Олег со стуком опустил ложку в тарелку. Несколько жирных капель бульона выплеснулись на чистую скатерть, которую Лена погладила всего два часа назад.
Лена стояла у раковины и замерла, сжимая в руке влажную губку для посуды. Она медленно повернулась к мужу. Олег сидел, недовольно надув губы, и смотрел на нее так, будто она лично подсыпала ему в тарелку яд.
— Что тебе конкретно не нравится? — тихо спросила Лена. — Обычный борщ. Мясо свежее, капуста свежая. Я варила его точно так же, как и на прошлой неделе.
— На прошлой неделе он был нормальный, а сейчас пустой, — буркнул Олег, отодвигая от себя глубокую тарелку. — Вода водой. И соли нет. Ты вообще думаешь о том, что я с работы голодный прихожу? Я в автосервисе весь день на ногах, гайки кручу, устаю как собака. Мне нужна нормальная, сытная еда, а не этот суррогат.
— Я тоже работаю, Олег, — Лена положила губку на край раковины и вытерла руки о кухонное полотенце. — У меня в бухгалтерии сегодня был отчетный день. Голова раскалывается. Я прибежала домой на полчаса раньше тебя, чтобы успеть согреть обед и сделать салат. Можно было сказать помягче.
— Помягче? — Олег усмехнулся и встал из-за стола. — Лен, я твой муж. Я имею право сказать правду, если мне не вкусно. Или я должен врать и давиться? Мама всегда говорила, что если женщина хочет удержать мужчину, она должна нормально его кормить. А у тебя вечно то недосолено, то пережарено.
— При чем тут твоя мама? — Лена почувствовала, как внутри закипает обида. — Мы живем вместе четыре года. До сегодняшнего дня тебя все устраивало. Что происходит последние две недели? Ты цепляешься к каждой мелочи. То пыль на телевизоре, то рубашка плохо поглажена, теперь вот борщ плохой.
— Ничего не происходит, — Олег направился в коридор. — Просто я устал от бытовой небрежности. Пойду к Кольке в гараж, он звал помочь с карбюратором. Там хоть поедим нормально, мужики пиццу заказали.
— Олег, подожди, мы же хотели обсудить поездку к моим родителям на выходные! — крикнула Лена ему вдогонку.
— В следующий раз обсудим, — донесся его голос из прихожей.
Хлопнула входная дверь. В квартире воцарилась тишина. Лена подошла к столу, посмотрела на остывающий борщ и капли на скатерти. На глаза навернулись слезы, но она упрямо смахнула их тыльной стороной ладони. Слишком часто в последнее время стали происходить эти беспричинные вспышки раздражения. Олег уходил, оставляя ее наедине с тяжелыми мыслями.
Лена села на стул, где только что сидел муж, взяла чистую ложку и попробовала суп. Борщ был отличным. Наваристый бульон, правильный баланс соли и кислинки от томатов. Дело было вообще не в еде.
На следующий день Лена сидела в кафе со своей близкой подругой Наташей во время обеденного перерыва. Офисы их компаний находились на одной улице, и они часто встречались, чтобы поболтать.
— Ну и что ты думаешь? — Лена размешивала ложкой чай. — Я действительно стала хуже готовить или я просто схожу с ума?
— Ленка, не выдумывай, — Наташа махнула рукой. — Ты готовишь потрясающе. Твой пирог с грибами мой Пашка до сих пор вспоминает. Тут дело в другом. Мужчины просто так к еде не придираются. Если начались претензии к супу или рубашкам — ищи скрытую причину.
— Какую причину? У него проблемы на работе? Я спрашивала, он говорит, что все нормально. Клиентов много, платят исправно.
— А на сторону он у тебя ходить не мог? — прямо спросила Наташа, внимательно глядя на подругу.
Лена даже вздрогнула от такого предположения. Она отложила ложку и покачала головой.
— Нет, исключено. Олег не такой. Он домашний, после работы сразу домой. Ну, или в гараж к Коле, но они там действительно машины чинят, я Колиной жене звонила пару раз, они вместе сидели. У него телефона из рук не выпускает, запахов чужих духов нет, за собой как-то по-особенному следить не стал. Все как обычно. Только злой стал, дерганый.
— Значит, что-то гложет, а сказать не может, — сделала вывод Наташа. — Нам, женщинам, проще: поплакали, выговорились и полегчало. А мужики копят в себе, копят, а потом взрываются из-за тарелки супа. Ты попробуй с ним поговорить вечером. Только спокойно, без наездов и взаимных обвинений.
— Я пытаюсь, Наташ. Но он сразу закрывается или уходит. Вот как вчера — развернулся и ушел к другу.
— А ты не давай уйти. Накрой стол, приготовь то, что он обожает. Картошечку с мясом в духовке, например. И садись рядом. Скажи, что любишь его и видишь, что ему плохо.
Лена вздохнула. Совет подруги звучал разумно. Действительно, криками и обидами ничего не решишь. Нужно было проявить терпение.
Вечером Лена сделала все так, как советовала Наташа. Она купила хорошую свинину, запекла ее с картофелем под сырной корочкой. Аромат на кухне стоял потрясающий. Сама Лена переоделась в красивый домашний костюм, причесалась.
Олег пришел около восьми вечера. Он выглядел уставшим, под глазами залегли темные тени. Он молча разулся, прошел в ванную, вымыл руки и сел за стол.
— Пахнет вкусно, — тихо сказал он, глядя на тарелку, которую Лена поставила перед ним.
— Приятного аппетита, — Лена села напротив, налив себе чашку чая. — Как день прошел?
— Нормально. Пять машин приняли, три отдали. Тяжелый день, спина затекла.
Олег начал есть. Он ел быстро, с аппетитом, и Лена видела, что еда ему действительно нравится. Она подождала, пока он съест половину порции, и аккуратно начала разговор.
— Олег, нам нужно поговорить. Только, пожалуйста, не злись и не уходи сразу.
Олег замер с вилкой в руке, потом медленно опустил ее.
— Опять начнешь про вчерашнее? Лен, я вспылил, ладно. Прости. Суп был нормальный, просто у меня настроение было паршивое.
— Дело ведь не в супе, правда? — Лена протянула руку через стол и накрыла его ладонь своей. — Ты сам не свой последние три недели. Ты почти не разговариваешь со мной, постоянно раздражаешься. Если у тебя что-то случилось, поделись со мной. Мы ведь семья. Мы вместе со всем справимся.
Олег посмотрел на нее долгим, тяжелым взглядом. Потом вздохнул, убрал руку и потер лицо ладонями.
— Ничего не случилось, Лен. Все нормально.
— Ненормально, Олег. Ты стал чужим. Ты смотришь на меня так, будто я в чем-то виновата. Если ты разлюбил меня или у тебя кто-то появился, скажи честно. Это будет лучше, чем эта постоянная глухая злоба.
— Да нет у меня никого! — вдруг громко сказал Олег и стукнул кулаком по столу. — Что вы, бабы, сразу про измены думаете? Чуть что — сразу другая женщина!
— А что я должна думать? — Лена тоже повысила голос, не выдержав. — Ты приходишь, швыряешь ложки, орешь, что я готовить не умею, уходишь из дома. Я живой человек, мне больно!
Олег резко встал, прошелся по кухне от окна к двери, потом остановился у подоконника и повернулся к ней спиной. Его плечи были напряжены.
— Извини, — глухо произнес он через минуту. — Я не должен был кричать.
— Олег, расскажи мне, что происходит, — Лена подошла к нему сзади и мягко обняла за талию, прижавшись щекой к его спине. — Пожалуйста. Мне страшно.
Олег долго молчал. Лена чувствовала, как тяжело вздымается его грудь. Наконец он повернулся в ее объятиях и обнял ее в ответ, сильно, даже немного больно.
— Мне предложили выкупить долю в нашем автосервисе, — тихо сказал он ей в макушку. — Михалыч, наш старший мастер, уезжает на ПМЖ к дочери в Германию. Он продает свою часть бизнеса. Предложил мне первому, потому что знает, что я работу люблю и дело знаю.
