РУСЛАН
«Цена свободы — всё, что у меня есть»
Она сказала: «Уедем».
Я смотрел на неё и понимал, что она готова. Готова бросить всё, что у неё было, ради меня. Ради нас.
Но я не мог позволить ей это сделать.
Не потому, что не хотел. А потому, что бегство — это не выход. Макс найдёт нас везде. Он всегда находил. И если мы сбежим, он победит. А я не могу ему этого позволить.
Я должен закончить это раз и навсегда.
На следующий день я позвонил Максу сам.
— Встретимся, — сказал я. — Без свидетелей. Без записей. Поговорим как мужчины.
— О, — протянул он. — Ты созрел. Где и когда?
— Старый ринг. Сегодня в восемь.
— Приду.
Я повесил трубку и посмотрел на Лену. Она стояла в дверях, скрестив руки на груди.
— Ты собираешься к нему, — сказала она. Не вопрос. Утверждение.
— Да.
— Я пойду с тобой.
— Нет, — отрезал я. — Это опасно.
— Именно поэтому я пойду.
— Лена, — я подошёл к ней, взял за плечи. — Если я возьму тебя с собой, он будет использовать тебя как рычаг. Ты будешь моей слабостью. А я не могу позволить себе слабость в разговоре с ним.
— А если он сделает тебе больно?
— Не сделает, — сказал я. — Он трус. Он умеет только угрожать и манипулировать. В реальной драке он беспомощен.
— Я боюсь, — прошептала она.
— Я тоже, — я поцеловал её в лоб. — Но я должен это сделать. Ради нас.
Она обняла меня. Крепко.
— Вернись, — сказала она. — Пожалуйста.
— Вернусь, — пообещал я. — Всегда возвращаюсь.
В восемь вечера я пришёл на старый ринг.
Макс уже был там. Сидел на канатах, курил. В руке — папка.
— Рус, — он улыбнулся. — Ты вовремя. А я уж думал, ты испугаешься.
— Я не боюсь тебя, — сказал я, подходя ближе. — Я никогда не боялся.
— Зря, — он затушил сигарету. — Потому что я принёс тебе кое-что интересное.
Он протянул папку.
— Что это?
— Открой, увидишь.
Я открыл.
Внутри были фотографии. Лена. Выходит из подъезда. В парке. В кафе с Кириллом. И одна — где она стоит на балконе своей квартиры, в халате, и смотрит в телефон.
Мои руки задрожали.
— Ты следил за ней, — сказал я. — Ты фотографировал её.
— Не только, — он достал из кармана диктофон. — Я знаю, где она бывает, с кем встречается, что говорит. Знаю, что она бросила работу. Знаю, что вы планируете сбежать.
— Откуда…
— У меня везде люди, Рус. Я же говорил. Я не отступлюсь.
Я сжал папку так, что хрустнула бумага.
— Что тебе надо? — спросил я сквозь зубы.
— Всё тот же контракт, — он развёл руками. — Ты работаешь на меня. Я даю тебе деньги, зал, уважение. А ты забываешь про прошлое и начинаешь новую жизнь. С ней.
— А если откажусь?
— Тогда эти фотографии увидят все, — он похлопал по папке. — Её соседи, её друзья, её бывший начальник. Твои клиенты. Все узнают, что ты — уголовник, а она — девушка уголовника. И что вы живёте в подвале и мечтаете о великом.
— Она не виновата, — сказал я. — Она не имеет отношения к моему прошлому.
— Это не важно, — он улыбнулся. — Виновные и невиновные — все в одной лодке. Ты подставил её, Рус. В тот момент, когда впустил в свою жизнь.
Он был прав.
Я впустил её. Я полюбил её. И теперь она в опасности из-за меня.
— Дай мне подумать, — сказал я.
— Думай быстро, — он встал. — У тебя сутки. Или ты подписываешь контракт, или эти фото уходят в люди. Выбор за тобой.
Он вышел из зала.
Я остался один. С папкой в руках. С фотографиями, на которых она улыбается, не зная, что за ней следят.
Я сел на ринг, обхватил голову руками и замер.
Выхода не было. Совсем.
Я вернулся домой в полночь.
Лена спала на диване, свернувшись калачиком. Я сел рядом, посмотрел на неё.
Красивая. Хрупкая. Моя.
