След сбежавшей лисицы Крис обнаружил ещё в степи, но сразу за границей ледяной пустоши эта ниточка оборвалась, словно Тайян Вэй дальше не шла, а летела по воздуху. Этому могло быть только одно объяснение ― её забрал одинокий дух, обитающий в драконьей пещере. Слухи о хозяине льдов и метелей ходили разные, сам Кристиан его никогда не видел, поэтому не мог даже предположить, с врагом придётся иметь дело или с другом. Он знал только одно ― дух явится сам, если подойти к замёрзшему озеру слишком близко. Опасная затея, но не бродить же бесцельно по сугробам в поисках того, кого здесь уже давно нет.
― В последнее время у меня подозрительно часто случаются незваные гости, ― услышал сразу же, как только подобрался поближе к кромке леса.
― Приветствую духа Зеркального озера! ― произнёс Крис почтительно и даже слегка поклонился. ― Я ищу лисицу-оборотня, которая пришла сюда несколько дней назад с юга. Только поэтому осмелился вас потревожить.
― Сыну богини жизни негоже кланяться мне, неприкаянному духу, чье существование не имеет ни смысла, ни цели, ― услышал в ответ.
― Вы знаете, кто я?
Вопрос прозвучал удивлённо, а ответ удивил гостя ледяной пустоши ещё сильнее.
― Я знаю, кто ты, Кристиан Сюэ. И знаю, кто такая Тайян Вэй. Мне ведомо всё, что происходило в этом мире не только в последнюю эпоху, но и гораздо раньше. Когда ты и двое других лисят-полукровок появились на свет, воды Зеркального озера уже утратили свою память, но я ничего не забыл.
― Ты существуешь так долго? ― удивился Крис.
― Нет, ― ответил ему дух. ― Я существую с тех пор, как снежный дракон, живший здесь, начал сходить с ума от одиночества и искал собеседника в своём отражении. Из-за скверного характера и отсутствия речи у него было очень мало друзей. Иногда его навещал звёздный дракон Эдриан Дайлу, но встречи раз в несколько веков мало кому способны принести облегчение. Динтин Хуо тоже мог обмениваться с ним мыслями, но Асан ненавидел фениксов и избегал общения даже с этим глупым стариком. Он прожил сотни тысяч лет, а переродился лишь однажды и никогда не имел пары. Такого количества несбывшихся желаний, сожалений и обид не было в этом мире, пожалуй, ни у кого больше. Пока он жил, я был лишь его отражением в водах Зеркального озера, а когда он умер, во мне частично воплотилось то, о чём он мечтал. У меня есть способность говорить, человеческий облик, магия снега, льда и северных ветров, но нет имени, сердца и чувств, потому что я никогда не был живым существом. Я соткан из драконьей одержимости мечтами об иной жизни и наполнен древней магией этого озера. По сути я ― пустота, которая жила в душе Асана. Его одиночество. Его обида, печаль и тоска. И в то же время я ― память этого мира, поэтому умею многое, в том числе и торговаться. Что дашь мне взамен, если я верну тебе лисицу?
Заворожённый напевностью его голоса, Кристиан не сразу понял вопрос. А когда понял, вспомнил и причину своего визита в ледяную пустошь.
― Чего ты хочешь? ― спросил, подозревая, что запросы у собеседника могут быть немалыми.
― Имя, ― услышал в ответ.
― Имя?
― Да. У всех существ в этом мире есть названия или имена. Я тоже хочу быть кем-то, кого зовут по имени.
Крис задумался. Он отчётливо понимал, что общается с созданием, суть которого не имеет названия. Дух Зеркального озера ― чем не имя для того, кто является порождением древних вод и чужих сожалений? У него есть плоть, но она не живая. Есть душа, но неполноценная. Есть разум, но нет понимания смысла собственного существования.
― Фаншу, ― произнёс осторожно. ― На языке моего народа это означает «отражение». Как тебе такое имя?
― Фаншу… ― повторил дух, будто пробуя слово на вкус. ― Мне нравится. В эпоху великих войн так звали одного из смертных генералов. Он отдал свою жизнь, защищая правителя и народ от армии небес.
― Эпоха великих войн? ― непонимающе переспросил Кристиан.
― Да. Она была задолго до нынешней эпохи. Тогда глупые смертные воевали с бессмертными, доказывая самим себе, что способны на многое. Гибли тысячами, просили о перемирии, восстанавливали численность войск и снова шли умирать. Так продолжалось, пока небесный владыка не устал наблюдать за бесконечным кровопролитием. Он просто отдал своим воинам приказ истребить людской род полностью, но это решение в итоге привело мир к очередному бедствию и перерождению.
― Сколько же раз перерождался наш мир?
― Много. Сначала сам, потом начали вмешиваться те, кого вы называете богами, но они не помогали, а только делали хуже. Это всё осталось в далёком прошлом, Кристиан Сюэ, но именно прошлое определяет настоящее и будущее всего сущего. Подумай об этом на досуге. Твои решения тоже имеют значение. Сейчас вернёмся к делам насущным. Ты дал мне имя. Я отдам тебе лисицу и отблагодарю советом. Что бы ни случилось, ни к чему её не принуждай. Отпусти, если захочет уйти. Помоги, если будет нуждаться в помощи, но не ограничивай её в действиях и решениях. Даже если поступки этой девчонки будут казаться тебе безрассудными и ошибочными, не навязывай своё мнение, а принимай её сторону. Не будь ни хозяином, ни слугой. Стань верным и надёжным другом, если она примет твою дружбу.
― А если не примет?
― Смирись. У каждого из вас свой путь.
― Она моя жена.
― Нет. Она та, о ком тебя просили позаботиться, если возникнет такая необходимость. Будет она твоей женой или сделает иной выбор, решать не тебе и не Шуэ Ху Лао, который держит эту девочку при себе лишь потому, что когда-то был влюблён в её мать. Теперь он любит только себя и свои амбиции, а груз ответственности за Тайян Вэй должен нести ты. Я знаю, что однажды она спасла тебе жизнь. Отплати тем же, не требуя большего, иначе эта маленькая лисичка станет самым лютым твоим врагом, а такой исход никому не будет во благо. Вы оба бессмертны. Вечная дружба не несёт в себе разрушение, а итог бесконечной вражды всегда печален. Сейчас, когда эта часть старого мира полностью отделена от других и сама стала новым миром, всем необходима именно дружба, а не вражда.
― Дух Зеркального озера Фаншу изволит шутить? ― горько усмехнулся Кристиан. ― Разве между оборотнями и полукровками возможна дружба?
― Конечно, возможна, ― услышал в ответ. ― Эпоха великого мира длилась гораздо дольше других эпох именно потому, что разумные существа стремились договариваться и искать компромиссы, а не брали желаемое силой.
― Но ведь такая эпоха тоже закончилась, верно?
― Да. Это случилось из-за демонов, у которых не было мудрого владыки вроде Лероя Нитаэна. Те демоны не сражались за выживание и свободу, как сражаешься ты, а убивали людей и оборотней лишь для того, чтобы всем показать своё превосходство. В конце концов люди и духи объединились против них, уничтожили весь народ демонов, и мир снова переродился.
― То есть к перерождению приводит гибель одного из народов? ― понял Крис. ― Наша эпоха могла бы продолжаться, если бы Дамиан Вэй не стал богом смерти и не превратил Шаэн в безжизненную пустыню, покрытую прахом сотен тысяч людей? В этом причина начала разрушения и окончательного разделения?
― Нет. Твоё видение причин искажено, потому что ты посвятил себя борьбе с врагами в настоящем, а не поиском истины в прошлом. Ты состоишь в родстве с богами и против своей природы наделён бессмертием. Скажи, в чём оно заключается?
― Я не могу умереть безвозвратно. Если получаю смертельные раны, через несколько дней, месяцев или лет всё равно возвращаюсь к жизни. Если не сохраняется тело, мой дух сам восстанавливает его из крови и плоти других существ.
― Верно. С тобой действительно всё происходит именно так. Это отличается от бессмертия полубогов, но суть та же. Прежде чем вернуться к жизни, ты умираешь. Смысл бессмертия кроется не в вечной жизни, неуязвимости и неспособности умереть, а в том, что живым остаётся дух. Это свойственно лишь тем существам, у которых есть врождённая магическая сила. Люди так не могут, у них лишь одна жизнь, а духовные создания могут либо проживать одну жизнь за другой, не помня предыдущие, либо совершенствоваться до порога бессмертия духа, но не тела. Тело всегда смертно, Кристиан Сюэ. И не только у людей, демонов, духов или полубогов, но и у этого мира тоже. Он живой, как и все вы. Вечна лишь его магическая основа, но не всё остальное. Народы, живущие в нём, сравнимы с жизненно важными органами, потеря которых приводит к смерти и последующему возрождению. Неважно, сколько их. Уничтожение одного погубит и все остальные. А когда смерть и возрождение станут привычными, утратится ценность самой жизни. Знаешь, каким способом можно уничтожить бессмертный дух навсегда?
― Добровольной жертвой.
― Да. Именно это и произошло в предыдущую эпоху, и роль Дамиан Вэя в этом ничтожна. Наш мир сам захотел умереть, потому что устал раз за разом проходить через одни и те же бесконечные циклы. Он начал стремиться к этому несколько эпох назад, но боги Занебесья продлевали его мучения, потому что не существует другого мира, способного порождать новых богов. Из эгоизма они превращали смерть в очередное перерождение. Когда перестали появляться живые существа, они приносили их из других миров. Ты ведь не знал об этом, верно? В последний раз этот мир переродился совершенно пустым и безжизненным, а боги влили в его основу много божественных сил и принесли сюда всё живое, что ты привык считать естественным и существовавшим всегда. Они сказали своим детям, что поступали так регулярно. Солгали, чтобы скрыть истинное положение дел. Продлили страдания нашего мира ещё на много сотен тысяч лет. Дамиан Вэй был лишь вместилищем силы, способной положить этому конец. Он не стремился к разрушению и уничтожению всего сущего, но основа мира выбрала именно его для того, чтобы уничтожить человечество. Он не чудовище. Таким его сделал выбор выбор высших сил, а то, что произошло после, тебе известно.
― Боги снова вмешались, ― задумчиво произнёс Кристиан.
― Именно так, ― кивнул синеглазый обитатель ледяной пустоши. ― Они были не в силах сохранить то, что жаждет исчезновения, поэтому позволили умереть лишь части, отделив от неё наиболее ценное. Драконьи острова важны потому, что из драконов получаются самые могущественные боги. Заповедные Земли духов ценны тем, что связь этого места с магической основой мира особенно сильна. Это всё, что богам удалось уберечь от гибели. Больше ничего нет. Поскольку единая основа прекратила своё существование, я ничего не знаю о дальнейшей судьбе драконов, но могу многое сказать о том, что происходит здесь. Духовные создания, будь то оборотни или низшие существа, теперь не могут перерождаться. У всех вас есть лишь одна жизнь, как у простых смертных, но ты и лисичка Тайян в силу определённых обстоятельств являетесь исключением из этого правила. Основа этого крошечного мира хрупка и нестабильна, потому что хранит намерение прежней. Она тоже стремится к гибели. Эпоха, в которой вы живёте, последняя, Кристиан Сюэ. Любое вмешательство богов лишь ускорит неизбежное, поэтому они и не станут вмешиваться. Вы можете даже не возносить им молитвы и перестать почитать пантеон Занебесья, ведь никто всё равно не придёт сюда, чтобы вас спасти. Судьба Заповедных Земель уже целый век только в ваших руках, а вы постоянно ссоритесь и что-то делите. Сейчас здесь есть четыре народа, способных ускорить или предотвратить естественный финал. Все четыре должны жить мирно, если хотите, чтобы эта жизнь была по-настоящему долгой.
― Четыре? ― переспросил Крис. ― Есть только оборотни и полукровки.
― Разве? ― вдруг улыбнулся Фаншу. ― Я знаю одну маленькую лисичку, прадедом которой был бог мудрости.
― Тайян?
― Верно. В её родословной есть бог, бессмертные демоны, простые смертные люди, а лисью природу определяет лишь состояние родителей на момент зачатия. Она ― ваша надежда на спасение. Если погибнет Тайян Вэй, история этой части мира наконец-то подойдёт к своему логическому и естественному финалу. Драконам проще. Они сами себе боги и понимают гораздо больше, чем вы.
― Тайян в порядке? ― заволновался Кристиан. ― Я видел её след. Он странный.
― Она отравлена, ― ответил ему неприкаянный дух. ― Мне нет дела до того, выживет эта девчонка или погибнет, но я я спас её, поскольку знаю, насколько ценна эта жизнь для вас.
― И поэтому сказал, что я должен стать ей другом?
― А разве теперь тебе не хочется быть им?
― Нет. Не хочется.
― Почему?
― Потому что до встречи с тобой я думал, что пообещал дракону Луну в случае необходимости позаботиться о лисице, а теперь выходит, что должен беспокоиться о спасении всего живого.
― Ну и что? Суть-то осталась прежней, просто причины стали иными. Будешь заботиться не только потому, что дал слово, а во имя более важной цели. И не говори, что я взвалил на тебя непомерную ношу и нежеланную ответственность. Зная, насколько важна эта хрупкая жизнь, разве не станешь относиться к ней бережнее?
Крис промолчал. Ему в корне не нравился такой поворот событий. Сражаться в честном бою куда проще, чем поладить со вздорной женщиной, которая открыто спорит со старшими, не знает границ дозволенного и вряд ли когда-нибудь слышала о скромности и почтительности. Он намеревался выполнить обещание, данное Луну, по своему ― запереть эту девчонку понадёжнее и попытаться перевоспитать любыми доступными способами, раз уж судьба снова свела их вместе. А теперь получается, что король Хауюна должен сдувать пылинки со своей дерзкой супруги лишь потому, что её жизнь бесценна. Это никуда не годится.
― Она знает? ― спросил Кристиан у собеседника, искренне надеясь на отрицательный ответ.
― Нет, ― услышал с облегчением. ― Я несколько раз намеренно оговорился и дал немного информации, которая могла бы её заинтересовать, но эта лисичка, похоже, считает меня совершенным безумцем. Принесу её тебе, пока ты не околел здесь от холода окончательно. Умереть не умрёшь, конечно, но восстанавливать обмороженную плоть весьма неприятно.
Дух Зеркального озера исчез, растворившись в вихре снежинок, а Крис недовольно поджал губы и подумал о том, что с этого дня его беспокойная жизнь точно спокойнее не станет. Нужно бросить все силы на укрепление границ Хауюна и минимизировать потери от союзов с оборотнями, враждующими между собой. Сейчас они объединяются друг против друга, но в будущем могут объединиться и против полукровок. Им нельзя доверять. И объяснять, что противостояние способно погубить весь мир, им тоже бесполезно.
Странно, конечно, верить на слово тому, кого увидел впервые, но Кристиан поверил, потому что в далёком прошлом имел обстоятельный разговор с сестрой. Эни тогда говорила примерно то же самое, что сказал теперь Фаншу. Все народы важны. Каждая жизнь имеет особую ценность. Войны не приводят ни к чему хорошему. Она пыталась внушить то же самое и Динтину Хуо, но старый феникс слишком сильно боялся, что полукровки расплодятся и возьмут верх над оборотнями. При нём народ смешанной крови мог исчезнуть полностью, но в то время эта потеря не нанесла бы урон магической основе мира, потому что люди ещё существовали. А теперь только полукровки несут в себе наследие человеческого рода. Погибнут они ― разрушится и то немногое, что от этого мира осталось.
И Тайян ещё… Она одна имеет такую же ценность, как все прочие живые существа, вместе взятые. Поладить с ней будет непросто. Не сказать правду нельзя, но и правда не принесёт пользы, а лишь добавит проблем. Всё, что какой-то час назад казалось простым и выполнимым, теперь обернулось невероятно сложной задачей. «Это моя расплата за бессмертие и всё то, что мне принадлежать не должно», ― решил Крис и сощурился, потому что снег попал ему в глаз.
Фаншу вернулся из метели точно так же, как недавно исчез, но теперь он держал на руках лисицу, которая выглядела скорее дохлой, чем живой. Все органы повреждены ядом, духовное ядро истощено полностью ― не обладай девчонка сильным наследием бессмертных предков, предупреждения и советы духа Зеркального озера уже не имели бы никакого смысла.
― Обойди гору слева и загляни в вишнёвую рощу. Этот кристалл обменяешь там у старика Мо на снадобье для лисицы. Береги её, сын богини жизни, и помни, о чём я тебе сказал.
― Я не забуду, ― пообещал Кристиан, принимая бесценную ношу.
Он почувствовал её страх, отчаяние и ненависть, как свои собственные. Эти ощущения не добавили оптимизма, ведь путь к столице Хауюна предстоит долгий, а будущее теперь и вовсе кажется беспросветным. Но первая проблема решаема ― сильные сонные чары не позволят ослабленной лисице бунтовать. Вторая сложнее, и решать её придётся долго.
― Я всегда здесь, но могу прийти, если буду нужен, ― сказал синеглазый дух снегов и льда на прощание. ― Возьми это. Нанеси на него каплю своей крови, чтобы меня позвать. А теперь ступай прочь, иначе заболеешь.
― Благодарю за спасение Тайян, советы и откровенность, ― с поклоном ответил ему Крис, приняв талисман-снежинку и прижимая безвольно обмякшую лисичку к груди.
Фаншу улыбнулся.
― Не стоит благодарности. Если не справишься, погибель для всех вас в этот раз придёт именно отсюда. Я буду тем, кто увидит твою настоящую смерть, но в силу своей бессердечности приму это лишь как свершившийся факт. И когда Заповедные Земли покроются мёртвыми льдами от края до края, а моря замёрзнут до самого дна, я стану последним, кто будет помнить о вас.
― Разве ты не сказал, что этот мир сгинет полностью?
― Сказал, но я не знаю, как именно это случится. Могу предсказать лишь логичное начало конца, потому что так уже было прежде. Уходи отсюда побыстрее, сын богини жизни. Теперь ты должен заботиться не только о себе.
Он снова исчез, а Крис обернул свою драгоценную ношу плащом и побрёл в обход ледяной пустоши на север ― в Хауюн. Не домой, но туда, где возвращения Кристиана Сюэ всё ещё с нетерпением кто-то ждёт.
Продолжение следует...