В Москву команда Алины приехала ранним утром. Дорога вымотала всех. Девочки дремали в автобусе, просыпались на светофорах, снова утыкались лбами в стекло. Тренер ещё на подъезде начала раздавать команды, как всегда коротко и чётко: не растягиваться по холлу, не терять документы, не покупать ерунду в автоматах до заселения. Сначала номера, потом завтрак, потом лёгкая тренировка.
Алина сидела у окна и смотрела, как город выплывает из серого утра. Москва не впечатляла её в открытую. Не потому, что не нравилась. Просто слишком большая, слишком шумная. Волгоград был другим. Там пространство дышало жизнью города. Здесь всё двигалось быстрее, будто, если остановиться, тебя тут же обойдут и забудут.
Волосы она собрала ещё в автобусе. Длинный русый хвост перетянула резинкой так туго, что заболела кожа у висков. Спина ныла после дороги, пальцы на правой руке ещё помнили вчерашнюю тренировку на полотнах. Но внутри было рабочее спокойствие. Перед соревнованиями Алина всегда становилась собраннее. Мир сужался до формы, времени выхода и точности движения.
Гостиница встретила их прохладным воздухом из кондиционера, блестящим полом и шумом десятков чужих голосов. В холле уже толпились команды из других городов. Кто-то спорил из-за расселения, кто-то тащил чемодан по плитке, кто-то пил слишком сладкий кофе из бумажного стаканчика. У стойки регистрации администратор устало улыбалась всем сразу.
Алина отошла к диванам с ключом-картой в руке и выдохнула. На секунду. Просто чтобы перевести дыхание. На стене напротив блестела зеркальная колонна, и в ней отражались люди, сумки, свет, движение. Она мельком посмотрела туда и сначала решила, что от дороги просто рябит в глазах.
Потому что в отражении стояла она.
Только не она.
Девушка была чуть ближе к двери, с короткими чёрными волосами до плеч, спортивной курткой и телефоном в руке. Рост почти тот же. Осанка похожая. Лицо... Алина медленно повернула голову уже не к отражению, а вживую.
Та тоже смотрела на неё.
Сначала это не испугало. Скорее, выбило из привычной реальности, как выбивает странный сон под утро. Ремень сумки вдруг впился в ладонь, и стало трудно сделать шаг.
Девушка у двери не двигалась. Вокруг бегали люди, кто-то смеялся, звонил, ругался на стойке регистрации, а между ними как будто образовалась тихая прозрачная полоса, куда никто не входил.
Алина подняла руку к виску и хотела пригладить хвост. Та, напротив, машинально сделала то же самое.
Вот это уже было слишком.
У Алины пересохло во рту. Она всегда считала себя человеком разумным. Спорт быстро отучает от лишней мистики. Если не получилось движение, значит, мало работала. Если проиграла, значит, кто-то выступил сильнее. Но здесь объяснение не приходило.
Девушка наконец подошла ближе. Осторожно. Как подходят к дикому животному, чтобы не спугнуть. Или к собственной нелепой мысли, которая вдруг оказалась правдой.
– Извините, - сказала она. - Вам не кажется, что это очень странно?
Голос был быстрый, низковатый, живой. Москва слышалась сразу.
Алина неожиданно успокоилась от самой обычности этой фразы.
– Кажется, - ответила она. - Я как раз думала, что мне мерещится.
Чёрноволосая коротко выдохнула.
– Я Мира.
– Алина.
Они пожали руки. И снова всё стало не по себе. Одинаковая форма пальцев. Похожие ладони. Даже осторожность движения совпала.
К ним в этот момент подлетела высокая смуглая девушка с тяжёлой сумкой и косой через плечо.
– Мира, ты где пропала? Я тебе уже... - Она осеклась так резко, будто наткнулась на стекло. Перевела взгляд с одной на другую. - Подождите. Это что?
Мира даже не обернулась.
– Сама не знаю.
– А я Сабина, - быстро сказала та, всё ещё глядя на обеих. - И мне сейчас как-то не по себе, если честно.
Алина впервые за эти минуты чуть улыбнулась.
– Мне тоже.
Сабина шумно выдохнула.
– Вы как будто с одной фотографии сошли.
У Алины что-то внутри отозвалось сразу. Фотография. Один снимок. Один образ, разрезанный на две жизни.
Мира первой села на диван. Алина опустилась рядом, положив сумку у ног. Сабина осталась стоять напротив, всё ещё растерянная, но уже заинтересованная по-настоящему.
– Ты точно из Волгограда? - спросила Мира.
– Точно. А ты из Москвы?
– Всю жизнь.
Алина кивнула, но внутри у неё что-то неприятно качнулось. Всю жизнь. Как будто эти два слова что-то подтверждали и одновременно что-то рушили.
– Каким спортом занимаешься? - спросила она.
– Плавание. А ты?
– Воздушная гимнастика.
– Вот поэтому вы и не похожи по плечам, - почти машинально заметила Сабина, лишь бы хоть как-то вернуть разговор в нормальность.
Обе повернулись к ней. И вдруг засмеялись. Но этот смех на секунду ослабил натянутую струну между ними.
Потом Мира спросила:
– У тебя есть братья или сёстры?
Вопрос прозвучал так быстро, будто она сама не успела его удержать.
Алина почувствовала, как пальцы сильнее сжали ручку сумки.
– Нет. Я одна у мамы.
Мира медленно кивнула.
– Я тоже одна.
После этого стало совсем тихо, хотя шум в холле никуда не делся.
Алина смотрела на девушку рядом и уже не могла отделаться от странного чувства. Не просто очень похожи. Не просто совпадение черт. Было ещё что-то. Как будто рядом сидел человек, о чьём присутствии её нервная система уже знала раньше, чем разум успел понять что происходит.
– Ты давно красишь волосы? - спросила она вдруг.
Мира моргнула.
– Года два. А что?
– Да так. - Алина отвела взгляд. - Мне кажется, если бы не цвет, я бы вообще испугалась сильнее.
Мира фыркнула.
– Поверь, я и так уже почти испугалась.
Сабина наконец села напротив.
– Ладно. Давайте по-человечески. У вас кто-нибудь в семье не говорил странного? Ну, типа, перепутали в роддоме или что-то такое?
Обе девушки одновременно посмотрели на неё так, что она подняла ладони.
– Всё, молчу. Просто это реально уже не шутка.
Алина первая достала телефон.
– Можно фото?
– Общее? - удивилась Мира.
– Нет. Просто... Мне нужно увидеть нас со стороны.
Они встали рядом перед зеркальной колонной. Сабина щёлкнула экраном. Девушки наклонились к телефону почти одновременно.
И в этот момент у Алины по спине пошёл холод.
Если до этого сходство ещё можно было объяснить игрой света, формой лица, странной интуицией, то на снимке оно стало беспощадным. Два лица, отличающиеся цветом волос, выражением глаз, немного мимикой, чуть разная ширина лица. Всё остальное было слишком похоже.
– Господи, - тихо сказала Сабина.
Мира не ответила. Она увеличила фото и долго смотрела в экран. Потом вдруг спросила:
– У тебя мама жива?
Алина кивнула.
– Да. В Волгограде.
– Папа?
Она помедлила.
– Есть. Но мы почти не общаемся. - После этой фразы Алина сама удивилась, как быстро решила быть честной с незнакомкой. Или уже не совсем незнакомкой. - Он в другом городе.
Мира подняла глаза.
– В каком?
– Не знаю точно, где сейчас живёт. Раньше был в Москве.
Сабина перестала дышать. Буквально. Это было видно по её лицу.
Мира смотрела на Алину не мигая.
– Как зовут твоего отца?
Алина почувствовала, как всё внутри сжалось. Вопрос был естественный. И одновременно страшный.
– Павел.
Мира побледнела так быстро, что даже чёрные волосы не спасли лицо от этой белизны.
– Моего тоже.
Они замолчали. На этот раз надолго.
Сабина вцепилась пальцами в свою сумку.
– Так. Всё. Я, конечно, люблю драму, но это уже не драма. Это что-то другое.
Алина медленно села обратно. Ноги вдруг стали ватными. В голове поднялся гул. Она слышала, как объявляют что-то по громкой связи, как рядом спорят две тренерши, как где-то падает бутылка с водой, но всё это было далеко. Главное происходило здесь.
– Маму как зовут? - спросила Мира почти шёпотом.
– Оксана.
Мира закрыла глаза. Ненадолго. Потом открыла.
– У меня мама... Тамара. Но она не родная.
Воздух между ними будто стал плотнее.
– То есть... - Алина не договорила.
– То есть я жила с папой всегда, - быстро сказала Мира. - И с бабушкой. И потом с Тамарой. Но родная мать - это не она.
Алина вдруг вспомнила все свои детские вопросы. Все чужие взгляды. Все моменты, когда мама уходила на кухню после разговора о семье. И внутри у неё что-то сложилось в страшную, слишком логичную фигуру.
– Ты думаешь то же, что и я? - спросила она.
– Да, - ответила Мира. - И мне это не нравится.
Сабина подалась вперёд.
– Вы сейчас будете звонить родителям?
Обе кивнули.
Одновременно.
Снова.
Алина взяла телефон не сразу. Пальцы дрожали так, что пришлось дважды разблокировать экран. На имени "мама" взгляд задержался на секунду дольше обычного. Она знала: после этого звонка её жизнь разделится на до и после. Но не звонить уже было невозможно.
Мира встала и отошла к окну. Телефон у неё тоже светился в руке. На экране был контакт "папа".
Алина нажала вызов.
Мать ответила быстро. Как всегда, без долгих гудков.
– Да, доченька? Заселились?
Алина открыла рот, но первые слова не пошли. Губы пересохли.
– Мам, - сказала она наконец. - Мне надо тебя спросить кое о чём. И ты, пожалуйста, не ври.
На том конце стало тихо.
Очень тихо.
Настолько, что даже Сабина напротив перестала шевелиться.
– Что случилось? - спросила Оксана.
Алина смотрела на Миру, которая в ту же секунду говорила в трубку:
– Пап, кто такая Оксана?
И по лицу Павла, которого она ещё не видела, но уже почти слышала в этой паузе, обе девушки в один момент поняли.
Они не ошиблись.
Следующая глава: