Глава, в которой становится ясно, что при поиске не все находки дают ответы
Все расселись по стульям и на диване, чтобы принять то, что они поймали тех, кто убивал и заказывал убийства и уничтожили их.
Анна скривилась, она очень боялась за всех них. Очень! Как-то у неё был очень короткий роман с одним капитаном из МВД. Очень короткий, потому что через пяти дней знакомства и одной горячей ночи его убили при задержании одного из криминальных воротил. Этого типа Павел уже с доказательствами и прочим задерживал два раза, а связи воротилы и деньги давали бандиту свободу. Павел ей тогда сказал:
– Завидую эпохе революции, когда мерзавцев сразу расстреливали.
Она, тогда вскрывая тело Павла, собрала улики, которые должны были посадить убийцу. Никто не нашёл, а она смогла, пережив холодную и жуткую ярость. Его сослуживцы смотрели на неё с восхищением, а посадили только подельника, который всю вину взял на себя. С тех пор она разочаровалась в правоохранительных органах и вернулась к хирургической практике. Теперь в гостиной Изольды, когда озвучили конец чудовищ в облике людей, она поняла, что сейчас идет проверка на их право вершить правосудие.
Изольда Артуровна ледяным голосом проговорила:
– Во главе убийств и убийца были папаша с сыном, которым доверяли учителей и детей. Безногий?! Так вот кем был наш зав РОНО. Думаю, он исчезнет, ну а наша доблестная полиция пусть его ищет, а у меня есть справка о больничном в связи с пневмонией. Пусть ищут… Вернемся к деталям. Да-да! Нам собираются что-нибудь рассказать? Не торопитесь, но! Я вижу, что вы куда-то собрались отбыть? – мужчины помрачнели, а бывший Папазол ныне Хаврёг чуть качнул головой, промолчав. – Я тебе покачаю головой, а ну-ка рассказывайте! Хотите все сами, типа мы слабые? Ох! Как я понимаю Джин! Шовинисты!
Алкапыв метнулся взглядом, но ответил:
– Рассказывать тошно, но дело не в этом, мы в растерянности. Он рассказал всё, но мы так ничего нужного не узнали, хотя он преступник и мы его изобличили. Он сам участвовал в шести убийствах. Изольда, похоже, здесь что-то делали плохое и опасное для Земли и Ваирина, и этот тип нам сказал где.
– В этом-то и закавыка, что якобы сказал! – проворчал Роман.
– Невозможно, он же был в сфере подчинения! – возмутился магистр.
– Я облазил вс е источники. Нет здесь такого карьера. Это мерзавец нас обманул, – возразил Роман и вздохнул.
Анна переглянулась с Изольдой, они поняли, что эти умные и сильные мужчины стыдились, что ничего не выяснили, а на них все ещё грузом лежит исчезновение Джин.
Магистр, теперь Хаврёг, горько вздохнул.
– Стыдно ужасно! Я облажался! Враг уничтожен, а информации нет. Давайте вместе подумаем, как он сказал правду так, что мы её не услышали. Этот безногий – обычный карлик, но из-за ненависти, которую испытывает к высоким людям, смог её использовать, чтобы солгать.
Изольда предложила:
– А давайте вы расскажете всё, что считаете нужным. Я же вижу, что вы оберегаете нашу психику, но информацию надо понять. Вам всё равно что-то сообщили. Пусть начнёт Исидор. Он много ездил, охотился, значит, умеет замечать то, что другие не видят. Когда говоришь вслух, то легче увидеть промахи.
– Я мало заметил, но кое-что узнал от него, – дорг хмыкнул. – Этот Безногий ненавидит женщин. Его карликовость, досталась ему от его матери, знаменитой циркачки-карлицы.
– Почему же у его сына нет, этой мутации? – нахмурилась Изольда.
– Это результат современных технологий, так называемого ЭКО, и оплаченная женщина, принявшая этот эмбрион, – проворчал Роман. – Не понимают люди, что делают. Ох, и натерпимся мы ещё с этим!
– Кстати, – проворчал Исидор, – женщину по его приказу потом убили.
– Денег жалко стало? – удивился Пух. – Или он хотел сохранить тайну? Он же скрывал свою карликовость. Зачем убил женщину?
– Она ему просто была не нужна. Его сын страшно удивился, когда узнал об этом. Ему отец сказал, что мать оставила его в роддоме. Сын так кричал, жуть! Теперь хоть понятно, откуда у него комплекс в отношении женщин, – с лёгким сарказмом провещал магистр и метнул взгляд на Тайгриса.
Изольда покачала головой, когда увидела, как посерел оркен. Она считала, что нельзя так травмировать психику парня, который и так задавлен двойным чувством вины.
– Интересно, а как этот тип скрывал от всех, что карлик? – поинтересовался Ларион.
– Протезы, плюс магия, –отмахнулся магистр. – Подпитывался от подчинённых. Он использовал какой-то вариант магии крови. Вообще он очень разносторонний некромант, хотя и злобный. У него было очень интересная карликовость редкая, когда основное изменение затронуло в основном нижнюю половину тела. Он отыскал какие-то древние рукописи и создал устойчивую личину. Закомплексованное чудовище.
Все угрюмо кивнули. Пух уставился на Шамана.
– Алкапыв, а на что ты обратил внимание, что встревожило тебя? У тебя большой жизненный опыт в общении с людьми. Не молчи, я же виду ты в смятении. Начнем с главного вопроса. Зачем им был нужен философский камень, например?
– Ах-ах-ах! Ну, лиса! – усмехнулся Алкапыв. – Я ведь всё время боялся, что из-за использования ими этого артефакта начнётся что-нибудь типа золотой лихорадки. Вспоминал после допроса все случаи, где люди начинали себя вести неадекватно. Золото сводит с ума людей, а потом вспомнил, что золото – это почти стерильный металл. Этот тип нам сказал, что золото – это защита, поэтому и потребовался философский камень. Нужно было много золота для их оборудования, и это что-то опасное. Он не скрывал, но не знал, что это. Я решил, что золото использовали, для изготовления клеток, реторт, колб и тому подобное, потому что этот тип сказал, что у них здесь оборудование, чтобы кого-то производить, или разводить. Однако засомневался. Золото - мягкий металл. Вот поэтому, мне до сих пор стыдно, что я долго и непродуктивно мыслил во время допроса.
– Понятно, хоть из-за чего вы так все переживаете, – Пух посмотрел на учителя. – Магистр, скажи, что тебя больше всего волновало при допросе?
Хаврёг, бывший Папазол, запрыгал по комнате, размышляя.
– Меня очень волновал философский камень. На Земле его нельзя было оставлять. Я очень удивился, что этот тип признался, что его вернули в Ваирин. Я ведь очень хитро спросил, и Безногий, даже обрадовался, сказав, что артефакт нам все равно не достанется. Понятно, что его вернули не в Храм, откуда его украли. Непонятно, зачем он Венделу. Мы ведь дома отследим сразу, когда начнут использовать артефакт.
– Это как они умудрились? – удивился Пух. – Если его тащили в металлическом контейнере, то это колоссальные затраты энергии!
– Э-эх! – Магистр вцепился в свой ирокез. – Вот это самое и плохое, его вернули с кем-то из слуг Вендела. Меня это очень смущает. Я посчитал, чтобы его протащить, нужна была быть очень большая масса, маленькую массу через порталы без дополнительной энергии не протащить. Мы еще в прошлый приезд на Землю позаботились об этом. Артефакт отослали до встречи с нами Вендела. Возможно, легко получилось, потому что они забрали то, что делали, и сам Мир облегчил им проход. Я бы сказал избавился от этого. Однако, что это?
Его ученик сделал «стойку, как пойнтер».
– Магистр, Безногий не видел, что это? Тогда откуда узнал, что отослали?
– Пух, ну что ты привязался? – Хаврёг шлёпнулся на пол и воззрился в потолок, потом встал, залез на Тайгриса и стал того драть за уши.
Изольда улыбнулась, на лице оркена появилось выражение невероятного облегчения, от того, что всё было, как прежде. Бедный мальчик, боялся, что от него они отвернуться, подумала она. Магистр сердито засопел, но потом благодарно улыбнулся ей.
– Спасибо, малышка! Чуть не упустил это. Если всё проанализировать, то я сразу заметил, что Подорожный напуган, – магистр забормотал, не обращая внимания на всех. – Ведь этот мерзавец желал продолжить свою жизнь на Земле, и очень боялся сделанного Венделом. Вот! Я, как и Алкапыв, решил, что это опасно для жизни на Земле. Но... Эх! Ведь что-то такое предполагала Джин. Но! Был же ещё один слой, я его просканировал, и оставил на потом. Что же я увидел?
Магистр заплёл волосы Тайгриса в косы, потом расплёл их, опять заплёл, но никак не мог вспомнить, так как если нырял в глубину памяти, то натыкался на воспоминая ночи с Изольдой и отключался, переживая её заново. Он не мог забыть этот востог и погружение в наслаждение острого до боли.
Понаблюдав за красным и пыхтящим некромантом, Тайгрис решил ему помочь.
– Давай я буду называть, слова, а ты уцепишься. Слова из допроса.
– Ну, давай!
Магистр обрадовался, что ничего не надо придумывать, для объяснения оркену, что они понимают произошедшее и не винят его.
– Люди, женщины, зомби, кровь, Вендел, – медленно говорил оркен.
– Стой, я вспомнил! Вспомнил!! Ему же Вендел сказал, что все на западе Северной Чаши кровью умоются, и что-то… – некромант подрал оркена за уши. – Тайгрис, а почему у нас возникла мысль про карьер?
Тайгрис пожал плечами.
– Потому что он сказал, что здесь никому не повредили, так как это место на какой-то высохшей речке у чёрта на куличках. «У черта на куличках» – это земной фольклор и, означает, что это где-то очень далеко и заброшено всеми.
– Ну и что? – гильдмастер сморщился.
– Высохшие речки и озёра – это места, где добывают или торф, или песок, поэтому мы решили, что это карьер. Заброшенный карьер.
Роман вскочил.
– Вот где он нас надурил! Пух, лезь в сеть и ищи места на Алтае с названием Кулички, или что-то похожее на это слово.
– Да как это я буду искать?! – завопил Пух, быстро двигая камнями на доске, и вдруг взвизгнул. – Нашёл!
Все уставились на него, а Пух включил авточтение. Приятный голос стал неторопливо рассказывать:
– Куличье – одна из деревень, которую называют обреченной. Находится в Троицком районе Алтайского края. Оттуда давно ушли люди. Дорога к бывшей деревне практически исчезла, там чернеют умирающие деревья, озёра превратились в болота, по берегам которых греются змеи. Вместо домов, когда-то крепкой деревни, теперь обвалившиеся чёрные дыры, будто пытающиеся поглотить прошлое людей, когда-то здесь живших.
– Вот где это! – прорычал Тайгрис. – Пух, мне карту! Я проведу вас туда.
– Не торопись! Надо попрощаться и подумать, что там может быть, – прошептала Изольда.
– Пора! – проворчал магистр Хаврёг. – Боюсь, что там нас ждёт ловушка. Во всяком случае, я бы поставил ловушку.
– Фу! – воскликнула Изольда. – Ловушку! Как-то это не похоже на тебя. Хаврёгушка, ну на что это похоже?
– Что значит, фу? Ты забыла, что я порочный?! Прикольно же! Вот что, собирайтесь все. Да-да. Все! – он посмотрел на Изольду и горько улыбнулся. – Всё-таки пора прощаться, красавица.
– Магистр, что значит все? – Алкапыв возмутился. – Мы же земляне, зачем нам уходить в твой Мир?! Полагаешь у нас мало здесь дел?
