Есть мнение, что пока в Китае и Индии свершали открытия и прорывы, предки европейцев ходили в шкурах и с дубинами. Но потом азиатские цивилизации будто бы остановились в развитии, позволив Европе догнать себя и – в XVII-XVIII столетиях – перегнать. Мнение это вылилось в заданный в комментариях вопрос, почему так вышло. Это очень интересный вопрос, хотя и, разумеется, неправильный.
…«Неправильным» данный вопрос, конечно же, делает не упоминание шкур и дубин. Здесь мы имеем всего-лишь гиперболу, – поэтическое преувеличение. Тем не менее, ложное утверждение вопрос в себе содержит. Но начать, всё-таки, придётся со шкур.
Шкуры же люди носили до наступления неолита, когда изобретены были ткачество, обжиг горшков и производящее хозяйство. Переход к оседлости начался, как известно, на Ближнем Востоке, и хотя эпоха неолита ассоциируется прежде всего с земледелием, ближневосточные культуры, – в отличие от независимо возникших в Америке и Юго-Восточной Азии, – были преимущественно скотоводческими.
«Полукочевников» же к месту ничто не привязывало. Расселение шло быстро, так что, 7000 лет назад неолитические скотоводы появились в Египте, 6000 лет назад в Англии, и где-то между этими датами, прошли степями и в центральный Китай… То есть, стартовые условия были равными. Уже 6000 лет назад вся Евразия оказалась населена племенами неолитическими, вообще разводящими скот, но и возделывающими землю при наличии к тому предпосылок. Охотники и собиратели были вытеснены в тайгу на севере и джунгли на юге.
Далее следует посмотреть на карту плодородия почв.
На карте же, неожиданно, видно, что Европа оказывается одним из самых благоприятных, – если только не самым благоприятным для жизни, – из регионов. Там сочетаются богатые почвы с умеренным климатом, позволяющим оставлять скот на выпасе круглый год, и хорошим увлажнением. С другой же стороны, посмотрев на восточный Китай, – особенно на Японию, – на Египет и Междуречье, можно удивиться тому, что по карте – это местности для земледелия, а значит и жизни, непригодные.
Так и есть. Карта не учитывает «естественную ирригацию» – сезонные разливы рек, – а тем более ирригацию искусственную. Рисоводство же – форма ирригационного земледелия. Вода же не просто орошала земли, но и не давала почвам истощаться. Равнинные реки несли на поля массу смытой выше по течению органики, горные же и колодезные воды насыщались минералами растворёнными. Как следствие, продуктивность поливных земель оказывалась от 15 раз выше. В бронзовом веке, пока орудия оставались каменными, предпосылки для образования скоплений наглухо осевшего населения, а значит и государств, и цивилизаций, создавала только ирригация.
...И тут у Китая всё было лучше всех. Весь восток и юг подходили для ирригации. Долины Нила, Тигра, Ефрата – крошечные территории. У китайцев же воды для рисоводства, подразумевающего огромный её расход (велико зеркало испарения на затопляемых делянках) было – хоть залейся… Но они уже критически отстали. Если в Египте и Междуречье цивилизации возникли 5.5 тысяч лет назад, в Индии 5 тысяч, в Европе (Критско-микенская) 4.5 тысячи, то до на берегах Хуанхэ кочевники осели и начали сеять привезённую с Ближнего Востока пшеницу только 4 тысячи лет назад. До риса дело дошло южнее и позже.
Когда технология рисоводства была открыта, китайцев стало много. Но в мире уже господствовал новый тренд. Железная революция началась на Ближнем Востоке во II тысячелетии до н.э., охватила Южную Европу в начале I, добралась до Индии и Западной Европы в его середине, а в Китае случилась только в его конце. Железные орудия позволяли обрабатывать большую территорию. Были бы плодородные земли. В Европе они были.
Как следствие, до середины I тысячелетия до н.э. наиболее развитым на планете был Ближневосточный регион, а затем лидерство перешло к Средиземноморскому. Азия догоняла, но догнать не могла, – вломившись в Индию греки многому научили аборигенов, но сами ничему там не научились. Китай рвал подмётки, но в Риме тогда, кстати, и просто больше народу жило.
…До рубежа эр можно, впрочем, говорить об отставании именно Западной Европы от Китая и Индии. Галлы при наличии всех предпосылок не создали собственных государств, хотя железо уже обрабатывали лучше китайцев, – и даже лучше римлян. Почему не создали, вопрос отдельный, но римские легионы лишили его актуальности. После захвата Галлия стала наиболее развитой в промышленном отношении провинцией, – там проще обстояли дела с лесами и рудой и концентрировались римские металлургия и производство керамики.
В начале новой эры Европа, таким образом, была более развитой, чем Китай и Индия. Но потом европейско-средиземноморская цивилизация рухнула. Почему, – едва ли стоит обсуждать здесь, ибо в данном случае важен лишь результат.
В результате же, «остановились в развитии» не Индия и Китай. Остановилась и даже откатилась Европа. Азия же, – с Ближнего Востока и до Дальнего, – развивалась в плановом порядке. Китай особенно динамично, ибо его ресурсы на тот момент ещё не были исчерпаны. Леса для развития металлургии и земли для рисоводства кончились лишь где-то около 1000 года.
В то время, как в Азии наступил кризис, в Европе, напротив, начался восстановительный рост. С ресурсами – землёй, рудой и лесом, – всё было в порядке. И если конкретно в Галии, ставшей Францией, и в Италии аграрное перенаселение возникло в XII столетии, то цивилизация в целом двигалась на восток, где всё нужное наличествовало в избытке. В рамках технологий доступных в средние века Европа могла развиваться достаточно свободно. Китай и Индия уже с трудом. Что позволило Европе к XVI-XVII векам отставание ликвидировать.
Тем более что географические открытия и морская торговля позволили наладить приток ресурсов из других регионов и свободно маневрировать ими внутри. Единственным эффективным транспортом до появления железных дорог оставался водный. Китайцы, конечно, строили каналы между Янцзы и Хуанхэ, но это было совсем не то.
К рубежу промышленного переворота Европа подошла первой, – с небольшим отрывом. Который затем стал стремительно нарастать. По поводу причин успеха можно спорить, – но здесь я стремлюсь лишь показать, что в успехе Европы просто нет ничего, чему хитрые причины искать бы следовало. Достаточно посмотреть на карту.