Следующий день снова выдался солнечным, и Джуди, проснувшись, первым делом выгуляла Лаки. Щенок уже привык к ритуалу и деловито ковылял на трёх лапах к ближайшему газону, волоча загипсованную заднюю. Джуди шла за ним, хромая, но уже почти не опираясь на стены. Лапа с каждым днём становилась послушнее, хотя прыгать она всё ещё не могла и о самостоятельном походе в туалет не могло быть и речи. Унитазы в этом мире были слишком высокими, а её равновесие — слишком шатким.
После завтрака они решили поехать в другой район города — Макс сказал, что там есть большой парк с фонтанами и старыми дубами, где почти нет туристов. Джуди согласилась. Ей хотелось новых впечатлений, хотелось смотреть на этот мир и узнавать его. Лаки тоже поехал с ними, устроившись у неё на руках.
Парк действительно оказался красивым. Высокие деревья, тенистые аллеи, старый каменный фонтан в центре. Лаки, спущенный на траву, тут же заковылял исследовать кусты. Джуди и Макс шли за ним, не торопясь. Она хромала, но шла сама, и это всё ещё вызывало у неё тихую гордость. Людей было немного — парочка бегунов, мама с коляской, старик с газетой на скамейке. Почти идиллия.
Они погуляли около часа, и Джуди почувствовала знакомое давление внизу живота. Она остановилась и прислушалась к себе. Да, определённо. Кофе и вода, выпитые утром, давали о себе знать.
— Макс, мне нужно в туалет, — сказала она.
— Тут должен быть общественный, — он огляделся по сторонам. — Я видел указатель у входа в парк.
Они двинулись обратно к входу. Туалет нашёлся быстро — небольшое здание из серого бетона с табличками «Мужской», «Женский» и «Для маломобильных». Но на двери туалета для маломобильных висела табличка с жирной красной надписью: «Временно закрыт. Технические работы». Джуди уставилась на неё, и её нос тут же задёргался.
— Ты издеваешься? — пробормотала она. — Ладно, женский.
Но и женский туалет был закрыт. На двери висела другая табличка: «Санитарный час. Открыто с 14:00». Джуди перевела взгляд на часы на телефоне. Половина первого. Ждать ещё полтора часа.
— Санитарный час? — её голос поднялся на полтона выше. — Что это вообще значит?! Они моют туалет полтора часа?!
— Бывает, — вздохнул Макс. — Слушай, есть ещё мужской.
Джуди замерла. Она посмотрела на дверь мужского туалета, потом на Макса, потом снова на дверь. Её нос дёргался, а здоровая левая задняя лапа начала выбивать дробь по асфальту.
— Мужской? — переспросила она. — Там же... мужчины.
— Ну да. Но тебе же просто нужно в туалет. Ты офицер полиции, в конце концов. Что ты там не видела?
— Я не видела мужского туалета в вашем мире! — она почти кричала. — У нас в Зверополисе не везде было разделение по гендеру! Были общие туалеты для всех видов, просто кабинки разных размеров! А тут у вас всё разделено, и я понятия не имею, что меня там ждёт!
— Туалет тебя там ждёт, — спокойно сказал Макс. — Кабинки с унитазами. И писсуары. Но тебе же нужна кабинка, а не писсуар.
Джуди глубоко вздохнула. Давление внизу живота становилось всё более настойчивым. Терпеть ещё полтора часа она не могла — уже проверено опытом, ничем хорошим это не заканчивалось.
— Ладно, — сказала она сквозь зубы. — Я иду в мужской туалет. Но если кто-то будет смеяться, я покажу значок.
— Никто не будет смеяться, — заверил Макс. — Там всем всё равно.
Он открыл дверь и пропустил её вперёд. Джуди вошла, хромая, и тут же её нос задергался от смеси запахов — хлорка, освежитель воздуха и что-то ещё, специфически мужское. Помещение было просторным, выложенным белой плиткой. Слева — ряд писсуаров, справа — кабинки. У писсуаров стояли двое мужчин. Один — молодой парень в спортивной форме, другой — пожилой мужчина с усами. Оба повернули головы на звук открывшейся двери и замерли.
Джуди замерла тоже. Она стояла в дверях, хромая, с пятнистым щенком на руках, в полицейской форме, с одним кроссовком на правой задней лапе и босой левой, и смотрела на двух мужчин, которые смотрели на неё. Её нос дёрнулся. Потом ещё раз. А потом она сделала то, что всегда делала в неловких ситуациях — заговорила.
— Добрый день, — сказала она громко и чётко. — Офицер Джуди Хопс, полиция Зверополиса. Женский туалет закрыт на санитарный час, туалет для маломобильных на ремонте. Я временно пользуюсь мужским. Прошу прощения за беспокойство. Продолжайте.
