— Я на правах отца тут обосновался!
Голос бывшего мужа разносился по всей лестничной клетке. Люда молча стояла на пороге светлой, пахнущей свежим ремонтом прихожей.
На настенной вешалке нагло висела чужая мужская куртка. А рядом с ней — кислотно-розовый плащ.
В воздухе висел плотный аромат пережаренного лука. Он безжалостно перебивал тонкий запах новой мебели. Люда лично выбирала этот кухонный гарнитур всего две недели назад.
— Людок, ты чего с порога начинаешь?
Вовка лениво высунулся из кухни. На нем были старые серые спортивные штаны и полинявшая домашняя кофта.
В одной руке бывший муж зажал надкусанную котлету. Другой рукой он вальяжно чесал живот. Выглядел Вовка помятым, немного обрюзгшим, но крайне довольным собой.
— Я не начинаю. Я заканчиваю. Собирай манатки, Вовка. Время пошло.
Люда сделала шаг внутрь. Аккуратно поставила мокрый зонт в угол.
Она не повышала голос. Восемь лет назад, когда этот вечный искатель себя упорхнул в туман строить новую жизнь с очередной музой, она, может, и покричала бы. Но сейчас Люда руководила тремя филиалами оптовой фирмы. Тратить нервы ей было некогда.
Месяц назад она вложила немалые деньги в отдельное жилье для девятнадцатилетней дочери Аси. Чтобы девочка училась в институте спокойно и не моталась на электричках.
Кто же знал, что у студентки не хватит духу отказать родному отцу.
Тот примчался вчера вечером с жалобной историей. Попросил ключи просто переночевать. А сегодня утром Ася позвонила матери вся в слезах.
— Куда я пойду? Дождь на улице. Ася не против. Мы с ней нормально поговорили!
Вовка шмыгнул носом. Откусил еще кусок мяса.
— Ася против. Она заехала перед парами за конспектами. А на ее новом спальном месте спит чужая тетя. В ванной висят чужие вещи. А ты велел ей не мешать взрослым людям отдыхать.
Люда скрестила руки на груди.
— Это квартира моего ребенка! Значит, и моя тоже. Я отец. Семья же! Не чужие люди!
Вовка прожевал котлету и ткнул в сторону Люды вилкой.
— Ты отец только по факту записи в метрике. Ты алименты за восемь лет платил три раза. И то, когда тебя приставы за горло взяли.
Люда даже не моргнула.
— Ой, ну началось в колхозе утро! Опять эти копейки считаешь! Я, между прочим, жизнь ей дал! Я на ее лечение скидывался, когда ей брекеты ставили!
Бывший муж закатил глаза.
— Ты тогда перевел две тысячи рублей. Из восьмидесяти нужных.
Люда смотрела на него в упор.
— Я дал сколько мог! У меня тогда трудности были!
Из-за его спины выглянуло нечто.
Нечто было облачено в цветастый ситцевый халат. Оно часто хлопало густо накрашенными ресницами и крепко прижимало к груди пеструю кухонную прихватку.
— Володя, а кто это к нам пришел? Ты же говорил, мы тут одни будем жить. Ася же к парню переехала.
Дама жеманно поправила волосы.
Люда смерила парочку долгим взглядом.
— Жанна, иди в комнату. Мы с бывшей женой разговариваем.
Вовка отмахнулся от сожительницы, словно от назойливой мухи.
— Жужа может остаться. Пусть слушает. Информацию впитывает. Чтобы потом иллюзий не строить.
Сухо произнесла Люда.
— Я Жанна!
Дама в халате возмущенно вздернула подбородок.
— Мне без разницы. Вовка, я считаю до трех. Потом твои вещи летят с балкона. Вместе с Жанной.
Люда перевела взгляд на бывшего мужа.
— Людок, ну детский сад. Ей-богу. Ты что, отца на улицу выгонишь? Мы с Жанночкой тут поживем немного. Месяцок-другой. Пока я на ноги не встану.
Бывший муж вальяжно привалился плечом к дверному проему. Он попытался изобразить миролюбивое выражение лица, свято веря, что женщины всегда просто шумят. Пошумят, выпустят пар и успокоятся.
— На какие ноги? Ты на них восемь лет встать не можешь. Все ползаешь от одной шеи к другой.
Люда чуть приподняла бровь.
— У меня бизнес прогорел! Партнеры кинули! Ты баба обеспеченная, не обеднеешь, если мы тут перекантуемся. Аська все равно тут не живет толком. Чего метрам простаивать?
Мигом взвился Вовка.
— Володя сказал, вы нам не помешаете. Мы люди тихие. Я убираться буду. Пыль там протереть, полы помыть. Мы даже коммуналку можем оплачивать. Наполовину.
Она сделала шаг вперед. Почувствовала поддержку своего мужчины.
— Только квитанции пусть Аська приносит. А то я в этих приложениях телефонных не разбираюсь. Вечно там все зависает.
Добавил Вовка.
Люда коротко дернула головой. Уровень абсурда превышал все мыслимые нормы.
Извечная мужская хитрость — прикинуться жертвой обстоятельств, давить на жалость и привести в дом к дочери свою новую пассию. При этом свято веря в собственную непогрешимость.
— Полы здесь будет мыть робот-пылесос. А вы прямо сейчас идете собирать свои пожитки.
Отчеканила Люда.
— А мы шторы хотели поменять! Слишком темные для молодой девочки. И микроволновку бы сюда. Володя сказал, ты купишь до конца недели.
Вдруг подала голос Жанна.
Люда даже не нашлась, что ответить на такую незамутненную наглость.
