Илья Григорьевич Старинов, советский разведчик и полковник, заслужил прозвища «маэстро минной войны», «взрывник от Бога» и «король диверсий». Эти титулы давали ему не только друзья и коллеги, но и враги.
«КАМАРАДО РУДОЛЬФО»
Осенью 1936 года по просьбе республиканского правительства в Испанию прибыли советские военные советники. Среди них были и представители спецслужб. Одним из них был Илья Старинов. В Испании его называли «камарадо Рудольфо».
С первых дней в Испании Старинов не только обучал разведывательно-диверсионные группы, но и участвовал в ответственных операциях. Вскоре его имя стало легендой среди республиканцев.
Под его руководством действовал отряд особого назначения под командованием Доминго Унгрии в районе Валенсии. Этот спецназ состоял из 20 партизан, плохо обученных и дисциплинированных. В их распоряжении были грузовик и легковушка. Учить их приходилось в боевой обстановке, где ошибка могла стоить жизни всей группы.
Сначала они устанавливали мины на дорогах, что надолго перерезало сообщение на направлении Теруэль — Каламоча. Успехи подрывников были настолько велики, что в январе 1937 года отряд перебросили в Альбасете, где к ним присоединились бойцы интербригад из разных европейских стран. База отряда стала учебным центром для профессиональных диверсантов.
Старинов учил своих подопечных не только устанавливать серийные мины, но и изготавливать самодельные, устраивать ловушки, быть наблюдательными и смелыми.
Диверсии в тылу врага требовали переходов через линию фронта, что увеличивало риск обстрела. Поэтому Старинов предложил создать тайную базу на территории врага.
Местом для базы выбрали заброшенный маслодельный завод в 10 км северо-западнее Адамуса. Туда доставили около полутонны взрывчатки, снаряжение и продовольствие. Всё было спрятано в обветшалом здании.
Перед операцией группа отправлялась туда и готовилась к рейду по вражеским тылам.
ЭШЕЛОНЫ ПОД ОТКОСОМ
В феврале 1937 года стало известно, что франкисты ждут подкрепления из Италии. Итальянские части должны были прибыть на железнодорожный узел Кордова. Командование решило пустить эшелон под откос.
«Камарадо Рудольфо» возглавил операцию. С группой бойцов он переправился на секретную базу под Адамусом. Рейд начался ночью. Среди бойцов не было никого, кто хорошо знал местность.
Старинов приказал захватить «проводника» — солдата, охранявшего пути. Партизаны привели двух новобранцев, мобилизованных Франко. Они сочувствовали республиканцам и вывели группу к неохраняемому участку полотна. Участок проходил по краю глубокого оврага с крутыми откосами.
Здесь партизаны заложили взрывчатку.
Вдали замелькали огни локомотива. Вдруг прогремел мощный взрыв, и вагоны один за другим начали падать с высоты.
На следующий день стало известно, что в крушении погиб весь личный состав штаба итальянской авиадивизии.
Еще через неделю группа «камарадо Рудольфо» снова устроила диверсию — на этот раз они пустили под откос эшелон с марокканской кавалерией.
Противники республиканцев еще не оправились от потерь, как Старинов подорвал состав с боеприпасами под Монторо.
Франкисты терялись в догадках о месте следующего удара. Они усиливали охрану железных дорог, устанавливали круглосуточные посты и постоянно искали мины, но взрывы не прекращались.
В республиканском лагере имя «камарадо Рудольфо» становилось все более популярным. Журналисты из известных изданий, работавших в Испании, стремились встретиться с мастером-взрывником.
Среди тех, кто общался со Стариновым, был и Эрнест Хемингуэй.
МИНЫ С СЮРПРИЗОМ
Группы подрывников под руководством Старинова становились все изобретательнее. В Испании он разработал новое устройство — «колесный замыкатель». Он обучал бойцов создавать магнитные мины собственной конструкции и мины-ловушки с взрывателями, которые было невозможно обезвредить. Эти мины срабатывали в тот момент, когда вражеские саперы считали, что обезвредили заряд.
Франкисты, находя мину, часто взрывали ее на месте, не пытаясь разминировать. Старинов использовал это в своих интересах. Из-за нехватки мин для диверсий он приказал партизанам делать муляжи. Когда франкисты находили муляж, они принимали его за настоящую мину-ловушку и закладывали рядом свой заряд. Происходил взрыв, и вместе с муляжом взлетали рельсы или асфальт. Таким образом, франкисты сами выполняли работу партизан.