Пожилой мужчина моргнул. Молодой парень открыл рот, закрыл и снова открыл.
— Это кролик? — спросил он шёпотом, но в пустом помещении шёпот прозвучал отчётливо.
— Крольчиха, — поправила Джуди. — И да, я говорю. И нет, это не розыгрыш.
Пожилой мужчина вдруг кивнул и спокойно отвернулся обратно к писсуару.
— Я слышал про вас в новостях, — сказал он через плечо. — Вы та самая, которая попала к нам из параллельного мира.
— Да, та самая.
— Ну, добро пожаловать. Туалет — он для всех туалет.
Молодой парень всё ещё таращился, но, увидев реакцию старшего, тоже отвернулся, хотя продолжал коситься.
Джуди глубоко вздохнула и, хромая, двинулась к кабинкам. Макс шёл рядом, готовый помочь. Кабинка была стандартной — тесноватая, но с унитазом нормальной высоты. Джуди зашла внутрь, и Макс, как обычно, зашёл следом и закрыл дверь.
— Знаешь, — сказала Джуди, пока он помогал ей расстегнуть ремень и спустить штаны с трусами до колен, — это новый уровень. Сначала я не могла дойти до туалета. Потом я ходила с твоей помощью. Потом в торговых центрах. А теперь я в мужском туалете, и за дверью стоят двое незнакомых мужчин.
— Зато ты не терпишь, — заметил Макс, беря её за передние лапы и глядя строго в потолок. — И туалет работает. Это прогресс.
— Прогресс, — проворчала она, приседая над унитазом на одной здоровой задней лапе. Больная правая висела в воздухе, замотанная в эластичный бинт под кроссовком. — Когда-нибудь я расскажу об этом Нику. И он скажет: «Кэрротс, ты зашла в мужской туалет и читала лекцию незнакомцам у писсуара? Я горжусь тобой».
— Он правда так скажет?
— Именно так. И добавит что-нибудь саркастичное про то, что я всегда умела устроить шоу.
Снаружи послышались шаги — кто-то ещё вошёл в туалет. Джуди замерла, прислушиваясь. Новый посетитель, судя по звуку, направился к писсуару. Она закрыла глаза и сделала то, за чем пришла, надеясь, что звук льющейся воды из кабинки не будет слишком громким.
— Кролик в мужском туалете, — донёсся снаружи голос пожилого мужчины, который, видимо, объяснял ситуацию новоприбывшему. — Из параллельного мира. Полицейский. Женский закрыт, так что она здесь.
— Понял, — ответил новый голос. — Бывает.
Джуди выдохнула. Её нос, который всё это время отчаянно дёргался, наконец успокоился.
— Твои люди, — сказала она шёпотом, обращаясь к Максу, — странные. Но в хорошем смысле.
— Это Лос-Анджелес, — ответил он так же шёпотом. — Тут каждый день что-то странное. Кролик в туалете — не самая безумная вещь, которую они видели.
Когда они закончили и Джуди с помощью Макса натянула трусы и штаны, застегнула ремень и вышла из кабинки, в помещении уже никого не было. Только тихо гудел вентилятор под потолком. Она подошла к раковине, вымыла передние лапы с мылом, вытерла бумажным полотенцем и посмотрела на себя в зеркало. Из зеркала на неё смотрела крольчиха в полицейской форме — один кроссовок, одна босая лапа с розовыми подушечками, пятнистый щенок на руках.
— Я только что была в мужском туалете, — сказала она своему отражению. — И мир не рухнул.
— Поздравляю, — Макс улыбнулся. — Ты на шаг ближе к полной адаптации.
На улице их ждал всё тот же солнечный день. Лаки, который всё это время смирно сидел на руках у Макса, снова был передан Джуди и тут же лизнул её в нос.
— Пошли домой, — сказала она. — С меня хватит приключений на сегодня.
Они медленно двинулись к выходу из парка, и Джуди чувствовала странную смесь усталости, облегчения и тихой гордости. Да, она всё ещё хромала. Да, она всё ещё не могла сама сходить в туалет. Да, она была в чужом мире, беременная, с травмированной лапой и пятнистым щенком на руках. Но она справлялась. Она заходила в мужские туалеты, разговаривала с незнакомцами, шутила над собой и не теряла достоинства. Она была офицером Джуди Хопс, и она всё ещё могла удивлять саму себя.
— Ник, — прошептала она, глядя в небо над пальмами. — Если бы ты меня сейчас видел... ты бы, наверное, смеялся до слёз. А потом обнял бы меня и сказал, что я молодец. Я скучаю. Я очень скучаю.
Лаки лизнул её в щёку. Джуди улыбнулась и, хромая, пошла дальше. Домой. К дивану, к одеялу, к тихому вечеру и спокойному сну. Завтра будет новый день. И кто знает, какие ещё туалеты ей придётся посетить.