– Прекрати, шаман! Ваше время здесь истекло. Ты не понял, что как только вы занялись Артефактом, то ваше время на Земле окончилось. – холодным голосом проговорила Изольда.
– Я мог бы прикрыть уход наших создав легенду, – возразил Алкапыв и нахмурился. – Ты думаешь, что…
– Уверена в этом. Как только начнут искать причину исчезновения этих негодяев, то попытаются все связать в один узел. Я прикрыта, у меня на руках документы об отъезде Джин в санаторий. Братья Кабановы, её друзья решили её проводить. Их машина перевернулась, и они так трагически исчезли из этого мира. Я это продумала давно. Роман преследует пропавших Подорожных тоже исчез во время аварии. Завтра об авариях узнают. Так что для вашего Отдела он беззвестный герой. Ты же примешь удар на себя
– Изольда Артуровна! Но ведь надо очень аккуратно это все сделать. Да и тела… – начал Роман
Шаман взглянул ей в глаза и зажмурился, догадавшись, кто она, удивляясь, как Роман не понял.
Директор посмотрела на Романа, как на первоклассника.
– Всё уже сделано. Я потрясена. Мне и играть не надо, – она подошла к магистру и на глазах всех страстно поцеловала его. – Иди, пока моё сердце не разорвалось от тоски!
Магистр прижал её к себе и целовал, потому что нет слов описать тоску от расставания с любимой. Анна накапала всем настойку женьшеня и, заставив всех её выпить, ушла в уголок переживать своё состояние.
Тайгрис внимательно изучил карту, подсунутую ему Пухом, потом кивнул головой.
– Я готов, а вы?
Пух заметался, как заполошный, что-то переставляя на магической доске, и лопая всё, что стояло на столе, Ларион взял за руку Тайгриса, который благодарно улыбнулся ему. Анна, которая сидела всё время в уголке и молчала, сильно покраснела.
Тайгрис, заметивший это, удивился:
– Ты что это, подруга? Что-то оставила недоделанное?
– Слушай, мне ужасно стыдно, но я почему-то совершенно не испытываю сожаления. Более того, меня знобит, как в юности перед первым, в моей жизни, походом на природу. Помню я тогда была в таком в восторге, а мне было-то всего двенадцать лет. Что же со мной происходит, если я так реагирую! Может от того, что действительно перестала быть врачом?
– Нет, не перестала, – Изольда покачала головой. – Просто ты, наконец, вылетела из гнезда. Печаль придёт потом. Рома, а почему ты не волнуешься? Я думала, что ты после того, что оставил здесь будешь переживать.
Роман шмыгнул носом.
– Здесь, вы Изольда обо всем позаботились, а там… Что волноваться-то, не к чужим еду? Я к полковнику Мелетьеву уеду. Пух сказал, что он какой-то король.
– Что значит какой-то?! – возмутился магистр. – Юрий Первый, между прочим! Станешь там каким-нибудь знатным лицом, женишься.
– Но-но, – возмутился Роман. – Я не привык делиться[1].
– Как это? – уставился на него Ларион.
Роман наклонился к нему и зашептал, у Лариона полезли глаза на лоб, и он стеснительно захихикал.
Изольда Артуровна посмотрела на часы висевшие на стене и прошептала:
– Шаман! Время!
Алкапыв глубоко вздохнул и решительно куда-то позвонил:
– Роман преследует преступников. Я ухожу искать останки генетического оборудования, которое отправляли в параллельный мир. Похоже, его частично зачем-то сюда протащили, в смысле назад, на Землю и что-то делали опасное. Сопровождение не нужно.
Трубка взорвалась криком, Алкапыв пожал плечами и отключил связь. Тайгрис подмигнул ему.
– Вот и попрощались. Сердечно.
Бывший Папазол ныне Хаврёг переглянулся с шаманом. Как только Тайгрис перестал быть графом Ронкариан, у него неожиданно прорезалось задавленное в юношестве чувство юмора.
– Поехали! – пророкотал Тайгрис.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав:
[1] У акеров браки диандрические, то есть два мужа и одна жена.