Я не имел права подвергать её опасности. Но я не имел права и бросать её. И продавать себя Максу — тоже не имел.
Я сидел и смотрел на неё до утра.
Утром она проснулась, увидела меня и улыбнулась.
— Ты вернулся, — сказала она.
— Вернулся, — я попытался улыбнуться в ответ, но не получилось.
— Что случилось? — она села. — Руслан, ты бледный. Что он сказал?
Я показал ей папку.
Она открыла. Посмотрела фотографии. Её лицо побледнело.
— Он следил за мной, — прошептала она. — Всё это время.
— Да.
— И что он хочет?
— Чтобы я подписал контракт. Работал на него. Или он выложит эти фото и расскажет всем про моё прошлое.
— Расскажет всем? Кому?
— Всем, кто нас знает. Соседям, клиентам, твоим знакомым. Он уничтожит нашу репутацию.
Она молчала. Долго.
— А если мы уедем? — спросила она.
— Он найдёт, — сказал я. — У него везде люди.
— Тогда что нам делать?
Я посмотрел на неё. На её глаза, в которых не было страха. Только боль. И любовь.
— Я не знаю, — признался я. — Впервые в жизни я не знаю, что делать.
Она взяла мою руку. Сжала.
— Мы что-нибудь придумаем. Вместе.
— Лена, — сказал я. — Что, если не придумаем?
— Тогда у нас есть ещё один вариант, — она посмотрела мне в глаза. — Мы можем рассказать всё сами. Первыми. Чтобы он не успел.
— Рассказать?
— Да. Твоим клиентам. Соседям. Всем. Что ты не монстр. Что ты изменился. Что прошлое осталось в прошлом.
— Они не поверят, — покачал я головой.
— А ты попробуй, — сказала она. — Худшее, что может случиться — они уйдут. Но они и так уйдут, если Макс расскажет. А если ты расскажешь сам, у тебя будет шанс.
Я смотрел на неё. На эту хрупкую девушку в очках, которая предлагала мне выйти на свет и признаться в том, что я прятал годами.
— Ты сумасшедшая, — сказал я.
— Знаю, — она улыбнулась. — Но это работает.
В тот же день я собрал всех клиентов.
Их было немного — человек пятнадцать. Дети, старики, несколько парней, которые приходили бить грушу после работы.
Они стояли в зале и смотрели на меня.
Я стоял перед ними и не мог вымолвить ни слова.
— Руслан, что случилось? — спросил дед Вася, который ходил на разминку для суставов.
— Мне нужно вам кое-что сказать, — начал я. Голос дрожал. — О моём прошлом. О том, что я скрывал.
Я рассказал всё.
Про спорт. Про допинг (правду — что подсыпал Макс). Про драки. Про больницу. Про суд.
Когда я закончил, в зале было тихо.
Я ждал, что они развернутся и уйдут.
Но дед Вася подошёл и похлопал меня по плечу.
— Сынок, — сказал он. — Все мы ошибаемся. Главное — что ты стал другим.
— А если я не стал? — спросил я.
— Стал, — сказал мальчишка лет пятнадцати, который приходил ко мне после того, как его отчислили из школы. — Вы меня научили не сдаваться. Не важно, что было раньше. Важно, что вы делаете сейчас.
Я смотрел на них. На этих людей, которые не ушли. Которые остались.
Лена стояла в углу и улыбалась.
Я подошёл к ней.
— Ты знала, что они не уйдут? — спросил я.
— Догадывалась, — она взяла меня за руку. — Потому что они видят тебя таким же, как я. Настоящим.
Я обнял её. Прямо при всех.
И никто не засмеялся. Никто не осудил.
В тот день я понял: страх — это только в голове. А правда — она освобождает.
Вечером Макс прислал сообщение.
«Твои люди могут остаться с тобой. Но я — нет. Завтра я выложу всё. Фото, видео, документы. Ты проиграл, Рус».
Я посмотрел на телефон. Потом на Лену.
— Он не успокоится, — сказал я.
— Тогда мы будем бороться до конца, — ответила она. — Я с тобой.
Я взял её за руку.
— И я с тобой, — сказал я.
И мы стали ждать завтрашнего дня.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
А как вы думаете, что будет в следующей главе? Макс выложит компромат или что-то помешает? И удастся ли Лене и Руслану сохранить то, что они построили?