В тот же период в Испании находилась жена Старинова — Алла Константиновна, которая работала переводчицей при советских военных советниках.
РАДИОКОМАНДА НА ВЗРЫВ
В середине 1920-х годов в Советском Союзе, в обстановке строгой секретности, начались исследования по созданию радиоуправляемых мин. Ведущими специалистами проекта стали Бекаури и Миткевич. Техническое бюро, работавшее над этим, находилось в Ленинграде, рядом с Политехническим институтом.
В 1927-1929 годах прошли интенсивные испытания в Ленинградской и Московской областях и в Балтийском море. Они завершились успешно. Например, на подмосковном полигоне мины взорвали по радиокоманде из Ленинграда в присутствии важной правительственной комиссии.
Весной 1930 года началось серийное производство радиофугасов для Красной Армии. В то время подобного оружия, известного как ТОС (техника особой секретности), не было ни в одной другой армии мира.
Перед Великой Отечественной войной был разработан усовершенствованный радиофугас модели Ф-10, который мог работать более двух месяцев.
Старинов, вернувшийся из Испании и известный своей чувствительностью к перспективным техническим новшествам, сразу оценил потенциал этого оружия в современной войне. Когда в сентябре 1941 года его назначили руководителем спецгруппы для проведения секретной Харьковской минно-заградительной операции, он с энтузиазмом взялся за дело.
НОЧЬ ВОЗМЕЗДИЯ В ХАРЬКОВЕ
В конце сентября 1941 года стало ясно, что Харьков скоро падет перед немцами. В этот период спецгруппа диверсантов под командованием полковника Старинова заминировала в городе важные объекты, где мог находиться противник. Среди них были аэродромы и ключевые коммуникации. Использовались радиофугасы, мины замедленного действия с часовыми замыкателями и электрохимические взрыватели.
Один радиофугас был заложен в подвале дома № 17 на улице Дзержинского, где раньше жили партийные руководители. Планировалось, что это здание займет немецкий генерал.
Вероятно, фашисты узнали о планах через свою агентуру. Войдя в город, они сразу отправили саперов, которые нашли и обезвредили множество мин. Особняк на улице Дзержинского также был разминирован.
Капитан немецких саперов Карл Гейден доложил начальству, что русские саперы допустили непрофессионализм. Они не умели правильно ставить и маскировать мины, которые к тому же оказались частично неисправными. По словам Гейдена, немецким саперам не понадобились миноискатели, чтобы найти и обезвредить примитивные русские ловушки.
В особняке обосновался начальник фашистского гарнизона в оккупированном Харькове, генерал-лейтенант Георг фон Браун. Это доложили в Центр наши разведчики, оставшиеся в городе.
Затем наступила ночь возмездия.
14 ноября в 3:15 город потрясла серия мощных взрывов. Десятки объектов были уничтожены, в том числе дом № 17. Взрыв был настолько сильным, что личные вещи генерала нашли на крыше соседнего здания.
А как же доклад немецкого капитана?
Секрет в том, что обнаруженные сапёрами мины были фальшивыми. Утечку информации о минировании объектов группа Старинова допустила намеренно. Обычные мины-обманки были установлены для отвода внимания, а настоящие радиофугасы заложили по всем правилам диверсионного искусства. Сигнал на взрыв дал полковник Старинов из Воронежа, с областной радиостанции.
Фашисты не поняли, что взорвались радиомины. Они решили, что виноваты советские бомбардировщики, тем более что в ту ночь над городом были плотные облака.
Через неделю аналогичная радиокоманда из Воронежа была направлена в Одессу, где взорвались радиоуправляемые фугасы, заложенные перед нашим отступлением. Среди них был дом, где собрались две сотни старших офицеров вермахта.
Радиофугасы продолжали взрываться в тылу фашистов. За многими диверсиями стояла спецгруппа под руководством Старинова.
Лишь в начале 1942 года немцы начали подозревать, что команды на срабатывание мин передаются по радио. Гитлер приказал доставить пленного русского «радиосапера» в Берлин для личного доклада.
Однако абверу не удалось захватить ни одного члена спецгруппы. Осенью 1943 года у немцев оказалась одна радиоуправляемая мина.
Лучшие немецкие специалисты потратили год, пытаясь скопировать её, но так и не смогли разгадать всех секретов и наладить серийное производство.
«РЕЛЬСОВАЯ ВОЙНА»
Илья Григорьевич Старинов был мастером взрывных дел. Он придумывал хитроумные трюки и эффекты, которые досаждали врагам. Старинов разработал множество оригинальных мин и взрывных устройств. Например, тоннельно-мостовую мину, которую захватывал паровоз и протаскивал на мост или в тоннель, где она взрывалась.
Также он создал «минную удочку». Это был длинный строп, один конец которого крепился к взрывателю, а другой держал диверсант, спрятавшийся за пригорком. Когда поезд проезжал над миной, диверсант дергал за строп, и снаряд взрывался. Строп отцеплялся от мины, что позволяло использовать её многократно. В партизанских отрядах такие «удочки» ценились высоко.
В годы войны популярностью пользовалась «угольная мина», замаскированная под брикет угля. Среди других изобретений Старинова была мина-сюрприз, защищавшая небольшие мосты в тылу. Она срабатывала при попытке заминировать мост и оглушала диверсанта, который после контузии попадал в руки контрразведчиков.
В ночь на 3 августа 1943 года началась масштабная операция «Рельсовая война» на оккупированных территориях Ленинградской, Калининской, Смоленской, Орловской областей, Белоруссии и части Украины. В ней участвовали до 100 тысяч партизан, а также разведчики и диверсанты, заброшенные в тыл врага.
Целью операции было закрепить успех Курской битвы и ускорить освобождение Левобережной Украины. Партизаны получили план — взорвать около 320 тысяч рельсов.
Инициатором «Рельсовой войны» стал Пономаренко, первый секретарь ЦК КП Белоруссии и начальник Центрального штаба партизанского движения.
Старинов, один из главных диверсантов, изначально был противником этой операции. Он считал, что важнее уничтожать паровозы, а не рельсы, которых у немцев было много. К тому же, немцы создали накладной мостик, быстро восстанавливающий движение после взрыва.
Однако Старинова не послушали, и он стал врагом Мехлиса и Пономаренко. Несмотря на это, он продолжал ориентировать своих бойцов на уничтожение паровозов. В окрестностях Ковеля партизаны пустили под откос 65 эшелонов и заблокировали важный железнодорожный узел.
За время операции, которая длилась до середины сентября, на Украине и в Белоруссии подорвали более тысячи паровозов. Это был важный вклад в победу.
Но там, где партизаны взрывали неиспользуемые пути и тупиковые ветки, польза была сомнительной. Стремясь выполнить план, они часто преувеличивали свои успехи.
После отступления фашистов пришлось срочно восстанавливать транспортную сеть, но запасов рельсов не было — все было уничтожено. Старинов предупреждал об этом, но его не послушали.
РУКОПИСИ «ПОД СУКНОМ»
В августе 1944 года Старинов стал главой штаба советской военной миссии при верховном командовании Народно-освободительной армии Югославии. Он постоянно находился в личном контакте с Тито.
Эта должность едва не стоила Старинову жизни спустя несколько лет, когда отношения между Советским Союзом и Югославией ухудшились. Несмотря на его выдающиеся заслуги, Старинова, которого называли «диверсантом от бога» и человеком-легендой, неоднократно представляли к званию генерала и награждению золотой звездой Героя Советского Союза. Однако эти награды так и не были ему вручены. Это можно объяснить только интригами влиятельных недоброжелателей, которые не могли простить ему былую «строптивость».
В начале 1960-х годов Илья Старинов, известный разведчик, начал писать. Он создал романы «Под покровом ночи» и «Над пропастью», а также «Записки диверсанта» и около полутора сотен монографий. Хрущев, знавший о его роли в Харьковской операции, благоволил Старинову. Однако это расположение обернулось для него неприятностями после смещения Хрущева. Рукописи, уже подготовленные к печати, надолго остались невостребованными. «Записки диверсанта», насыщенные малоизвестными фактами, вышли в свет лишь в конце 1990-х годов.
Старинов лично участвовал в сотнях диверсий, руководил подготовкой многих операций, проведенных его учениками, и командовал диверсионными отрядами в Испании и партизанским движением в Украине. У него было много интересного опыта, о котором он мог рассказать. Некоторые из его уникальных операций до сих пор остаются под грифом секретности.
Илья Григорьевич Старинов ушел из жизни 18 ноября 2000 года на 101-м году. Он похоронен на Троекуровском кладбище в Москве.
Валерий Нечипоренко
© «Секретные материалы 20 века» №13(269)