Лена отстранилась и удивленно посмотрела на него.
— Но это же здорово! Ты ведь всегда мечтал о своем деле, работал на дядю столько лет. Почему ты расстроен?
— Потому что это стоит больших денег, Лен, — Олег горько усмехнулся и сел на табуретку. — Очень больших для нас. Михалыч делает скидку, но все равно сумма приличная. У нас таких накоплений нет. Нам нужно брать огромный кредит под залог квартиры.
Лена присела перед ним на корточки, положив руки ему на колени.
— И ты из-за этого молчал? Из-за этого злился на суп?
— Да потому что я мужик, я должен эти проблемы решать сам! — Олег перешел на шепот, в котором слышалось отчаяние. — Я три недели просчитываю варианты. Если дело не пойдет, если мы прогорим, мы останемся на улице. Квартира ведь твоих родителей, они нам ее на свадьбу подарили. Как я могу рисковать твоим жильем? А с другой стороны — такой шанс бывает раз в жизни. Я извелся весь. Ночью спать не могу, все цифры в голове крутятся. Прихожу домой, вижу, как ты порхаешь, улыбаешься, и меня злость берет, что я в такой яме, а сказать тебе боюсь. Боюсь, что ты скажешь, что я неудачник, или запретишь квартиру закладывать.
Лена смотрела на мужа и чувствовала, как внутри разливается облегчение. Главное — он ее любит. Никакой другой женщины нет. А проблемы с деньгами — это просто проблемы с деньгами.
— Дурак ты, Олежка, — мягко сказала она и улыбнулась. — Какой же ты дурак.
— Почему это? — он растерянно посмотрел на нее.
— Потому что ты решил все тащить на себе. Во-первых, я бухгалтер. Ты мог бы сразу принести мне все расчеты Михалыча, и мы бы вместе посмотрели цифры. Во-вторых, квартира наша, общая, и если нужно рискнуть ради твоего будущего, ради нашего будущего — мы рискнем. Но только после того, как я лично проверю все документы и баланс автосервиса.
Олег удивленно моргнул.
— Ты... ты не против? Ты не боишься остаться без жилья?
— Боюсь, конечно, — честно призналась Лена. — Но я верю в тебя. Ты отличный мастер, у тебя золотые руки, клиенты к тебе в очередь стоят. Если кто и сможет раскрутить этот сервис, то только ты. Но скрывать от меня такие вещи и срывать злость на домашней еде — это последнее дело.
Олег поймал ее руки, поднял Лену с пола и усадил к себе на колени.
— Прости меня, Ленка. Я такой идиот. Мне так стыдно перед тобой за этот суп вчерашний. И за пыль, и за рубашки. Я просто с ума сходил от страха и неопределенности.
— Ладно, прощаю, — Лена прижалась своим носом к его носу. — Но с одним условием.
— Каким? — Олег готов был пообещать что угодно.
— Больше никаких тайн. И если суп будет недосолен, ты просто берешь солонку и солишь его сам, без комментариев про твою маму. Договорились?
— Договорились, — Олег улыбнулся, и эта улыбка была прежней — теплой и открытой, той самой, в которую Лена когда-то влюбилась. — Пойду принесу папку с бумагами? Михалыч мне все отчеты за прошлый год отдал. Посмотришь?
— Неси, — кивнула Лена, вставая с его колен. — Наливай чай, доставай свои бумаги, и будем вместе твой бизнес планировать. Нам еще кредит оформлять, так что работы много.
Олег быстро пошел в комнату и вернулся с толстой пластиковой папкой. Он разложил на столе распечатанные таблицы, графики и договоры. Весь следующий час они провели, склонившись над бумагами. Лена внимательно изучала каждую строчку, задавала вопросы, Олег подробно объяснял специфику расходов на закупку запчастей и аренду подъемников.
Напряжение, которое висело над их квартирой последние недели, окончательно растаяло. Лена смотрела на увлеченное лицо мужа и понимала, что этот кризис сделал их только ближе. Главное — вовремя услышать друг друга и не позволить мелким бытовым обидам разрушить то, что строилось годами.