Она просто смотрела на эту женщину. Жанна на полном серьезе планировала обустраивать чужое жилье за чужой счет, раздавая указания бывшей жене своего сожителя.
— И сковородку нормальную надо. На вашей все пригорает. Я вот лук жарила для котлеток, так еле отскребла. Покрытие совсем дешевое.
Не унималась Жанна.
— Это покрытие стоит как вся твоя верхняя одежда.
Сухо обронила Люда.
— Никуда я не пойду. Это квартира моей дочери! Вызывай кого хочешь! Милицию, полицию, спортлото! Я никуда не сдвинусь!
Вовка бросил недоеденную котлету на бумажную салфетку. Он упер руки в бока. Пытался включить хозяина положения. Жанна за его спиной одобрительно приосанилась.
— Я тут ремонт, между прочим, могу сделать! Обои переклеить! Розетки поменять! Мужик в доме нужен! Потечет кран, Аська кого звать будет? Тебя?
Нашелся бывший муж.
— Розетки тут менял квалифицированный электрик. Ты гость, который девчонке на шею сел. И сейчас этот гость выметается.
Люда сделала шаг вперед.
— А если не выметусь? Силой меня потащишь? Руки марать будешь?
Бывший муж нагло ухмыльнулся.
Люда не стала тратить слова. Она просто повернула голову к приоткрытой входной двери.
— Николай. Зайди, пожалуйста.
Из подъездного полумрака шагнул Коля.
Метр девяносто роста, косая сажень в плечах, короткая куртка и совершенно непроницаемое лицо. Личный водитель Люды и по совместительству человек, который решал вопросы, где уговоры уже не работали.
Коля молча переступил порог. Тщательно вытер ботинки о коврик. Посмотрел на Вовку сверху вниз.
— Граждане не понимают по-русски. Помоги собрать вещи. И проследи, чтобы мое имущество случайно не прихватили.
Мягко скомандовала Люда.
Вовка попятился.
Весь его гонор исчез в одну секунду, уступив место суетливой покорности. Николай даже не сделал резкого движения, просто шагнул ближе к кухне.
Жанна пискнула. Развернулась и метнулась вглубь квартиры.
— Эй, эй, полегче! Сами соберемся! Без рук давай! Чего ты сразу охрану тащишь? Нормально же сидели!
Замахал руками бывший муж. Он отступал по прихожей от надвигающегося Коли.
— Пятнадцать минут. Если через пятнадцать минут вас тут не будет, я забуду этот визит. Если будете копаться — Коля ускорит процесс.
Люда достала из кармана мобильный телефон.
Она прошла на кухню.
Брезгливо сдвинула дорогую сковородку с чужим пережаренным луком. Открыла окно нараспашку. Воздух в помещении нужно было срочно проветрить.
Сборы проходили в рекордные сроки.
Из спальни доносилось пыхтение и шорох пакетов. Жанна металась по комнате. Она лихорадочно запихивала в спортивную сумку кофты, косметички и какие-то банки.
— Володя, мой крем! Где мой крем?
Причитала она.
— Да брось ты этот крем, пошли быстрее!
Шипел Вовка.
Он торопливо натягивал кроссовки прямо на босу ногу. Бывший муж то и дело недовольно косился на молчаливого Николая. Водитель подпирал спиной стену и просто наблюдал за процессом.
— Могла бы и по-человечески. Не по-людски это, Людок. Вышвыривать вот так. Мы же не чужие люди. Мы бы порядок навели.
Пробурчал Вовка. Он зло сдернул с вешалки куртку и застегивал ее трясущимися пальцами.
— Ключ на тумбу положи.
Люда вышла из кухни.
Вовка нехотя выудил из кармана связку. Медленно, словно отрывая от сердца, швырнул ее на деревянную поверхность. Ключи звякнули.
Жанна подхватила два огромных баула.
Она первой выскочила за порог. Даже не посмотрела на Люду. Бывший муж поплелся следом, волоча за собой тяжелый пакет с продуктами, которые успел вытащить из холодильника.
— Дочке передай, что отец обиделся.
Бросил он напоследок.
— Всенепременно.
Люда закрыла за ним дверь.
Она дождалась, пока на площадке не стихнут торопливые шаги, а кабина лифта не поедет вниз. В квартире сразу стало как-то легче дышать.
Она повернулась к водителю.
— Коль, инструмент в машине?
— Обижаете, Людмила Петровна.
Николай полез во внутренний карман куртки.
— Все с собой. Я новую личинку по пути купил, как вы и просили.
Они управились за полчаса. Николай, бывший автомеханик, ловко выкрутил старый механизм из замка и поставил новый. Запасные ключи Люда спрятала в сумочку, а старые, те, что бросил Вовка, отправила в мусорное ведро.
Вечером приехала Ася.
Девочка долго топталась в прихожей. Она нервно комкала в руках бумажную салфетку. Ася ждала криков, лекций о безопасности и долгих упреков.
Люда не ругалась.
Она молча налила дочери тарелку горячего супа. Пододвинула тарелку с хлебом. А затем положила перед ней на стол новую связку ключей.
— Держи. Замок новый. И больше чужих в дом не пускай. Даже если у них твой нос и знакомая фамилия.
Люда присела напротив.
Ася робко взяла ключи. Она молча спрятала их в карман джинсов. Больше они эту тему никогда не поднимали.
Прошло полгода.
Ася спокойно училась. Завела полосатого кота, который исправно драл новые обои в спальне. Вовка больше на горизонте не появлялся. Знакомые болтали, что Жанна выставила его с вещами через месяц.
Ровно в тот момент, когда поняла, что бесплатного элитного жилья не предвидится. А работать ее Володя так и не начал.
