Часть одиннадцатая. Как оно пошло дальше и один неприятный момент
Первый перевод пришёл через три дня после подписания. Ровно двадцать тысяч. Я смотрела на уведомление в телефоне несколько секунд, просто смотрела.
Начало истории тут:
Написала Гале. Она ответила одной фразой: "Ну наконец-то."
Написала маме. Мама позвонила сразу, спросила, всё ли правда. Я сказала: правда.
Первые два месяца всё шло ровно. Переводы приходили в начале месяца, минута в минуту. Я не расслаблялась, папка с документами лежала на полке, соглашение в отдельном файле. Но появилось ощущение, которого не было давно, что начало месяца это не ожидание с тревогой, а просто начало месяца.
На третий месяц случился сбой.
Восьмое число, перевода нет. Я отметила, но не стала паниковать сразу. Иногда банки задерживают. Десятое, нет. Двенадцатое, нет.
Я написала Сергею. Коротко: "Перевода нет. Жду объяснений."
Он ответил на следующий день: "Задержка, переведу до конца недели."
Конец недели, пятница. Перевода нет.
Я открыла соглашение. Перечитала условие про три месяца. Три месяца ещё не прошло, это просто задержка внутри месяца, не отдельный долг. Но прецедент неприятный.
Позвонила Ирине Васильевне. Рассказала. Она говорит: "Пишите ему официально, на почту или мессенджер, так чтобы осталась запись. Укажите дату соглашения, сумму и срок. Что ждёте до конкретного числа. Это создаёт документальный след."
Я написала. Чётко, без эмоций, только факты. Дата соглашения, сумма, срок, который уже прошёл.
Он ответил в воскресенье вечером: "Переведу завтра утром."
В понедельник в девять утра пришёл перевод.
С тех пор задержек больше не было. Уже восемь месяцев. Не знаю, сыграло ли роль моё письмо, или он просто забыл в тот раз и испугался напоминания.
Мне потом Ирина Васильевна объяснила: многие мужчины, которые задерживают алименты, делают это не потому что нет денег, а потому что привыкли, что сойдёт с рук. Бывшая жена поплачет, поругается и промолчит. Как только понимают, что не промолчит и есть инструменты, поведение меняется. Не у всех. Но у многих.
Я спросила её однажды: "Ирина Васильевна, у вас много таких дел?" Она посмотрела на меня и говорит: "Лена, если бы у меня было мало таких дел, я бы очень обрадовалась. Это значило бы, что люди научились договариваться без суда. Но пока — много. Очень много."
Она сказала это без горечи, просто констатировала. Я запомнила.
Знаете, что мне помогало в самые трудные моменты? Я записывала. Не жалобы, конкретику. Дата, сумма, что сделала, что ответили, что запросила. Этот журнал у меня до сих пор, уже две тетради. Смотришь иногда и видишь: вот начало, вот середина, вот сейчас. Когда видишь путь, легче понимать, что идёшь, а не стоишь на месте.
Тамара Ивановна написала мне как-то: "Лена, главное — никогда не расслабляться совсем. Документы должны быть в порядке всегда. Это не недоверие, это просто жизнь." Я запомнила.
Мне иногда говорят, знакомые, родственники: "Ну вот, устроилось. Теперь можно выдохнуть." Я выдыхаю. Но папку не убираю.
Вы сталкивались с задержками после того как вроде бы всё наладилось? Как реагировали? Пишите в комментариях.
Продолжение выйдет сегодня в 17:00. Подпишитесь, чтобы не пропустить
Вам также будет интересно почитать: