Подарок без повода
Моей Алине в августе девятнадцать. Для окружающих она — воплощённая серьёзность: рассудительна, собрана, самостоятельна. Но я-то знаю: где-то глубоко внутри, за этой взрослой броней, по-прежнему прячется звонкий, озорной ребёнок. Спит, наверное, в самых потаённых уголках души. А иногда — просыпается.
Есть у дочки молодой человек, Никита. Служит на корабле. Видит Алину редкими, вырванными из бесконечной службы урывками. Их встречи коротки, как вздох, а разлука длинна и терпелива, как свинцовая зыбь. Всё, что остаётся между ними, — тоска по голосу, строки сообщений да звонки.
И вот в одну из их драгоценных встреч — свидание на берегу, когда время замерло на циферблате любви, — Никита вручает Алине подарок. От которого она… приходит в совершеннейший, искренний, почти детский восторг.
Вы думаете, он подарил — цветы? Как бы не так. Цветы были когда-то давно, ещё в тот его единственный отпуск, который теперь кажется сном. Думаете колечко или сережки? Они конечно были — романтические знаки внимания, положенные по статусу. Но не сейчас.
Может быть, что-то вкусное, с намёком на вечер при свечах? Ничего подобного.
Никита подарил Алине обычную игрушечную машинку. Радиоуправляемую. Оранжевую, с огромными колёсами — «перевёртыш».
Алина завизжала так, что прохожие, должно быть, решили: пожар, потоп, крушение мироздания или как минимум выигрыш в лотерею. Но тут вступает в силу закон подлости, вечный и неумолимый: в комплекте не оказалось батареек.
Дочка не стала ждать ни минуты. В тот же вечер оформила заказ на «Озоне». Однако после занятий нервы сдали: терпеть до завтра оказалось выше её сил. Она забежала в первый попавшийся магазин, купила батарейки и объяснила свой поступок коротко, как выстрел: «доставка только завтра, а я сейчас хочу. И умираю без этой машинки».
Итог: сегодня вечером в нашем доме — ад кромешный, но с оттенком счастья. Алина ползает на четвереньках по холлу, сжимая в руке пульт. Машинка с визгом разворачивается, врезается в плинтус, кувыркается через колесо. А рядом с Алиной— её кошка Кузя.
Кузя — это та же Алина, только в черно-белой шкуре. «Мирно посидеть» для неё — смертная скука. Ей подавай кипиш, погоню, бешеный галоп по стенам. Кузя носится за машинкой, подпрыгивает, бьёт её лапой. Через пять минут уже невозможно разобрать: то ли Кузя догоняет оранжевого монстра, то ли машинка охотится на кошку. Восторг — на двоих.
Два других наших кота — парни солидные, умудрённые жизнью. На это представление они посмотрели, флегматично хмыкнули и отошли на безопасное расстояние. Запрыгнули на подоконник. Сидят сверху и взирают на беснующуюся парочку с выражением: «У людей, конечно, дурка, но нам и тут хорошо. Нас не трогайте, мы отдыхаем».
А вы знаете… Алине — летом девятнадцать. А она сейчас сияет, как новогодняя ёлка, которую забыли разобрать в феврале.
Гоняет по дому оранжевую машинку, ползает на четвереньках и хохочет вместе с кошкой.
Потому что лучший подарок без повода — это когда тебя просто знают. Знают наизусть, до самого донышка. Знают, что внутри большой серьёзной девушки всё ещё живёт тот визжащий ребёнок, которому нужна не бриллиантовая подвеска, а радиоуправляемый «перевёртыш» с большими колёсами. И любят тебя именно такой — с пультом в руке и кошкой в придачу.
Восторга — вагон. И никакие бриллианты, честное слово, не нужны.