Сырая земля, только что вырытая лопатами. Края осыпаются, в яме темно и холодно. Пахнет влажной глиной и чем-то сладковаты, так пахнут листья поздней осенью, когда жизнь уже ушла, но память о ней еще теплится. Люди стоят вокруг, тесно прижавшись друг к другу, как будто боятся, что этот черный провал в земле может расшириться и утянуть их следом.
«Помяни, Господи, душу усопшего раба Твоего…»
Гроб начинают опускать. Он медленно, очень медленно уходит вниз, и этот момент самый страшный для живых. Потому что сейчас они отпускают своего навсегда.
В славянской народной культуре могила — это не просто «место, где лежит покойник». Это новый дом ушедшего, и к нему относились с тем же вниманием и почтением, как когда-то к строительству избы. В акте погребения, в обращении с могильной ямой, в вещах, брошенных на дно, отразились тысячелетние представления о том, что смерть — это не конец, а переселение. Переселение в мир иной, где у души начинается вечная жизнь.
ВЫБОР ЗЕМЛИ: НЕ ОСКВЕРНИТЬ СВЯТЫНЮ
Могила считалась святыней, порогом, который нельзя осквернять. Запрещалось не только забирать вещи, оставленные на могиле, но даже бросать на неё что-либо. Это было место особого сакрального статуса.
Место для последнего приюта выбирали заранее. Иногда сам покойный при жизни, чувствуя приближение конца. Иногда родственники. И здесь существовало важнейшее правило, которое сегодня почти забыто: близким людям запрещалось копать могилу.
Почему? Потому что для родственников это было слишком тяжелое психологическое испытание: своими руками вырыть яму для любимого человека. Но была и мистическая причина. Считалось, что роющий могилу может «устать», «надорваться» и вслед за покойным в эту ямку следом отправится кто-то из живых.
В Белоруссии могилу копали старики или нищие, то есть люди, которые уже как бы «принадлежат» к другому миру или стоящие на его пороге. Они избегали при этом говорить о покойнике, соблюдая ритуальное молчание (о котором мы говорили ранее). Закончив работу, они сообщали женщинам, обмывавшим тело, чтобы те вылили в могилу воду, которой обмывали усопшего, эта вода должна была освятить землю, «сроднить» её с телом.
ПРИМЕТЫ: ЕСЛИ МОГИЛА ВЕЛИКА
По тому, как вела себя земля, гадали о будущем семьи. Самая страшная примета: если свежевырытая могила оказывалась для гроба велика или мала.
· Велика — значит, земля «просит» ещё. Вскоре последует второй покойник, скорее всего родственник похороненного.
· Мала — пришлось расширять, к той же беде. Гроб, входящий в землю с трудом, как бы «застревающий» на границе миров дурной знак.
Осыпание краев могилы и падение в неё кого-либо из сопровождающих считалось особо опасной приметой. В этом видели прямое указание: «могиле мало одной жертвы» и вскоре нужно ждать следующей смерти.
Если при рытье обнаруживались более ранние захоронения, потревоженные кости, могильщики бросали в яму деньги. Считалось, что так они «откупаются» от старого покойника, чтобы он позволил новому поселиться рядом и не выгнал его из «своего» участка земли.
ДОМОВИНА: КАК УСТРОЕН «ТОТ СВЕТ»
Представление о гробе как о доме, одно из древнейших у славян. Не случайно в белорусском языке гроб до сих пор называют «домовина». Когда-то давно, в языческие времена, славяне сжигали умерших, а прах собирали в небольшую урну и ставили в специальные срубы — домовины.
Это были деревянные домики с двускатной крышей и маленьким окошечком. Внутрь ставили урну, а рядом еду, оружие, украшения. Считалось, что у души начинается новая жизнь, и она нуждается в том же, что и живой человек.
Позднее, когда распространился обычай погребения в земле, изменилась и форма. Вместо домовин на могилах стали ставить голубцы (или голбецы), надгробные памятники в виде столбца с двускатной крышей, напоминающие уменьшенную копию того самого домика.
Самые красивые и замысловатые голубцы сохранились на русском Севере, в Архангельской и Мурманской областях, в Карелии. Резьба на столбцах передавалась из поколения в поколение, а сама традиция пережила даже церковные запреты и дожила до XX века, особенно в среде старообрядцев.
Позже голбец трансформировался в восьмиконечный крест, увенчанный теми же двумя дощечками, схематичной кровлей. Православная церковь, боровшаяся с языческими пережитками, такие кресты не одобряла, но искоренить традицию не смогла.
