки, названия и запаха. Казалось, что это что-то взрослое и слегка особенное. Дома рядом с чаем кофе воспринимался иначе: чай - общий, свой, домашний. Его можно было налить всем сразу. А кофе был более отдельной историей. Даже когда он оказывался растворимым, в нём всё равно чувствовалось что-то не совсем повседневное.

По таким мелочам хорошо читается жизнь семьи. Если на полке стояла чайная пачка - это было нормально, привычно, почти автоматически. Если же появлялась банка кофе - в этом уже ощущался небольшой запас удовольствия, как будто сделали маленький вклад в радость. А когда рядом вспоминали ещё и цикорий, картина становилась совсем точной: кухня, где всё устроено по возможностям, но при этом есть место для тепла и ожидания.

Память, конечно, многое сглаживает и делает воспоминания добрее, чем они были на самом деле. Но одно остаётся ясным: чай в советском доме был обычной частью жизни, а кофе чаще воспринимался как более заметная покупка - особый вкус, к которому возвращались не слишком часто, зато ценили.

А у вас что вспоминается первым: чайная пачка, банка кофе или вкус цикория?

Благодарю за прочтение! До новых публикаций!