«ПЕЧАТАНИЕ»: ЗАКРЫТЬ ДОРОГУ ОБРАТНО
Самый важный момент в погребальном обряде, когда гроб уже в земле, и её начинают засыпать. Этот обряд называется «печатание могилы». У украинцев священник железной лопатой чертил знак креста над могилой и крестообразным движением бросал на гроб землю. У белорусов до опускания гроба или по насыпанному пригорку стучали с четырех углов крест-накрест лопатой.
Что здесь происходит? Могила — это дом, но дом, который нужно запечатать. Чтобы из него нельзя было выйти. Считалось, что пока над могилой не совершен этот обряд, душа может вернуться, начать тревожить живых. Печатание — это финальный аккорд, разрыв связи. Могила становится не проходным двором, а вечным пристанищем.
В некоторых местах вдоль могильного холмика клали лопату, которой засыпали гроб, а сверху ставили перевёрнутый горшок с углями. Горшок древний символ вместилища души, перевёрнутый, знак того, что жизнь перевернулась, перешла в иное качество.
ВЕЩИ В МОГИЛУ: ВЫКУП И ДОРОГА
Что же бросали в могилу, когда гроб уже стоял на дне?
· Деньги. Чтобы покойник мог «выкупить себе место» на том свете или заплатить за переправу через огненную реку.
· Одежду, полотно, нитки. Оставленные на земле вещи могли использовать ведьмы для колдовства, поэтому их уничтожали, закапывая.
· Зерно, которым посыпали гроб при выносе из дома. Сметали в могилу, чтобы покойный не голодал.
· Любимые вещи умершего. Крестьяне верили, что на том свете человек продолжает заниматься тем же, чем и на этом. Курящему клали трубку, хромому — палку, музыканту — инструмент, а маленькому ребёнку — игрушки.
Особенно трогательно: умершей беременной женщине клали в гроб пелёнки, чтобы ей было во что завернуть младенца, который родится у неё на том свете .
Опускали гроб на верёвках или на длинных широких полотенцах. Полотенце символ дороги, пути. Широкое полотно, дорога гладкая, прямая, в Царствие Небесное.
МАГИЯ МОГИЛЬНОЙ ЗЕМЛИ: ЦЕЛИТЕЛЬНАЯ И ОПАСНАЯ
После похорон происходило самое интересное, с точки зрения современного человека, парадоксальное. Земля с могилы считалась целительной.
В северных русских деревнях этой землёй терли себе грудь, чтобы прошла тоска по умершему. Держали её за пазухой, чтобы успокоилась душа. Бросали в воду и обливались этой водой, чтобы «отвести» смерть от дома.
При повальном море скота могильной землёй трижды осыпали животных и верили, что это предохранит их от болезни. Больного ребёнка купали в воде с песком с могилы родственника и ждали исцеления.
Однако это было сильно действующее средство, почти колдовское. Поэтому могильную землю опасались приносить домой без нужды. Могильщиков заставляли разуваться и вытрясать землю из обуви и одежды, прежде чем войти в избу. Эту землю ведьмы и колдуны использовали для порчи, она была проводником между мирами, а значит, могла служить и злу.
СУДЬБА НЕЧИСТЫХ ПОКОЙНИКОВ
Особые правила были для тех, кого Церковь хоронить не благословляла: самоубийц, некрещёных младенцев, колдунов. Их могилы устраивали вне пределов кладбища, в глухих местах, в оврагах, на болотах, на перекрёстках.
На могиле некрещёного ребенка оставляли камень или треугольник из осинового дерева. На могиле самоубийцы тоже камень, чтобы «придавить» его, не дать выйти.
За могилой «нечистого» покойника следили особо. В нее могли вбить осиновый кол, чтобы мертвец не вставал и не ходил по земле.
Связь времён
Голбец у печи в русской избе и голбец на могиле. Домовой и дух предка. Не случайно эти понятия связаны одним словом. Наши предки не делали жёсткой границы между этим светом и тем. Изба и кладбище были частями одного мира, разделенного лишь тонкой гранью жизни и смерти.
Сегодня на многих могилах, особенно в глухих сёлах, всё еще можно увидеть крест, увенчанный двускатной крыше, свидетельство древней веры в то, что смерть — это просто переезд в новый, вечный дом. И пока этот дом цел — душа спокойна.